Чтение онлайн

–  Принцев, наверное, скоро коронуют, - Нимве наблюдала, как густой сизый дым подымается вверх, путаясь в ветвях.

–  Через сорок дней, - отозвался Кьолан.

–  Они тебя пригласили?

Помедлив, он покачал головой.

–  Знаешь, - сказала Нимве.
– Я хочу съездить к родителям Чика. Их высочества посылали туда гонца, но я хочу сама… все им рассказать.
– Нимве вопросительно посмотрела на мага. Он ответил не сразу:

–  Тебе лучше дождаться весны.

–  А ты, - она коснулась его локтя.
– Ты не…

Кьолан молчал, глядя в сторону. Коченея изнутри, Нимве спросила:

–  Ты со мной не хочешь?

Он поднял взгляд. Секунду, как показалось, колебался, а потом ответил:

–  Мне нужно уехать. Съездить по делам.

У Нимве оледенело сердце, онемели губы. Кто-то другой вместо нее спросил, и голос прозвучал на удивление ровно:

–  Куда?

–  В Кирван.

Они смотрели друг другу в глаза.

–  В Кирван… - Нимве судорожно втянула воздух, колючий, разрывающий легкие.
– А когда… когда ты хочешь ехать?

–  Где-то через месяц, - промолвил Кьолан. Он казался очень спокойным. Спокойный тон… Непроницаемое лицо. Знакомая каменная маска. Скажи мне правду, безмолвно закричала Нимве, зачем ты опять вот так со мной, зачем?!

–  Будет холодно… - сказали ее губы.
– Заболеешь…

Он покачал головой.

–  Ясно.
– Нимве отступила на шаг.
– Хорошо.

Вдруг сделалось темно, и очень болело сердце. Так болело, что не продохнуть. А он все смотрел, будто хотел увидеть ее мысли.

–  Ну… я тогда, - она едва услышала свой голос.
– Я только…

–  Ним, - позвал Кьолан.
– Нимве…

–  Кажется, мама приехала, - повернувшись, Нимве слепо двинулась вперед. Он снова окликнул ее, но она не обернулась, а, будто подстегнутая, укорила шаги.

Нимве убежала в лес. У поваленной бурей старой сосны остановилась, тяжело дыша. Будто раненый зверь, залезла под раскидистые ветви, забилась в тень, прижалась к сырому шершавому стволу. Игра подобралась к хозяйке и улеглась у ног, кося умным карим глазом.

Нимве старалась унять шибко бьющееся сердце, но не получалось. Стоило закрыть глаза, как перед внутренним взором вставало лицо Кьолана, спокойное, закрытое, как дверь. "Мне надо уехать", - эхом отозвались его слова.

Я знаю. Конечно. Я знала это с самого начала. Разве станет маг из Великого Дома жить с такой, как я! Я знала, на что шла. Ну, а теперь… теперь…

–  Ох, Творец… - прошептала Нимве. Рука зарылась в теплую шерсть собаки, прижавшейся к бедру. Игра вскинула голову, заглянула хозяйке в лицо ясными, все понимающими глазами.

–  Он не вернется… - губы Нимве дрогнули. Горькая, жгучая отрава поднялась из сердца, подкатила к горлу.
– Он не вернется, Игра…

И обхватив собаку за шею, Нимве припала к мохнатой гриве.

Весь день, до сумерек, она провела в роще. Бесцельно, не видя ничего вокруг, бродила по тропинкам. Временами садилась на мокрую листву, замирала в тупом отчаянии, обхватив голову руками. Начинала плакать, вернее, слезы лились сами собой, горячие, неостановимые, и Нимве была не в силах это прекратить.

Она пришла в себя лишь ближе к вечеру. Лес наполнялся сумерками, как синей водой. Промокшая, окоченевшая, Нимве кое-как встала, и, запахнув плащ, наугад пошла вперед, между деревьями, мокрыми кустами, роняющими холодные капли.

Через какое-то время - полчаса? год?
– она услышала голоса.

–  Ни-им!
– раскатилось по лесу. Игра, завиляв хвостом, ткнулась носом в ладонь. Нимве вздрогнула - и снова услыхала:

–  Ни-им! Нимве!
– Голос Кьолана, где-то очень близко.

Как вспугнутый олень, Нимве рванулась прочь, в полумраке цепляясь за ветки, мчалась, будто за ней гнались, и немного успокоилась, только очутившись дома.

Хелеа и Кьолан вернулись поздно. Скорчившись под одеялом, Нимве слушала шаги внизу и негромкие голоса. Заскрипела лестница. Дверь в спальню отворилась.

–  Доча, - Хелеа приблизилась, провела рукой по одеялу.
– Доченька… Ну, слава Творцу. Ты где была-то, мы уж обыскались.

До боли прикусив задрожавшие губы, Нимве зажмурилась и не ответила. Хелеа, вздохнув, подоткнула одеяло.

Когда она ушла, Нимве повернулась на спину. Долго лежала без мыслей, без движения, уставясь в темноту. В окна глядела ночь. Нимве слышала вкрадчивую мышиную возню под половицей, мерное тиканье часов, похожее на биение маленького сердца. Тик-так… тик-так… Будто кто-то идет, опираясь на палку. Осторожные, тихие шаги. Скрип ступенек…

Нимве резко села. Шаги замерли у двери. Негромкий стук, потом - голос Кьолана:

–  Нимве… Ним. Я войду, можно?

Неведомая сила сорвала Нимве с места. Кинувшись к порогу, она нащупала дверную ручку, вцепилась в нее, тяжело дыша.

–  Ним, не надо так. Не надо, родная…

Ручка осторожно повернулась, но Нимве не пускала, налегла плечом на дверь. Через секунду он произнес:

–  Пожалуйста, открой.

Нимве показалось, что она слышит его дыхание. Он был здесь, совсем рядом, их разделяла лишь тонкая доска. Надо сказать, чтобы уходил, подумала она - но знала, что прогнать его не хватит духу.

–  Я действительно должен ехать, - услышала Нимве. Голос был тихий и словно больной.
– Так вышло. Извини. Ну, не сердись, прошу тебя…

Нимве прислонилась затылком к двери, уронила руки. Тихий щелчок… Дверь приотворилась, и Нимве шагнула прочь, отошла и села на кровать, низко опустив голову.

Он остановился перед ней. Долго молчал, потом опустился на колени. Нимве увидала его лицо, обрисованное скупым холодным светом. Коснувшись ее руки, он произнес:

–  Мы тебя искали.

–  Я знаю, - отозвалась Нимве - и подумала: даже разозлиться на тебя я не могу…

–  Ты могла замерзнуть.

А тебе бы было жаль, хотела спросить она, но, конечно, не спросила: нельзя же так по-детски… Вместо этого произнесла:

–  Лучше встань, нога разболится…

Он покачал головой.

–  Нет, нет, - она взяла его за плечи.
– Вставай, не надо.

Когда они очутились рядом, Кьолан наклонился, попытался ее поцеловать, но Нимве отстранилась. Сказала, опустив глаза: