Чтение онлайн

– Да.

– Что там было написано?

– Цифры. Шестьсот семьдесят шестьсот семьдесят один.

Марина кивнула.

– И буквы «И-Эн» подчеркнуты.

– Да, и что? – с легким нетерпением спросил Виктор.

– Отец знал Библию наизусть. Ему книга не требовалась. А я – посмотрела. «И-Эн» - это сокращенно «Иоанн», Евангелие от Иоанна. А цифры кодируют шестую главу, стихи семидесятый и семьдесят первый, - Марина раскрыла книгу и прочитала. – «Ответил им Иисус: не Я ли вас, Двенадцать, избрал? И один из вас – диавол. А говорил Он об Иуде, сыне Симона Искариота. Ибо ему, одному из Двенадцати, предстояло предать Его».

От неожиданности Виктор опешил.

– Вы хотите сказать…

– Вот почему он не отправил документ вам. Вот в чем смысл его последнего послания. Среди вас – предатель, - последние слова Марина произнесла шепотом, но на Виктора это подействовало подобно разряду грома.

Виктор застыл.

16.

Мобильный издал короткую трель. Юзеф взглянул на дисплей; его лицо оживилось, рот растянулся в нехорошей улыбке.

– Пора действовать! – сказал он, вскакивая с кровати.

Мануэль отреагировал мгновенно: запустил руку за пояс и достал большой черный пистолет; вытащил из рукояти обойму, убедился, что она – полна, и снова снарядил оружие.

– Поставь оружие на предохранитель! – распорядился Юзеф.

– Никогда этого не делаю, - возразил Мануэль.

– А зря. Время пуль еще не настало. Сейчас – время хитрости.

Мануэль покачал головой.

– Мне постоянно кажется, что они доберутся до нас первыми.

– Это невозможно. Мы знаем обо всем, что у них творится. А они – нет. Но я им помогу, - Юзеф запустил руку под матрас и извлек оттуда планшет.

Электронный прибор закрывал ярко-красный чехол; на нем был изображен силуэт танцующей женщины; судя по длинной юбке и вздернутой над головой руке – цыганки.

– Что это? – спросил Мануэль.

– Самое страшное оружие, - отвечал Юзеф. – Слово.

– Пуля надежнее, - усмехнулся Мануэль.

Юзеф назидательно поднял указательный палец.

– Господь создал этот мир Словом. Не пулей.

17.

Виктор знал (хотя в глубине души и не верил), что этот момент может наступить; а теперь, когда он наступил, оказался не готов. Разум отказывался верить, но что с того; надо было действовать.

Виктор вышел из мастерской в общий зал. На столике лежал листок с цифрами; Марина, позабыв про осторожность, оставила его на виду, и теперь предатель, если он, конечно, видел листок, оказался предупрежден. Виктор, стараясь ничем не выдать своего волнения, нарочито спокойно подошел к столику, взял листок и, сложив, небрежно сунул его в карман.

Затем Виктор направился к командору; отвел его в сторону и спросил.

– Габриэль! Вы не будете возражать, если я отвезу нашего аналитика?

– Причина? – нахмурился командор.

– Она хочет отдохнуть, - ответил Виктор. – Она нам еще понадобится, но только завтра, после того, как станет известно, что хранится в столике.

– Вы отвезете ее домой?

Виктор покачал головой.

– Вы же знаете, там опасно. Я отвезу ее на одну из наших квартир.

– Хорошо, - разрешил командор. – Я не возражаю. И братца ее прихватите, чтобы не мешался.

– Слушаюсь.

Виктор коротко поклонился и отошел. Марина выглянула из мастерской; Виктор кивнул ей и жестом подозвал Митю.

– Собирайтесь! Мы уезжаем.

Виктор поднял руку; на ней висели две черные повязки. Митя поморщился.

– Зачем?

– Ты приехал сюда в повязке, - строго сказал Виктор. – И уедешь в повязке.

– Я никому не скажу, - запротестовал Митя.

– Я знаю, - согласился Виктор. – А с повязкой – ты и не сможешь ничего сказать.

18.

– Эй! Эй! Приди в себя! Тварь!

Хлоп-хлоп! Громила бил Лизу по щекам. Голова безвольно моталась на тонкой шее, поникшей, как стебелек мертвого цветка; но девушка не издала ни звука и глаза не открыла.

Громила зарычал от злости; аккуратно потрогал налившуюся шишку на затылке и разозлился еще больше. Он размахнулся, чтобы ударить посильнее, но второй вовремя перехватил его руку.

– Подожди! Убьешь! Надо не так.

Второй громила сгреб Лизу в охапку и отнес обратно в комнату. Положил на диван, положил под голову подушку и оттянул веки.

– О, черт!

– Что не так?

– Сам посмотри!

Первый заглянул Лизе в лицо; глаза у девушки закатились так, что зрачков не было видно. Второй прислушался.

– Дышит. Принеси воды!

19.

– Вау! – месье Жан вдруг развел руки, присел, выпрямился и сделал пируэт.

Командор, еще не до конца привыкший к его выходкам, неодобрительно посмотрел на вора.

– В чем дело?

– Я подкуплю сотрудников! – заявил месье Жан.

– Сотрудников? – уточнил командор. – То есть, как минимум, двух?

– Да чего уж мелочиться? Сразу двадцать!

Габриэль посуровел.

– Не время шутить!

– Нет, правда! – не унимался месье Жан. – Двадцать! Самых лучших! Самых хитрых! Самых ловких! И – самых жадных!

Командор со злостью посмотрел на вора; но в то же время, в его взгляде читалась некая растерянность.

– Двадцать? – повторил командор. – Во сколько же нам это обойдется?

– Сто рублей! – ошарашил ответом месье Жан.

Командор медленно наливался краской гнева. Ким по обыкновению молчал; на этот раз – предусмотрительно. Валентин на всякий случай отвернулся к экрану.

– Объяснитесь! – загрохотал командор. – О чем вы вообще говорите?

– Об эрмитажных котах! – ответил вор. – Вы никогда о них не слышали?

Командор с недоверием смотрел на месье Жана, не зная, верить ему или нет.

– Но это же – известный факт! – воскликнул месье Жан. – В Зимнем дворце всегда было много мышей и крыс. Поэтому еще Елизавета приказала завести котов. Собрать самых лучших – по всей империи! Предпочтение отдавалось сибирским, и не зря. Настоящие звери! У них – очень гибкий хребет, сильные лапы и острые клыки, а густая шерсть прекрасно защищает от крысиных зубов.

– Все действительно так, как он говорит? – осведомился командор у Валентина.