Чтение онлайн

любопытством наблюдает за ним через отражение в зеркале.

Юэн фыркнул с зубной щёткой во рту.

— Если бы ты сам за мной не подглядывал, то и не увидел бы, что я за тобой

подглядываю. Продолжай, чего застыл?

Бернард хмыкнул и шагнул внутрь душевой кабинки. Включил воду и едва

подставил лицо под тёплые струи, как сзади послышался звук открываемых

створок, а прохладный воздух коснулся оголённой кожи. Юэн вновь прижался к

его спине, обдавая жаром собственного тела, и коснулся губами плеча.

— Точно не хочешь пойти спать? — усмехнулся Бернард.

— Нет, — выдохнул ему в шею Юэн. И ладони его недвусмысленно скользнули

по животу ниже к бёдрам. — Как тут уснуть теперь?..

После совместного душа Бернард и вовсе позабыл, что его утреннее

пробуждение сопровождалось непонятной вспышкой перед глазами и приступом

тревожности. В студию он попал чуть позже запланированного, однако это было

уже неважно. Он приехал не работать.

Никогда прежде Бернард не закрывал студию на такой долгий срок. И сейчас его

не беспокоило, что клиенты останутся без срочных фото, у людей всегда имелась

альтернатива, пусть и в соседнем городе. Не так страшны даже ругательные

надписи, которые могут появиться на дверях студии в его отсутствие. Больше

волновал дом-ловец-снов, за которым следовало присмотреть. И единственный, кому Бернард мог это доверить — мистер Чилтон.

Виктор тепло улыбнулся и по-отечески похлопал Бернарда по плечу, когда тот

спустился к нему в бюро, чтобы попрощаться и отдать ключи. За последние

месяцы Чилтон похудел. Гладко выбритые, оттеняющие серым щёки его впали, морщины стали чётче. После смерти Марии внутри него что-то надломилось.

После похорон мисс Грант Бернард с Юэном негласно решили приглядывать за

стариком, хоть он и казался сильнее их двоих вместе взятых. Но одно дело

хоронить незнакомых или малознакомых людей, и совершенно другое — терять

тех, кого любишь.

Смотря на дорогу и раскинувшиеся по обе стороны тёмно-зелёные стены леса, Бернард думал о доме, который он никогда не оставлял надолго. В груди однако

было тепло и немного волнительно от смены обстановки. На лобовом стекле

зависли капли дождя. Небо с самого утра застилали серые облака, отчего цвет

летней зелени казался насыщеннее и глубже.

— Слушай, Ю, — начал Бернард, когда навигатор показал, что до точки

назначения им осталось всего несколько миль. — Тётушка Аннабель, у которой

мы остановимся, моя родственница по отцовской линии. Если быть точным, родная сестра их с Эллен матери, то есть моей бабушки.

— Да, помню ты рассказывал.

— Она знает, что мы приедем вдвоём, но вопрос в том, как нам перед ней

представиться…

— Ты о чём?

Бернард помедлил, посматривая в боковые зеркала — на пустынной дороге

больше никого кроме них не было.

— Тётушка придерживается консервативных взглядов на… отношения.

— И? Не понимаю. Нам-то с этого чего? — Юэн невозмутимо и громко

отхлебнул из стаканчика с кофе. Он так часто к нему прикладывался, что

Бернарду начинало казаться, будто ему налили бездонную порцию. За красивые

глаза, не иначе.

Бернард повернул голову в его сторону, пытаясь выразить одним только взглядом

всё, что хотел передать словами. Часто это получалось.

— Что? — искренне удивляясь, спросил Юэн, затем вдруг переменился в лице.

— А-а, ты о том, что мы с тобой не вписываемся в чьи-то представления об

отношениях?

— Вроде того.

Юэн задумчиво почесал подбородок, потом просто пожал плечами.

— Обычно на мнение людей мне как-то всё равно, но…

— Но мы приезжаем всего на несколько дней отдохнуть, — перебил его Бернард.

— Разборки и косые взгляды нам ни к чему. Представимся просто как друзья и

будем вести себя почти как обычно. Я не видел тётю больше десяти лет. Скорее

всего, не увижу ещё столько же. Не будем портить это непродолжительное время

ни себе, ни ей.

— Как скажешь, — дипломатично заявил Юэн, опрокидывая в себя остатки

кофе. — Я всё равно планировал тискаться с тобой где-нибудь подальше от

посторонних глаз. Исключительно для того, чтобы нам никто не помешал. А то в

самый интересный момент обычно случается что-нибудь…

— Ещё нас могут поселить в разные комнаты, — предупредил Бернард, барабаня

пальцами по рулю.

— Разные комнаты… — эхом повторил Юэн.

— Но с этим я разберусь.

— Буду бегать к тебе ночью, — засмеялся Юэн. — А это даже интереснее…

В скором времени они остановились перед вытянутым одноэтажным домом с

широким крыльцом и позеленевшей от мха крышей. Из-за почерневшей

древесины он выглядел невзрачно, но довольно ухоженно.

— Ого, какой старый, — воскликнул Юэн, вылезая из машины. — И

раски-и-ну-улись бескра-айние топи-и лесо-о-в, и место следу-ующей нашей

встре-ечи — дом-мох.

Бернард молча осмотрелся. Улица казалась пустынной, соседние домики

находились друг от друга на почтительном расстоянии. Можно было даже

подумать, что это заброшенная деревушка, но нет, вполне себе обитаемая.

Просто улица располагалась на окраине, и ближе к вечеру многие наверняка

занимались приготовлением ужина и просмотром телепередач. С неба

продолжали сыпаться редкие капли дождя, а над домом ветер раскачивал

макушки высоких деревьев. Лес обступал со всех сторон. Частный сектор в

Сент-Брине тоже находился близко от лесополосы, но здесь создавалось

впечатление, что деревушка застыла посреди леса, как заброшенная

железнодорожная станция, которую как-то посещали Бернард с Юэном.

Взяв из багажника по дорожной сумке, они поднялись на крыльцо. Старые