Чтение онлайн

И тут до меня дошло. Хозяйка ищет город, где с рабами делают всякое, а как находит привозит туда свое имущество. Полагаю, много успел насочинять в дороге. Сидит вон, трясется.

– Жи, мы приехали сюда потому, что мне нужно кое кого найти. А по поводу красоты - я ценю в людях гибкий ум. Ценю искренность и бережливое отношение к жизни. Мне бывает трудно держатся этого пути под давлением обстоятельств, но я считаю его единственно верным, а людей, которые развивают в себе эти качества, наделенными настоящей красотой.

Погладила его по голове, возможно нарушив какое-то правило, не помню. Не удержалась, таким растерянным он был. Взрослый, у которого украли детство, юношество, магию и еще много чего. Передо мной сидел кусочек разрушенного паззла, так и не успевший собраться хотя бы раз в своей жизни.

– Сейчас мне нужно идти. Ты можешь остаться в повозке, но я не знаю сколько времени займут поиски.

– Слушаюсь хозяйка, – услышала тихое в ответ.

Который час я брела по душным улицам Города Утех. В столице это было не так ощутимо поэтому и не заметила, как наступила самая жаркая пора года. Но здесь воздух так напекался, что казалось тебя засунули в духовку. А традиционные слои одежды усугубляли ситуацию.

По прибытии я решила неспешно все обойти, но не тут-то было. Оказалось, праздно прогуливаться в «городе секретов» не принято. Все, кто сюда приходит, тут-же оплачивали одно или несколько развлечений и шли прямиком к ним. Возможно, чтобы не терять времени. Здесь были целые улицы для интима разных видов и отдельно для особо жестоких игр. Было несколько арен, рынок, даже кладбище. Теперь я поняла почему неприлично рассказывать, что бывал здесь. Для самых скрытных даже были предусмотрены маски. Одеваешь и можешь быть кем-то другим во всех смыслах. Позволить себе то, что нельзя в повседневной жизни. Мне даже выдали карту этого «парка аттракционов». Я решила выбрать три самые отдаленные точки. Радиус камня довольно большой, и я надеялась, что этого будет достаточно чтобы понять, здесь ли мой неуловимый жених или я снова потеряла след.

Первым пунктом на карте был, как меня уверили, самый безобидный бордель. Казалось все ожидаемо, сниму мужчину, посижу с ним в комнате, отмечусь у администратора. Но нет, в этом городе все сверх меры. Ко мне в выделенное помещение, где вместо кровати был мягкий пол, пришли трое. Неплохие, чистенькие. Сравнила с Жи, он красивее и моложе, но и не удивительно. Рабы первого сорта сюда не попадают. Сходу они начали выгибаться в выгодные ракурсы и невесомо касаться друг друга, поглядывая из-под полуопущенных ресниц. Когда попытались нарушить мое личное пространство даже немного струхнула. Потом вспомнила кто здесь госпожа и приказала начинать без меня. Не думаю, что им подобное в новинку. Меня выручил самый прыткий предположив, что «госпожа любит смотреть». Я утвердительно кивнула и дальше просто смотрела з-д порно, не боясь за свою тушку. Когда трое возбужденных мужчин, будто, не замечая кто и что, просто наслаждаясь действием, помогли друг другу достичь разрядки, солгу если скажу, что не зацепило. Они «разогретые» смотрели на меня и в тот момент и вправду захотелось присоединится. Но дело тела, то есть естественные реакции, на то и реакции чтобы ум был сильнее.

Идя по улице в направлении второй локации этого секс-квеста, я слышала из окон стоны и крики. Не все от наслаждения. Несколько раз видела «гостей» города, развлекающихся в подворотне. Чем им помещение не угодило? Может фантазия такая чтобы у всех на виду? Не знаю. Но безвыходное положение раба, принимающего в себя клиентов сзади и спереди напомнило, что нельзя расслабляться и забывать где я и зачем.

Второй пункт назначения с виду был приличной закусочной. Но я не обольщалась. Так и вышло. Нет рабов не готовили, подавая в сливочном соусе. Они здесь служили элементами интерьера. Абсолютно всеми. Куда оком не кинь всюду был связанный раб. Вместо мебели, опор для столешницы, украшений на стенах. Туго перевязанные веревками, обездвиженные, но в сознании. Не умею я получать наслаждение наблюдая за муками других, поэтому никогда не пойму подобного. Ладно еще если делается это из согласия. Кто-то любит немного терять контроль, кто-то доминировать, все в выигрыше. Но так, без каких-либо границ, только жестокое бесчеловечное отношение даже не к вещи, потому что вещи тоже нужно беречь если не хочешь сломать. Я просто взяла еды на вынос из того что было приготовлено, не желая оставаться здесь ни минутой дольше. Решила проведать Жи и немного отвлечься.

Только «опробовав» две развлекательные локации я поняла, что зря сюда приехала. Камень молчал, а мое состояние балансировало между «хочу скрутится калачиком и рыдать» и «где бы достать тротила». После картинки культурно развитого общества увидеть его изнанку оказалось слишком шокирующе. Задумалась. Откуда в людях умнейших существах столько жестокости? Кто-то в моем мире считает, что в каждом из нас сидит зверь и мы решаем давать ли ему волю. Еще есть теория, что, если слишком сильно сдерживать свои чувства и естественные порывы в человеке появляется тяга к разрушению себя или окружающих. Но получается, что чем строже нормы в обществе, тем сильнее внутренняя деградация, а в свободе нравов кроется гармония с собой? Полагаю, лучший вариант где-то посередине. Из мыслей меня вырвал… камень.

Я быстро шла, боясь снова не успеть. Поначалу вибрацию камня восприняла за галлюцинацию от перегрева. Но быстро взяла себя в руки и начала поиски. Направляя «навигатор» в разные стороны пыталась определить где сигнал сильнее. Прошла мимо арен. Точки, отмеченные на карте, закончились, а я все шла. Пока не увидела ряд построек в несколько этажей. Чтобы назвать это жильем нужно уметь сильно абстрагироваться и для кого они предназначены, сомнений не оставалось. От дальнейших размышлений меня отвлек шум недалеко от входа в один из этих хлевов. Тем более камень упорно направлял меня туда же. Подошла. Увидела картину. Куча мала из рабов, которых избивали плетями несколько наннов. Уже легко узнаю кочевников. Кто-то орал на всех. Остановилась.

– Разве товар полагается портить?
– Чтобы не выдать волнение в голосе попыталась быть слегка требовательной и капризной.

– Этот мусор ничего не стоит.
– Сказал некто, похожий на ювелирный стеллаж в тапках. Он был зол. Похоже не продать рабов хочет, а придушить.

– А что с ними не так.

– Они не в себе, госпожа, безумные и больные. Вот на охрану напали, за это и наказываем. – Как бить перестали, все рабы на коленях выстроились в ряд. Восьмеро. Трое выделялись сходством и держались вместе. Черные волосы, лица немного угловатые, но виделись красивыми. По крайней мере под шаром пыли. Одеты были рабы в одни штаны, даже без обуви. Только тот что посередине был в рубашке. И похоже собирался потерять сознание. По крайней мере от встречи с землей его спасали первые двое.

– Мы лишь попросили еду.
– Заговорил смуглый раб, большой и грозный, думаю из местных. Их легко отличить от регеланцев.

– Ах ты! Отработайте сначала что на вас уже потратили.
– И уже мне. – Госпожа, пройдемте посмотрите на годный товар.

– Сколько говорите они не ели?

– Восемь дней. Может выпросили что или своровали.

– И что, сильно избили вашу охрану эти оголодавшие больные? – На мои слова его глаза округлились. Та самая «обиженная» охрана переглянулась. Они же в легкой броне, тренированные, сытые и отдохнувшие.

– Сколько хотите за них?

– Не продам. – Вот это поворот.
– Меня за угрозу вашей жизни накажут. Я вижу, что вы неместная и пришли одна. Не продам.

Осмотрела шеренгу. В принципе, мне все не нужны, только один из этих троих, но не оставлять же родственников будущего мужа. А то, что родственники понятно, по внешнему сходству и интересному тату. Плющ как есть, наглый и гибкий. У одного юноши на руке от кисти до локтя, у второго на шее и немного захватил ухо. У третьего мужчины скорее всего под рубашкой. Похоже, вот он знак проклятого рода. Подошла ближе к этой троице. Вибрация камня усилилась.

– Госпожа, купите нас, мы хорошие воины.
– Сказал один из будущих родственников. Я удивилась. Воины? Ну да, мы возле арены, значит их туда вели, но с виду не сильно впечатляют.

– Молчать отбросы!
– Визгливый стеллаж был зол. По глазам видно, он уже решил их судьбы. Конечно сам убить не имел права, это порча имущества. Но подписать на развлечения, из которых не возвращаются, это в его власти.

– Госпожа, - со мной заговорил мужчина, который просил еды. В нем не было рабского преклонения. Предположила, что статус свободного он сменил не так давно.
– Мы принесем вам клятву, купите нас всех.