Солнце встает над селом Дзауга
Шрифт:
– Ты нормально себя чувствуешь? – Яна тихонько подошла к ней по скрипучему полу и присела на корточки. Инга открыла глаза, разглядывая склоненное лицо подруги. Ну почему она, а не Яна дружила с Дзлиевой Кристиной? И почему она, а не Яна отправилась на этот злополучный день рождения? Сейчас Яна могла бы быть на ее месте. Какая счастливица!
Инга сама удивилась своим мыслям и тому, что она, оказывается, такая подлая дрянь. Так забавно чувствовать себя подлой дрянью! И так приятно… Взгляд ее приостановился на Яниных губах. В углу красовалась маленькая симпатичная родинка. У кого-то она уже видела такую…
И тут жадные, безжалостные воспоминания, кубарем вырвавшись откуда-то из темноты, стальными зубами впились ей в горло. Она едва ни задохнулась. В воздухе вокруг что-то зачернело, замелькало, захлопало, как тысячи гигантских крыльев.
– Уйди… - с трудом прохрипела она, зарываясь лицом в одеяло. Ей чудилось, что уродливые птицы спускаются все ниже и ниже. Вскоре, их перья, острые и холодные, как лезвия уже задевали ее, хлестали по ногам… Инга разрыдалась.
Где-то справа, прямо около ее уха отчетливо звучал странный диалог, будто записанный на пленку. Говорили парень и девушка. Приятные, спокойные голоса.
– А знаешь, чего я хочу в данный момент?
– Прекрати.
– Почему? Разве я тебе не нравлюсь? Ну, посмотри на меня. Потрогай меня…
…Мерзкие крылья превратились в нескончаемое множество чьих-то рук. Они ерзали по ней, гладили, щупали… Руки были теплые, липкие, как кисель.
– Ты меня не хочешь?
– Неужели ты еще не понял, что не на тех нарвался, Аполлон?
Инга глухо застонала.
– Что с тобой?!!! Что с тобой?!!! – паниковала рядом Яна.
– Убери… Убери… Выключи это!
«Неужели ты еще не понял, что не на тех нарвался, Аполлон…»
Яна послушно подбежала к магнитофону и выдернула штепсель из розетки.
Инга перевернулась на спину, морщась от потоков слез. Потрескавшийся, в желтых разводах потолок медленно надвигался на нее, как пресс.
«Не на тех нарвался, Аполлон…»
– Инга, успокойся! На вот, воды попей, - Яна опять склонилась над ней со стаканом. Инга затряслась, кутаясь в плед. Перед глазами стояло лицо Кокоя… Полудетская, обдолбленная вусмерть рожа… Шквал перегара… Грязные, мерзкие руки на ее теле медленно таяли, превращаясь в блестящую слизь… Через секунду кровавая жижа обволокла ее ноги, живот, грудь, лицо – все тело, не позволяя вздохнуть. Алан смотрел на нее сверху из-под полуопущенных темных ресниц и невинно смеялся…
Яна наклонилась и коснулась губами ее лба.
– Смотри-ка! Ты вся горишь! Я пойду за врачом.
– Нет… - забормотала Инга – Нет… Я это так не оставлю… Я не отступлю…
– Послушай, -Яна заговорила отвратительным приторным голоском – Забудь про эту безумную затею. Тебе никто не поможет, а сама ты ничего не добьешься. Сос не такой идиот, чтобы портить с Габараем отношения. Ты сделала все, что могла, и больше нет никаких шансов, поймешь ты это наконец?
Инга внезапно притихла. Слезы ее высохли. Она медленно и как-то зловеще поднялась на кровати и села. Бледное лицо с повисшими по обе стороны черными растрепанными волосами приобрело устрашающее выражение.
– Нет… У меня еще есть шанс…
Она неспеша спустила ноги на пол, встала и направилась через комнату к Марининой кровати.
– Эй! – испуганно позвала Яна – Чего ты от нее хочешь? Не трогай ее.
– Я ее убью. Убью, если она не напишет заявление, - Инга рывком сдернула с Марины одеяло, и вдруг, оглушительно заорала: - Слышишь ты меня?!!!
Марина не шевельнулась и даже не открыла глаз. Инга затрясла ее со всей силы.
– Хватит, валяться, слабачка! Вставай и одевайся.
Марина съежилась еще больше.
– Это ты во всем виновата, ты!!! – Инга навалилась на нее сверху, сотрясая ее безжизненное тело. Марина задрожала, закрываясь руками, точь-в-точь, как тогда, когда она валялась на тротуаре. Это было ужасно смешно! Инга вдруг представила себя на месте пацанов и ощутила невероятное удовлетворение, неописуемый восторг от чувства власти над жертвой, от ее беспомощности и собственного могущества.
Яна что-то кричала сзади. Инга вцепилась Марине в горло.
– Трусиха! Слабачка! Все из-за тебя!
В комнате раздался странный грохот, и неожиданно чьи-то сильные руки оттащили ее то кровати. Инга сползла на пол и посмотрела сквозь облепившие мокрое лицо волосы вверх на возникшего откуда-то Марика.
– Успокойся, подружка. Тихо, тихо, - он поднял ее с пола, уложил на койку, сбегал к столу, вернулся и сунул в рот две маленькие таблетки.
– Что это?...
– Успокойся и проглоти.
На соседней кровати Марина рыдала в Яниных объятьях.
– Господи… - Яна гладила подругу по волосам – Хорошо, что ты зашел. Я думала, она ее убьет.
12.
Инга проснулась под утро. Яна и Марик сидели около крошечного черно-белого телевизора с сонными глазами и пили, наверно, по сотой чашке кофе. Инга уселась в постели и обняла колени руками.
– Бдительная охрана бодрствовала всю ночь?
Яна и Марик обернулись.
– А… Проснулась.
Инга зевнула и заправила волосы за уши.
– Я, кажется, вчера буянила?
– Да уж, - вздохнула Яна – Ты была просто невменяемая… Набросилась на Марину…
– Я все помню.
– Мы позвали врача. Она сделала тебе укол и прописала это, - она помахала в воздухе рецептом. –У тебя нервы шалят, дорогуша. Могут быть осложнения, так что с этого дня ты и думать забудешь о судах, милиции и прочей фигне, ясно?