Чтение онлайн

Директор сидел за своим столом и молчал. Создавалось впечатление, что он ничего и никого вокруг не замечает. Взгляд его был обращен в себя, игнорируя присутствующих в кабинете людей. Я попробовал окликнуть его, привести в чувства, но Эмили остановила мои попытки, объяснив, что ему сейчас лучше там, где он мысленно. Примерно через пятнадцать минут на балконе директорского кабинета стали появляться люди. Я никого из них не узнавал. Казалось Эмили и Ярослав их тоже не знают, что меня нисколько не успокаивало. Каждого пленника они тщательно обыскивали, проверяли артефактами, накладывали диагностирующие заклинания. После этого их связали по рукам и ногам и упаковывали в прозрачную пленку, которая приняла очертания хрустальных гробов. Со стороны выглядело довольно жутко.

— Куда их забирают? — спросил я у Ярослава.

— Домой, — ответил он, вынимая сигарету.

— Их убьют? — задал я следующий вопрос, после чего взял у Ярослава одну сигарету.

— Не сразу, — выдохнул он ответ вместе с дымом. — Сначала их будут пытать несколько дней, добиваясь информации. Если они будут упрямиться, приедет наш штатный легилемент и снесет их ментальные щиты, после чего скинет все воспоминания в думосбор, а у «клиентов» настолько размягчится мозг, что убить их, значит проявить милосердие. Итог один — смерть.

— Мне нужно поговорить с…

— Я понял! — оборвал меня Ярослав. — Я передам.

========== Часть 31 ==========

Как и обещала - новая глава)) Делитесь впечатлениями, мне будет интересно.

–

Я наблюдал за ней уже полчаса, не смея подойти ближе. Все это время она играла на рояле чарующие мелодии, перелистывая страницу за страницей своей нотной тетради. Волосы укрывали ее спину подобно шали, сияющей в тусклом свете люстры. Я не видел ее лица, лишь спину и руки, порхающие над клавишами. Никогда бы не подумал, что она способна создавать такую красивую мелодию. Никогда бы не подумал, что она вообще может что-либо создавать. Мое сердце разрывалось на части, откликаясь на боль звучащего рояля. Я начал медленно приближаться, стараясь производить как можно меньше шума. Не то чтобы я боялся обнаружить себя, ведь пока я не заговорю с ней — останусь невидимкой. Сделав еще два шага, я резко остановился — помимо нее в комнате находилось трое мужчин. Я не мог разглядеть их лиц, наверное, потому что Беллатриса после стольких лет и сама не могла вспомнить, как они выглядели на самом деле. Их черты плыли, словно восковые маски, каждый раз немного меняясь и смазываясь. Двое из них были немного полноватыми и громоздкими, почти одинаковыми, третий сидел нарочито прямо и имел подтянутый, слегка высокомерный вид.

Наконец Бэлла закончила играть, покинула рояль и поклонилась гостям в легком реверансе.

— Беллатриса, — начал он и черты его лица проступили четче, являя седого мужчину, лет шестидесяти, — ты помнишь мистера Лестрейнджа? — он указал на человека справа от себя, тот встал и слегка поклонился. — Он прибыл к нам сегодня для того, чтобы просить твоей руки. Мы с его отцом неоднократно обсуждали такую возможность и пришли к выводу, что сейчас самое время.

— Отец! — воскликнула Бэлла и осмелилась метнуть в него злобный взгляд.

— Это не обсуждается… — с раздражением начал говорить отец Бэллы.

— Позвольте мне, Сигнус, — раздался тихий, чуть шелестящий голос третьего мужчины.

Он поднялся со своего места и не спеша подошел к Беллатрисе. Даже из далека я узнал его. Пусть сейчас он имел более человечный вид, но змееподобные черты лица даже с такого расстояния выдавали в нем Воланде-Морта. Редкая седина на висках говорила о том, что ему за сорок. В воспоминаниях, которые мне показывал Дамблдор, я видел его совсем юным девятнадцатилетним парнем. Разница была существенна. Впрочем, сейчас он не сильно отличался от того человека, которого я видел в другом воспоминании, когда он приходил к Дамблдору просить место преподавателя защиты от темных искусств: те же плавные черты лица, словно восковые; белки глаз сплошь пронизанные тонкими красными капиллярами и черная мантия, очень похожая на те, что носит наш нынешний преподаватель ЗОТИ.

— Меня зовут Лорд Воланде-Морт, — представился он и поцеловал руку Бэллы.

В тот момент в ее глазах зажегся неподдельный интерес. Не знаю что ей так в нем приглянулось… Может это особая аура или природный магнетизм? Что-то было в нем, что смогло обмануть каждого из его последователей. Что-то притягательное. Даже в таком обличии хотелось к нему прислушаться, спросить совета, предложить свою помощь. Его голос завораживал и околдовывал разум.

— Приятно познакомиться, — ответила Бэлла, их руки все еще были соединены.

Время вокруг словно остановилось. Она продолжала смотреть на него, а он на нее. Спустя пару минут Беллатриса отпустила его руку, но он продолжал стоять, словно статуя. Она приблизилась и поцеловала его в губы, затем прижалась к нему и заговорила:

— Я так люблю Вас, мой Лорд… Не отдавайте меня Лестрейнджам, иначе я сойду с ума от горя. Я буду счастлива только с Вами. Клянусь своей жизнью, что стану самой верной Вашей последовательницей, только не отдавайте меня ему. Не заставляйте меня выходить за него замуж. Он слабак, как и его отец, я ненавижу всю их семейку.

— Не говори так, Бэлла, — ответил Лорд. — Красивой девушке не пристало так выражаться.

Картинка резко сменилась, и я увидел, что они лежат на огромной кровати, все так же в обнимку.

— Почему я должна выходить за него? Почему я не могу пойти за Вас? — спросила она.

— Потому что ты чистокровная волшебница, а Рудольфус чистокровный маг и мой верный слуга, и вы просто обязаны сохранить чистоту крови. Я не могу жениться на тебе, Беллатриса — это сделает меня слабым и зависимым. Это будет началом моего конца.

Дальше я смотреть не стал, потому что сон стал окрашиваться эротическими деталями. Видеть это мне было крайне неприятно.

–

— Ну как успехи? — спросил меня Николас, когда мы уже приступили к завтраку.

— Пока ничего интересного, — ответил я, отпивая глоток горячего кофе.

После прощального пира я не поехал на поезде вместе с остальными учениками. Вместо этого я Эмили и Ярослав отправились прямиком к Николасу. «Гроб» Беллатрисы остался нетронутым и стоял посреди большого холла. Туман, что заполнил тогда кабинет директора, оказался испарением от зелья «Сон Белоснежки». Действие вдыхаемых паров длится не больше двенадцати часов и разбудить пациента может поцелуй другого человека противоположного пола, так же можно просто оставить его на свежем воздухе, и он проснется сам. Еще, конечно же, существует нейтрализатор, тот, который выпил Драко. Так называемые «гробы» нужны, чтобы эффект от зелья не проходил, но в случае необходимости можно было легко разбудить человека. В жидком состоянии зелье достаточно опасно, а для не мага смертельно. Будить Бэллу я не намеревался, мне всего лишь нужно было отыскать ее слабые точки, на которые можно было бы довольно болезненно воздействовать. Мысли о мести я не отбросил.

Я нырял в ее сны уже пятый раз и это первый сон, в котором я увидел Его. Николас больше не проронил ни слова, за что ему отдельное спасибо. Я продолжал пить вкусный кофе и размышлять об увиденном. Любовь Беллатрисы к Лорду была очевидна. И это определенно нужно было использовать, но как?.. Предыдущие сны напоминали больше какие-то непонятные сгустки и тени, но этот был наполнен чувствами и надеждами. Она хотела выйти за него, они были любовниками. От мысли о том, что она спала с ним и тогда, когда он выглядел как инфернал, заставила меня скривиться. В данный момент Беллатриса была беременна. Догадаться о том, кто отец не сложно. По словам Эмили срок был небольшим и она с легкостью может избавить ее от этого бремени. Николас был против.

По его словам род Слизерина слишком ценен, чтобы вот так закончиться на непутевом Томе Реддле. Беллатрисе нужно было дать шанс сохранить кровь, за дальнейшую ее судьбу разговоров не велось. По его виду я понял, что он отождествляет этого еще не родившегося ребенка с моей матерью. Когда Николас отчаялся судьба преподнесла ему великий дар — продолжение рода. В его словах была доля истины, но Воланде-Морт — злодей, а Бэлла — сумасшедшая. Что если плод их совместных усилий станет еще более ужасающим, чем сам Лорд? Очевидный выход напрашивался сам собой, но я был не уверен, что смогу. Я был не уверен, что смогу воспитать это ребенка как своего. Не уверен, что со мной он не станет тем чудовищем, каким ему суждено стать. Не уверен, что сам я — не чудовище.