Чтение онлайн

– Что именно?

– Книга. Нужно взломать библиотеку.

– Ты серьезно? Если ты совсем плох, я одолжу свой читательский билет. По нему можно брать книжки на дом и все такое.

– Это не простая библиотека. Я провел кое-какие исследования. Хозяин – богатый мудак с кучей дорогущих антикварных книг, картин и черт знает чего еще. Заберешь все, что сможешь унести.

– Ладно, заинтриговал. Рынок редких книг процветает. И кто хозяин?

– Рэмси Фицджеральд.

– Мерзкий издатель? Ага, у него наверняка полно стоящего добра. Кто еще в деле?

– Никто. Только ты и я.

– Даже Морти? Кто откроет замки и двери?

– Чувак вроде него не станет пользоваться обычными замками. Нас явно ждут смертельные проклятия и световые эффекты.

– С ними тоже можно справиться, – заметила Салли.

– Именно. Но мне нужна Мэрилин, чтобы пройти туда и обратно мимо охранников, слуг и прочего сброда.

– Думаешь, получится?

– Вынесем все, что поместится в карманах, руках и зубах.

– Охрана вооружена?

– Вероятность минимальная.

– То есть «возможно». Со взломщиком мне бы все равно было спокойнее.

– Говорю же, там взломщик ни к чему.

– Как поживает Жизель? У нее все такая же потрясная задница? – небрежно поинтересовалась Салли.

– Все прекрасно. Она передает привет. И да, задница ее по-прежнему на высоте.

– Судя по голосу, регулярный трах тебе на пользу. Ты похож на себя прежнего.

– Я и есть прежний.

– Раз ты обратился ко мне, полагаю, речь не об официальном правительственном задании. Ты снова на дне?

– Возникла проблемка с проклятием мумии.

– Да ты, нахрен, издеваешься? – рявкнула Салли.

– Вовсе нет.

– Куп в своем репертуаре. Ты что, украл у мертвяка волшебные бобы? Клянусь, у тебя возникают самые интересные проблемы.

– Значит, ты в деле?

– За шанс увидеть, как ты несешь кольцо на Роковую Гору? Черт возьми, да!

– Если повезет, ничего интересного не случится.

– Но если там есть секси суккубы, я пойду первой. Когда?

– Завтра ночью.

– Чтоб тебя. Уж лучше бы в этой библиотеке было что-нибудь ценное.

– Будет, – заверил Куп. – Детали скину по электронке.

– Что ж, до завтра.

– Увидимся.

Куп вновь уставился на чертежи. На них не было мистических ловушек или стражей. «Но такой, как Фицджеральд, не мог не выпендриться», – подумал он. Защита дорогостоящая – драконы и лавовые желоба, – но не самая эффективная. Куп знал, что Салли профессионал, и, если прижмет и придется бежать, она не подведет.

Беспокоило только одно: Хархуф. Вдруг засранец припрется в разгар дела? Он не трогал Жизель, а значит, скорее всего, не тронет и Салли. Обдумывая детали, Куп остановился на идеальном плане в случае появления Хархуфа: не терять своей проклятой башки.

Рэмси Фицджеральд владел самой большой группой бульварных газет и консервативных журналов в Западном полушарии. А еще был президентом телевизионной новостной сети, настолько ультраправой, что один писака даже сказал: «В то время как «Фокс-Ньюс» обращены к консервативной аудитории, сеть «Игл-Экспоуз», похоже, была создана Лексом Лютором для злодеев из «Безумного Макса» и Влада Цепеша, которые мечтают вернуться к золотому стандарту, отправить детей из яслей в угольные шахты и сбалансировать бюджет, разрешив охоту на снежного человека и свободную торговлю органами».

Как и его герой, Уильям Рэндольф Херст, Фицджеральд коллекционировал картины, скульптуры, книги, антикварную мебель и экзотических животных, только денег у него было больше, а вкуса – меньше, потому хранилось это добро в дьявольски спроектированном призрачном бункере позади главного особняка его поместья в Беверли-Хиллз. Тот же Херст мог похвастаться всего парой полтергейстов на полставки, да и то они в основном лишь развлекали его гостей на выходных.

История Фицджеральда – это история человека, который начал с нескольких сотен миллионов семейных денег и сумел их преумножить с помощью силы воли, инсайдерской торговли и шантажа. В своей автобиографии он назвал эту формулу «охватом Торквемады» [1016] .

Но втайне Фицджеральд лелеял мечту стать продюсером шоу вроде Уолта Диснея, Басби Беркли и Лени Рифеншталь. Тем, кого уважают и превозносят. Он задействовал свои активы в различных киностудиях и вкладывался в крупнобюджетные проекты, основанные на их самых успешных работах.

Первой попыткой стал мюзикл по мотивам «Техасской резни бензопилой» под названием «Я забрал твое лицо, а ты – мое сердце». Шоу провалилось, а театр после трех выступлений спалили дотла.

Позже Фицджеральд перешел на телевидение, создав американскую историческую драму в духе «Аббатства Даунтон». В «Поместье Ларедо» речь шла о семейной династии на Западе сразу после Гражданской войны. Первый сезон получил неплохие отзывы, но во втором рейтинги упали, и тогда в сюжете появились налеты индейцев, вспышка оспы, обряды экзорцизма, сексуальное привидение, сексуальный оборотень и сексуальная леди-стрелок, сражающаяся с динозаврами, которых семейство разбудило, добывая золото. Невероятно, но все сработало. Рейтинги взлетели до небес, а вот хороших отзывов не добавилось. Сколько бы миллионов Фицджеральд ни заработал на шоу, уважали его теперь еще меньше.

Его последней попыткой заслужить авторитет стала «Улица Обнимашек» – консервативная версия «Улицы Сезам», в которой очаровательные куклы-животные учили дошкольников навыкам лоббирования и откатов. Передачу приняли нормально, хоть и без восторгов, пока Фицджеральд не ввел нового персонажа – Холли Бабетт, Кролика Правды. Оказалось, что отрицающий Холокост кролик не годится для выбранного эфирного времени, и их сдвинули в середину праздничного шоу «Золото, пули и антибиотки: Иисус-выживальщик спасает Рождество».

После очередного провала Фицджеральд вернулся к управлению медиаимперией и инвестированию в киностудии и на публике появлялся редко – только на важных мероприятиях и периодических дознаниях в конгрессе на тему контрабанды оружия и валютных манипуляций. Они вместе с пятой женой, Татьяной, или Тильдой, или что-то вроде того – проклятые иностранные имена со временим слились воедино, – с нетерпением ждали международного гала-концерта «Глобал-Шоукейс» и планировали прибыть туда пораньше, доверив поместье своим талантливым охранникам.

Воспользовавшись не совсем законными связями, Куп ненадолго одолжил фургон фирмы по очистке ковров, благодаря чему они с Салли спокойно припарковались в районе Фицджеральда и простояли там весь день. Куп наблюдал за особняком с водительского места, а Салли, по такому случаю перекрасившая короткие и некогда синие волосы в зеленый цвет, лежала на заднем сиденье с пакетом печенья и конфет.

Солнце клонилось к закату. Куп отрегулировал бинокль.

– Они там еще не уходят? – простонала Салли.