Чтение онлайн

Кэсси Рэйвен затаила дыхание. Она просто-таки разрывалась между желанием обернуться и страхом того, что может увидеть.

Затем почувствовалось движение воздуха, похожее на выдох, и с ним дразнящий знакомый аромат — сладкий и древесный. Кэсси резко обернулась, ее пульс будто стучал в горле. Стул был пуст, но халат, висевший на нем, теперь лежал на полу в свернутом виде. Девушка схватила его и прижала к лицу. Опять этот запах — Caleche от Hermes. Любимый аромат миссис Э. Мимолетное тепло, как будто Джеральдина только что сняла халат.

Кэсси мысленно улыбнулась: неудивительно, что в собственной спальне пахнет духами миссис Э. Что же касается остатков тепла от халата, то разве он не лежал в луче солнечного света, когда девушка сюда вошла?

Все же в этот момент Кэсси Рэйвен почувствовала знак, ее присутствие здесь было благословением давней подруги.

В шкафчиках по обе стороны от огромной кровати не было ничего интересного. В одном лежали колготки, ленты для волос, обычные женские принадлежности и книга, о которой Кэсси никогда не слышала — «Волхв» Джона Фаулза. Шкафчик по другую сторону был пуст. Этого следовало ожидать, учитывая, что миссис Э. и Кристиан расстались.

На стене рядом с кроватью висела фотография в рамке. Крошечный выцветший «Полароид». На фото была непривычно молодая и неуклюжая миссис Э. Она сидела на больничной койке, держа на руках новорожденного ребенка в розовой вязаной шапочке — предположительно Оуэна. Несмотря на то, что женщина покорно улыбалась в камеру, ее глаза смотрели непривычно тревожно.

Кэсси не нашла ничего интересного в ящиках туалетного столика и перешла к массивному резному платяному шкафу, возможно, унаследованному от валлийских предков миссис Э. В нем были на удивление дорогие вещи: темно-синее льняное пальто от Agnes B, асимметричное платье от Whistles, сумочка и вещи с другими шикарными, но неброскими этикетками. Кэсси Рэйвен узнала длинное красное пальто в стиле милитари. Это было любимое зимнее пальто миссис Э.

Глянцевые пакеты, в которых все эти вещи прибыли, лежали аккуратно сложенными на дне шкафа. Эта деталь заставила Кэсси улыбнуться. Она вспомнила бережливость миссис Э, ее нелюбовь к расточительству. Девушка заметила стопку коробок из-под обуви на полке над вешалкой для одежды и обнаружила, что она слишком высоко, чтобы дотянуться до нее. Тогда Кэсси взобралась на ротанговое кресло, вытащила очень красивую коробку из-под обуви, обтянутую бархатом с рисунком цвета лайма, и обнаружила, что она не пуста.

Кэсси высыпала содержимое коробки на кровать: спрессованный засушенный цветок, судя по виду, бугенвиллея, шелковый шарф изумительного синего цвета, пробка от шампанского, открытка со средневековой мозаикой в итальянской Равенне и прикрепленная к ней фотография миссис Э. и Кристиана.

Они были сняты за солнечным столиком ресторана, вероятно, во время отпуска в Италии. Оба смущенно улыбались, словно говорили фотографу «Поторопитесь и покончите с этим». Джеральдина по-настоящему сияла. Ярко-синий шарф из этой обувной коробки, обмотанный вокруг шеи, идеально подходил к ее темным волосам и коже оливкового цвета. Кэсси почувствовала внезапное жжение в глазах — не из-за факта смерти миссис Э., а из-за ее поиска любовного чувства в уже не самом юном возрасте. К сожалению, у них с Кристианом это не получилось. Впрочем, собственный опыт погружения в онлайн-знакомства явно показал Кэсси Рэйвен, как интернетные связи имеют тенденцию слишком быстро ускоряться перед впечатляющим крахом и внутренним ожогом.

Соседняя комната выглядела как кабинет миссис Э. С высокими потолками и стеллажами, заставленными книгами, в основном по науке и истории, она казалась чересчур пустой, если не считать крепкого стола и стула. В ящиках лежали степлер, скрепки, но никаких документов или корреспонденции. Кэсси села в потрепанное вращающееся кресло и тогда заметила, что верхние четыре или пять полок были плотно заполнены книгами, а на самой низкой полке, ближайшей к столу, их было меньше, и некоторые из книг опирались друг на друга, как пьяницы в пабе. Приглядевшись к полке повнимательнее, девушка увидела в пыли едва заметный квадратный контур, который тянулся до самого края полки. Она догадалась, что когда-то здесь хранились папки, полные документов, пока кто-то — вероятно, Оуэн — не снял их и не перетасовал книги, чтобы заполнить дыру.

Никаких признаков ноутбука. Хотя, когда девушка распутала кабели в задней части старомодного принтера рядом со столом, она нашла провод с разъемом USB. Значит, Оуэн забрал и мамин компьютер. Ну и что с того? Как ближайший родственник, он, несомненно, имел на это право.

Кэсси подошла к эркеру. Она радовалась, что муслиновые занавески и деревья, окаймлявшие улицу, защищали ее от любопытных соседей. Вероятно, именно здесь Мэдди и увидела испуганную миссис Э. Взгляд Кэсси Рэйвен снова упал на старомодный принтер, и что-то заставило ее включить устройство. Он гудел и бурлил целую вечность, пока не мигнул красный огонек. На дисплее вспыхнули слова «замятие бумаги». Девушка вытащила лоток с бумагой и заглянула внутрь принтера, но, увы, ничего не увидела. Ей потребовалось некоторое время, чтобы найти спусковой рычаг, но, когда она наконец открыла заднюю часть устройства, то обнаружила в выработанных страницах аккуратно сложенный листок формата А4.

Кэсси разгладила его на столе и увидела, что это была распечатка с сайта генеалогии — из тех, что люди используют для отслеживания генеалогического древа. В древе был зафиксирован брак Джулии Джеральдины Торранс и Барри Денниса Ренвика, состоявшийся двумя годами ранее. Брак был заключен в Честере, на севере. Если ее география верна, то это недалеко от Северного Уэльса, где выросла миссис Э.

Кэсси смотрела на распечатку, пока ее зрение не затуманилось. Джеральдина. Имена миссис Эдвардс и второе имя невесты совпадают. Семейная связь? Если нет, то почему ее преподавательница попыталась распечатать этот документ?

Девушка сунула лист в карман, вернулась в спальню, уселась на кровать, еще раз взглянул на фотографию миссис Э. и новорожденного Оуэна. Это фото миссис Э. видела и ночью, и утром. Разве такое поведение не странное, учитывая, как сын обращался с ней?

И эта розовая детская шапочка… Необычный выбор цвета для мальчика, особенно в те времена. Миссис Э. тоже выглядела невероятно юной, практически подростком. Кэсси пришла в голову одна мысль. А что, если ребенок, которого она держала на руках, был вовсе не Оуэном, а предыдущим ребенком Джеральдины? Может, таинственная Джулия Джеральдина Торранс была дочерью миссис Э., родившейся еще до ее замужества, а второе имя ребенка — единственная сохранившаяся связь с ее биологической матерью? Тогда, в начале восьмидесятых, в подобных случаях не было ничего необычного: молодых незамужних матерей заставляли отказываться от своих детей. Особенно часто такое происходило в сельской местности Уэльса.

Может, миссис Э. наткнулась на свидетельство о браке, когда искала потерянного ребенка, а теперь уже взрослую женщину. Знал ли об этом Оуэн? Если да, то он мог рассматривать сводную сестру как потенциальную соперницу в борьбе за материнские симпатии и, что еще важнее, за ее деньги.

Кэсси сделала снимок. Оказывается, она пробыла в доме миссис Э. уже пятьдесят минут, но ей еще кое-что предстояло сделать.

Перед дверью в ванную она помедлила, а затем взялась за дверную ручку. Крутая ванна в викторианском стиле с когтистыми ножками занимала практически все пространство. Именно здесь десять дней назад закончилась жизнь миссис Э.

Прохладно — верхнее окно оставлено открытым для проветривания. Кэсси почувствовала затхлый запах от коврика в ванной, присела на корточки и приподняла угол. В нос ударил «аромат», напоминающий вонь от давно сгнивших грибов. Изнанка коврика все еще была слегка влажной. Намокла ли она, когда медработники вытащили тело из ванной? Или, возможно, во время борьбы, когда миссис Э. пыталась отбиться от кого-то, кто пытался ее утопить?

Девушка почувствовала непреодолимое желание погрузиться в последние мгновения жизни миссис Э. и поэтому включила кран с горячей водой на полную катушку. Когда он провернулся до упора, Кэсси сунула руку под струю и тут же отдернула ее: температура воды была установлена на режим ошпаривания. Если бы миссис Э. вдруг почувствовала слабость в слишком горячей воде, можно понять, ей было бы трудно выбраться из ванной даже без участия постороннего человека, толкающего ее вниз.