Чтение онлайн

— А я ее еще здесь не видел. Когда придет, покажет тебе цифры.

— Дуг, — засмеялся Шеппард, — да видел я эти цифры.

Дуглас замолчал, потом тоже засмеялся.

— Ну извини, дружок. Но это просто фантастика. Ты такой крутой, черт бы тебя подрал. Ты помнишь, как я взял тебя к нам? Тебе же было…

— Четырнадцать лет. Помню, конечно. Помню, как пришел в первый раз.

— …четырнадцать, да. Я и вообразить не мог, что ты так далеко пойдешь. То есть я хочу сказать… не хочу, правда, говорить о мертвых ничего худого… но, ей-богу, учителя математики тогда убили весьма вовремя.

Шеппард не знал, что ответить. Поэтому молча улыбнулся. Дуглас вечно ляпает такое, что хоть стой, хоть падай, у него талант. А еще — четверо детей от двух бывших жен, и все его презирают.

В затуманенном мозгу возник образ мистера Джеффериса. Этот добродушный толстяк, учитель математики… он всегда помогал ему делать домашние задания. Его нашли висящим под потолком.

— Так о чем ты хотел поговорить со мной, а, Дуг? — спросил Шеппард, когда женщина с красивыми ногами вернулась и принесла ему еще один бурбон, а Дугу — коктейль.

На этот раз Шеппард взял стакан и поднял его к свету. Бодрящая коричневая жидкость была соблазнительно приятна и на вид, и на вкус. Это его горючее, оно дает ему энергию, чтобы жить. Он отхлебнул и обратился к женщине:

— Сделай так, чтобы мой стакан никогда не опустел, поняла?

Женщина кивнула. По лицу было видно, что она взволнована, даже потрясена. Наверное, его поклонница. Узнавая его, женщины всегда делали такие вот загадочно-умильные глазки. Непонятно было, хотят ли они переспать с ним или зарезать. И в том и в другом случае они казались ему соблазнительно опасными.

Дуглас взял стакан.

— Да вот хотел поговорить с тобой о новых возможностях.

— Звучит зловеще, — отозвался Шеппард.

Напиток обволакивал его сознание, как теплое одеяло в прохладный вечер.

— Ко мне, понимаешь, со всех сторон пристают… слушай, ты можешь написать книгу?

— Книгу?

— Ну да. Это такая штука, у которой внутри есть слова.

— Очень смешно, Дуг. И о чем же мне писать книгу?

— Да о чем-нибудь, все равно. О чем сам захочешь. Можно интересную, а можно и нет, бред какой-нибудь, как пожелаешь. Я тебе честно скажу: это не имеет значения. Люди будут покупать ее потому, что на обложке прочтут твое имя. Книги — почти как телевизор. Главное — это про того человека, который на экране.

— Я не умею писать книги.

— Да тебе помогут. Черт возьми, за тебя напишет кто-нибудь другой, если хочешь. Главное, чтобы на обложке стояло твое имя. Ну, что скажешь?

Шеппард рассмеялся:

— Только и всего?

— Именно. Надо только продумать, о чем будет книга. Ну, скажем, о трудностях, с которыми сыщик-резидент Морган Шеппард столкнулся при расследовании убийства своего учителя, когда ему было всего одиннадцать лет от роду. Да черт возьми, Морган, это же верняк, это будет настоящий хит. Твоя книга войдет в список бестселлеров «Таймс».

— А что, звучит очень даже заманчиво, — сказал Шеппард, раскачав стакан так, что бурбон в нем закрутился в водовороте.

Он уже представлял себе это. Как его книга красуется в главной витрине «Уотерстоунз» [540] . Со вкусом оформленная, модная обложка. На обратной стороне — его портрет, он улыбается читателям с тысяч экземпляров книги. Толстенький такой томик, в котором описываются приключения юного сыщика, расследующего загадочное убийство.

— Ну и?..

— Я не очень часто говорю «нет», Дуг, — сказал Шеппард, — и было бы довольно глупо начинать сейчас.

Дуглас чуть из кресла не выпрыгнул.

— Ха! Есть, сэр! Да ты просто супер, Шеппард! Да мы с тобой завоюем весь мир. Ты да я. Морган Шеппард в первых строчках каждого списка бестселлеров. Ты станешь брендом. Мы заработаем миллионы. Я уже знаю издателей, готовых выложить за первую книгу кучу денег.

— Первую? Не будем увлекаться, Дуг.

— Не будем увлекаться, — передразнил его Дуглас. — Звучит так, будто у Шеппарда выпить не на что. Девушка!

Он помахал официантке, желая немедленно повторить.

Остаток вечера потерялся в токсичном дыму ядовитых субстанций. Шеппард и Дуглас какое-то время еще болтали о том о сем, а больше ни о чем, медленно, но верно теряя человеческий облик. Небольшие стайки девиц то и дело скапливались у ограждения и просили у Шеппарда автограф. Изначально заявлено было, что вечеринка устраивается исключительно для работников телекомпании, но ни одной из этих девиц он не знал. Дуглас настаивал, чтобы он подписывал каждой без исключения, и Шеппард не роптал.

Музыка заиграла громче, лампочки еще больше потускнели, и Шеппард уже почти не видел сидящего напротив Дугласа, не говоря уже о том, чтобы слышать. Оба что-то кричали друг другу, но не понимали ни слова. Шеппард решил, что ему срочно надо пересечь обширное пространство танцевальной площадки и поискать, где бы отлить. Он попытался сообщить об этом Дугласу жестами, и пьяный в хлам Дуглас, как ни странно, врубился.

Шеппард встал, мир вокруг него покачнулся. Ага, это, оказывается, мир такой неустойчивый, а с ним все в порядке. Он чувствует себя великолепно, никогда еще лучше не чувствовал. Юный сыщик. Телеведущий. А теперь вот еще и писатель. Он кое-как выбрался на территорию, где обитали простые смертные, похлопал охранника по плечу, из дружеских чувств, конечно, но более для того, чтобы не упасть. Площадка для танцев казалась теперь больше, чем прежде. Она распухала перед ним и пульсировала сплошной, темной людской массой. Он набычился и двинулся сквозь нее.

Странное дело: если ты человек известный, то всем почему-то хочется тебя потрогать. Обычай дикий и абсолютно неправильный. Людям, похоже, мало просто видеть тебя, им надо убедиться, что ты настоящий. Бредя по площадке, Шеппард ощутил этот феномен на себе в полную силу. Люди хлопали его по плечу, по спине, жали руку, даже обнимали. А Шеппард настолько опьянел, что сопротивляться не было сил.

Прошла тыща лет, прежде чем он в конце концов покинул площадку с пляшущими, вырвался на свободу, поднял голову и отыскал на стене неоновый знак со словом «Джон» и стрелкой, указывающей в сторону узенького коридорчика. Джон? Ага, это имя мужское, догадался он и пошел, куда указывала стрелка, и наконец нашел туалет.

Через полчаса он вернулся в зону для ВИП-гостей. Уселся и заметил, что Дуглас успел проглотить еще три стакана разноцветного пойла. Группы сконвергировались, и Дуглас уже оживленно разговаривал с близняшками, а продюсер горячо дискутировал со специалистом по рекламе. Его персональный помощник Роджерс сидел бледный… то ли собирался отключиться, то ли блевануть, а может, и то и другое.

Когда официантка принесла ему еще один бурбон, на него уже оглядывались.

— Спасибо, — сказал Шеппард и, недолго думая, хлопнул его залпом. — Еще один, пожалуйста.