Чтение онлайн

Снова раздается звонок. Я ставлю фильм на паузу, опускаю ноги на пол, встаю. Подхожу к экрану домофона.

Это Итан. Руки засунуты в карманы, вокруг шеи обмотан шарф. Волосы сияют в солнечном свете.

Нажимаю на кнопку переговорного устройства.

— Родители знают, что ты здесь? — спрашиваю я.

— Все в порядке, — отвечает он.

Я молчу.

— Очень холодно, — добавляет он.

Нажимаю на кнопку.

Секунду спустя он входит в гостиную, за ним тянется шлейф прохладного воздуха.

— Спасибо, — пыхтит он. — На улице такая холодина. — Он оглядывается по сторонам. — Здесь совсем темно.

— Это потому, что снаружи так ярко, — говорю я, но он прав.

Я включаю торшер.

— Может быть, я подниму жалюзи?

— Конечно. А вообще не надо, и так хорошо. Правда?

— Хорошо, — говорит он.

Я усаживаюсь в кресло.

— Можно мне присесть сюда? — спрашивает Итан, указывая на диван.

Все «можно» да «можно». Чересчур вежлив для тинейджера.

— Конечно.

Он садится. Панч спрыгивает со спинки дивана, проворно заползает под него.

Итан оглядывает комнату.

— Этот камин работает?

— Он газовый, но да, работает. Хочешь, чтобы я включила?

— Нет, я просто спросил.

Тишина.

— Для чего здесь эти лекарства?

Я перевожу взгляд на кофейный столик, заваленный таблетками. Четыре флакона, один пустой, стоят посредине.

— Просто я их пересчитываю, — объясняю я. — Чтобы знать, сколько докупить.

— А-а, понятно.

Снова тишина.

— Я пришел… — начинает он в тот момент, когда я произношу его имя.

Я тороплюсь.

— Итан, мне так жаль.

Он наклоняет голову.

— Просто мне очень неловко. — Бедняга уткнулся взглядом в свои колени, но я напираю. — За всю эту заваруху, в которую втянула тебя. Я… была так… уверена. Была уверена, что происходит нечто ужасное.

Он кивает, глядя в пол.

— У меня был… был очень тяжелый год.

Я опускаю веки. Когда я вновь поднимаю их, наталкиваюсь на проницательный взор Итана. Глаза его блестят.

— Я потеряла ребенка и мужа. — Проглатываю комок. Я это сказала. — Они умерли. Погибли. — «Дыши, дыши. Раз, два, три, четыре», — говорю про себя. — И я начала пить. Больше, чем обычно. И пичкала себя лекарствами. А это опасно и неправильно.

Он продолжает внимательно смотреть на меня.

— Дело не в том, что я… верила, будто они действительно общаются со мной… понимаешь… из…

— Того мира, — тихим голосом произносит он.

— Именно. — Я ерзаю на месте, наклоняюсь вперед. — Я понимала, что они ушли. Умерли. Но мне нравилось их слушать. И чувствовать… Это очень трудно объяснить.

— Вроде как выходить с ними на связь?

Я киваю. Он такой необычный подросток!

— Что касается остального — многого просто не могу вспомнить. Пожалуй, мне хотелось общаться с другими людьми. Мне это было нужно. — Я качаю головой, и волосы касаются щек. — Не понимаю. — Смотрю прямо на него. — Но мне так жаль. — Я откашливаюсь и выпрямляюсь. — Наверное, ты пришел сюда не затем, чтобы увидеть, как плачет взрослый человек.

— Я же плакал перед вами, — замечает он.

Я улыбаюсь:

— Логично.

— Я взял у вас фильм, помните? — Он вынимает из кармана куртки слипкейс с диском, кладет на кофейный столик.

«Когда настанет ночь». Я совсем об этом забыла.

— Ты смог его посмотреть? — спрашиваю я.

— Угу.

— Что ты об этом думаешь?

— Жутко. Тот парень…

— Роберт Монтгомери.

— Он играл Дэнни?

— Да.

— По-настоящему жутко. Мне нравится та сцена, где он спрашивает девушку… гм…

— Розалинд Рассел.

— Она играла Оливию?

— Да.

— Где он спрашивает ее, нравится ли он ей, а она ему: «Нет» — а он ей: «Всем прочим я нравлюсь».

Он хихикает. Я улыбаюсь.

— Рада, что тебе понравилось.

— Ага.

— Черно-белые фильмы не так уж плохи.

— Да, отличный фильм.

— Не стесняйся, бери что понравится.

— Спасибо.

— Но я не хочу, чтобы у тебя были неприятности с родителями. — (Теперь он смотрит в сторону, изучает каминную решетку.) — Знаю, они очень сердятся, — продолжаю я.

Он тихо фыркает.

— У них свои проблемы. — Снова смотрит на меня. — С ними действительно трудно жить. Супертрудно.

— Полагаю, большинство молодых людей того же мнения о своих родителях.

— Нет, мои и правда такие.

Я киваю.

— Жду не дождусь, когда поступлю в колледж, — говорит он. — Еще два года.

— Ты уже знаешь, куда хочешь поступить?

Он качает головой:

— Пока нет. Подальше отсюда. — Он заводит руку за спину, чешет спину. — Во всяком случае, друзей у меня здесь нет.

— У тебя есть девушка? — спрашиваю я.

Он качает головой.

— Бойфренд?

Он с удивлением смотрит на меня. Пожимает плечами.

— Пытаюсь разобраться, — объясняет он.

— Логично.

Интересно, в курсе ли родители.

Дедушкины часы бьют один, два, три, четыре раза.

— Знаешь, — говорю я, — квартира внизу свободна.

Итан хмурится:

— Что случилось с тем парнем?

— Он съехал. — Я вновь откашливаюсь. — Если хочешь, можешь пользоваться квартирой. Я понимаю, как человеку бывает нужно личное пространство.

Неужели я пытаюсь отомстить Алистеру и Джейн? Не думаю. Однако было бы неплохо, если бы здесь кто-нибудь жил, я уверена в этом. Вполне подойдет молодой человек, пусть даже одинокий подросток.

Я продолжаю в духе хвалебной рекламной речи:

— Телевизора там нет, но я могу сообщить тебе пароль от вай-фай. И там есть диван. — Я говорю выразительно, убеждая сама себя. — Ты сможешь здесь скрываться, если дома будет трудно.

Он пристально смотрит на меня.

— Это было бы здорово.