Чтение онлайн

Опомнившись, я увидела, что реализовала его собственными руками.

– …Никак не могу понять…

Проверив свою руку, висевшую на повязке, Нисикимо посмотрел на меня с таким видом, как будто пытался разгадать очень сложную головоломку. Из-за отверстия в окне в комнате было дико холодно.

– Почему же «все это из-за тебя»? Дело в акциях?

Прежде чем дождаться моего ответа, Нисикимо рассмеялся, широко раскрыв рот. Накинутое на его спину одеяло соскользнуло, открыв тело в одной футболке.

– В неудачах в азартных играх виноват сам игрок.

Я и не думала, что акции – это азартная игра. До сих пор я считала, что Тасака изменился из-за своего невезения. Что я не смогла помочь ему справиться с этим.

– Ну да, вам обоим было несладко.

С улыбкой, застывшей на худом лице, Нисикимо поправил одеяло, подтянув его на плечи. Неужели это он совсем недавно на самом деле всадил нож в человеческое тело и утопил его в море? Он делал это настолько буднично, что невозможно было поверить, хотя я и стояла очень близко к нему. Хотя и тряслась всем телом, обрабатывая его рану антисептиком, делая ему перевязку и подвешивая руку на ткань треугольником. Хотя и до сих пор продолжала трястись.

– У вас есть что-нибудь вроде картонки? – Нисикимо показал подбородком на стекло окна в пол, в котором было отверстие. – Я заткну дыру, а то вам холодно, наверное…

Я открыла шкаф и вытянула картонную коробку с летней одеждой. Нисикимо ловко оторвал верхнюю часть коробки одной левой рукой и прикрепил с помощью скотча, закрыв отверстие в окне. За окном было живое ограждение, так что со стороны пешеходной дорожки вряд ли можно было заметить наши экстренные меры.

– Почему вы хотели убить Тасаку? – наконец-то решилась спросить я. – Что у вас с ним было?

Продолжая стоять у окна, Нисикимо поднял брови и быстро отвел взгляд – так ребенок, шалость которого раскрыли, пытается сделать вид, что он ни при чем.

– Этого я сказать не могу.

– Скажите мне, пожалуйста.

– Да если б и сказал, это ничего не изменит.

– Ну, по крайней мере, скажите, кто вы такой.

– Такой какой?

– Ну, кем работаете?

– Хожу на тунца-бонито.

Не то чтобы я ожидала какой-то конкретный ответ. Но сказанное им было за гранью моих предположений. Конечно, обрабатывая его рану, я заметила мышцы под футболкой. По тому, как Нисикимо управлялся с моторной лодкой, было понятно, что в море он не новичок.

– Я практически все свое время провожу на корабле, а сейчас я на суше, потому что у нас перерыв в промысле рыбы, – сказал он и зачем-то резко сел у окна. Таким внезапным движением, будто ноги у него подкосились. Глаза его ни на чем не фокусировались. «Мало ли что, – подумала я и прикоснулась рукой к его лбу. – Может ли вообще у человека так подняться температура?» Настолько он был горячим.

– Лягте, пожалуйста.

Наверное, рана воспалилась. Обрабатывая ее, я почувствовала, что его правая рука была горячей, как на пожаре, но, судя по всему, жар уже распространился по всему телу.

– Нет, всё в порядке, в порядке…

Однако я отвела его в постель, которая была расстелена прямо на полу, Нисикимо лег, упав туда как подкошенный. Я накрыла его одеялом и покрывалом, но и этого, видимо, было недостаточно. Хотя мы и закрыли отверстие в окне, картонка была не лучшим методом экстренной защиты, и в комнате продолжал царить холод. Я достала еще одно одеяло, которым пользовалась летом. «Извините», – пробормотал Нисикимо и грустно улыбнулся. По его голосу и выражению лица я поняла, что до сих пор он старался изо всех сил вести себя как ни в чем не бывало.

Вскоре Нисикимо закрыл глаза, грустная улыбка постепенно исчезла с его лица, и, пока я смотрела на него, он уснул.

Я встала, сделала приглушенный свет – и впервые обратила внимание на то, что осталась без одеяла. Такая крошечная неудача, но она словно упала в стакан с водой, полный до краев, – и у меня вдруг покатились слезы. Ноги стали ватными, я опустилась на татами и, дыша ртом, изо всех сил пыталась сдержать рыдания. Слезы каплями падали на мои лежавшие на коленях сжатые руки.

Продолжая плакать, я легла и залезла под краешек одеяла. Мои руки и ноги, уставшие до предела, таяли под одеялом, словно куски рафинада, я больше не могла ни о чем думать. Так и уснула.

Первую патрульную машину я увидела на рассвете.

Я вылезла из-под двух одеял, раздвинула занавески маленького окна и увидела, как полицейская машина на очень медленной скорости движется по дороге перед морем слева направо. Мне показалось, что кто-то сжал в руке мое сердце. Я не могла пошевелиться – так и стояла, вцепившись в занавеску.

– Это обычный патруль. – Нисикимо встал у меня за спиной.

– Но до сих пор патрульные машины никогда тут не разъезжали.

– Вы просто их не замечали.

Действительно ли труп Тасаки утонул в море? Может, этот труп с ранами в груди и животе куда-то быстро прибило волнами и теперь полиция ищет убийцу? Даже если полиция сюда не придет, не факт, что она не нашла труп Тасаки. Ведь тот мог никому и не говорить, что живет здесь…

Я вспоминала, что случилось здесь вчера. После того как я ударила Тасаку ножом в грудь, Нисикимо сказал, что пригонит лодку, и ушел, оставив меня наедине с трупом. Он вернулся минут через тридцать, поставив перед дверью тележку, которую, как он сказал, нашел на стройке, с голубой виниловой пленкой, свернутой в трубку. Затем положил тело Тасаки на тележку и спрятал его под пленкой. Мы выкатили тележку на неосвещенную пешеходную дорожку и двинулись вниз, к морю. В самом начале пирса стояла моторная лодка. Утопив тело, мы вернулись к пирсу. Нисикимо велел мне идти первой, а сам пришел ко мне где-то через полчаса, чтобы обработать рану, сказав, что вернул тележку и пленку обратно на стройку.

– А где лодка?

– Спрятана там, где ее никто не найдет. Никаких проблем не будет – разумеется, я аккуратно вытер кровь и убрал все следы.

Я включила телевизор, настроив его на канал с программой новостей. Я сверлила экран глазами некоторое время, но по нему по-прежнему обсуждали экономический кризис. Значит ли это, что тело Тасаки не найдено? Или же пока эту информацию не передали в СМИ? Или же не такая это и новость, что выловили тело утопленника, чтобы об этом трубили по телевизору?

– Вам нужно жить так же, как обычно.

Я посмотрела на часы на стене – пора идти на работу. Я поспешно собралась и предупредила Нисикимо никуда не выходить, пока меня нет дома. Сказала ему: «У вас еще температура не упала», но на самом деле я безумно боялась остаться дома одна.

Вечером на обратном пути я купила обезболивающее в аптеке и вернулась домой. Входя в прихожую, заметила, как за угол заворачивает патрульная машина.

– Может, в округе работают воры, – с отсутствующим взглядом засмеялся Нисикимо.