Чтение онлайн

Прежде чем я смогла ответить, раздался звонок в дверь.

Мы переглянулись, затаив дыхание. Звонок прозвенел еще раз, а вслед за ним послышался мужской голос:

– Извините, что отвлекаю вас…

– Это, наверное, коммивояжер, – нарочно прошептала я; мне хотелось, чтобы так оно и было. На самом деле сюда часто приходят продавцы товаров. Наверное, действительно, потому что в портовом городе мужчин часто не бывает дома.

Звонок сработал в третий раз. И опять послышался голос:

– Можно вас на минутку?

Я тихонько вышла в прихожую. Посмотрела в глазок – за дверью стоял мужчина лет сорока. И пиджак, и брюки у него были мятые, не держали форму. Под мышкой он зажимал кожаную куртку, сумки или портфеля с собой не было. На коммивояжера он не очень был похож. Мужчина приблизил лицо к глазку и легонько улыбнулся. Может быть, по изменению света он понял, что я в него смотрю.

– Я из полиции.

У меня внутри все похолодело. Я оглянулась назад. Нисикимо, беззвучно переместившись, спрятался в шкафу.

– …Да?

– Мы обходим все дома поблизости; мне хотелось бы вам кое-что показать.

Решившись, я повернула ключ и открыла дверь. В это мгновение у меня за спиной послышался тихий свист. Это воздух выходил между отверстием в окне и закрывавшей его картонкой. Этот ставший привычным звук пронзил мою грудь холодным клинком.

– Простите, ради бога, вы уже ужинали?

– Нет… Что вы хотели?

Мужчина показал мне удостоверение, представился и достал из внутреннего кармана пиджака фотографию.

– Извините, что так внезапно… Не видели ли вы где-нибудь этого человека?

Я посмотрела некоторое время на фотографию и покачала головой.

– Мне кажется, нет.

– Может быть, видели кого-то похожего?

Я задумчиво наклонила голову и посмотрела на фотографию еще несколько секунд.

– Наверное, нет.

Я сказала «наверное», так как категоричный ответ мог бы вызвать подозрения.

Сыщик держал в руках фотографию, на которой прямо в камеру смотрел, поджав губы, не кто иной, как Нисикимо.

Почему полиция разыскивала Нисикимо? Что он, собственно, сделал? Связано ли это с тем, что он хотел убить Тасаку? Сколько я ни задавала эти вопросы, Нисикимо только качал головой.

– Значит, на вашей лодке остались улики от перевозки трупа, которые нашли полицейские?

– Эта лодка досталась мне непрямым путем, так что, даже если ее найдут, она никак со мной не связана.

Тогда, может быть, тело Тасаки достали на берег. Полицейские догадались о связи Тасаки и Нисикимо – уж не знаю, что это была за связь, – и теперь они ищут Нисикимо как убийцу. Но и на это он покачал головой. Если бы тело с ножевым ранением всплыло, об этом обязательно сообщили бы в новостях.

– Полиция ищет меня по совершенно другой причине. Так что не волнуйтесь. Я уйду, не буду доставлять вам хлопот. Даже не завтра, а сегодня ночью.

– Нет.

Нисикимо с удивлением посмотрел на меня, а я добавила жестким голосом:

– Оставайтесь здесь.

Я не понимала, что происходит. Но если он выйдет из этой комнаты, его поймает полиция. Я была готова даже к тому, что из-за этого убийство Тасаки раскроется. Ну а что поделаешь, надо брать ответственность за содеянное. Мне просто хотелось защитить Нисикимо. Он спас меня. Когда Тасака твердой рукой, без всяких сомнений, занес надо мной нож, Нисикимо самоотверженно остановил его. Если б не он, я могла бы умереть той ночью.

– Хотя бы до того, как заживет ваша рана.

Нисикимо надолго замолчал, а затем бросил:

– Если прислушаетесь к моей просьбе.

Мне ничего не оставалось, кроме как кивнуть.

Так со следующего дня продолжилась наша странная жизнь. Нисикимо не выходил из квартиры ни на шаг, а я как ни в чем не бывало каждое утро шла на работу. По дороге брала в киоске газету, читала ее в углу лаборатории, на обратном пути с работы заходила в супермаркет и покупала продукты на двоих. Возвращалась домой, мы вдвоем готовили еду, ели ее за низеньким столом, сидя друг напротив друга, и внимательно смотрели новости по телевизору. Ночью мы спали под двумя маленькими одеялами, а расстояние между нами в одну ладонь постепенно сокращалось сначала до детской ладони, потом до четырех пальцев, трех, двух, одного…

Первый раз мы соединили наши тела под далекий звон новогодних колоколов.

Отодвинувшись от меня, Нисикимо заметил шрам, до сих пор остававшийся на моем бедре. Наверное, он подумал, что это от раны, нанесенной мне Тасакой. Я прочитала этот вопрос в его глазах – и отрицательно покачала головой.

– Это от травмы, которую я получила гораздо раньше.

Я училась в четвертом классе началки и по дороге из школы погналась за бабочкой, самцом каллимы-листовидки. Я упала и покатилась по покрытому травой склону. Каллима-листовидка – маленькая бабочка, которую можно встретить по всей Японии; у нее светло-голубые крылышки. Она часто встречается и за границей и по-английски называется Холли блю. Оттенки голубого отличаются в зависимости от особи. В тот раз, когда я возвращалась из школы, передо мной пролетела красивая бабочка насыщенного голубого цвета, какой бывает далеко не у каждой каллимы.

– Хорошо бы, чтобы он когда-нибудь исчез…

Несмотря на то что еще несколько минут назад мы были в объятиях друг друга, Нисикимо говорил со своей обычной интонацией, только тембр голоса был другим.

– Я получила эту травму по собственной оплошности, так что пусть будет как будет.

За окном продолжали звонить новогодние колокола. Это происходило через большие промежутки времени, так что казалось, будто звон уже закончился, ты забываешь о нем, а он раздается снова. Голос Нисикимо звучал у меня в ушах, приятно грея кожу; я чувствовала, как беззвучно развязываются нити стягивающей мое тело гирлянды.

– Когда уеду отсюда, пойду в море, – сказал Нисикимо, и я больше не услышала звука колоколов – наверное, пробил сто восьмой удар. А может быть, я просто перестала их слышать.

– Но вас ищет полиция.

– Я буду на корабле.

В глазах вглядывавшегося в меня Нисикимо отражался свет потолочных светильников. В его немного влажных зрачках он выглядел мелкими отражениями бенгальских огней.

– А сколько времени вы будете в плавании?

– Может быть, несколько месяцев, а может, и подольше.

– Когда вернетесь, приходите сюда.

Нисикимо заглянул мне в лицо, видимо чтобы удостовериться в серьезности моих намерений.

– Обязательно приходите.

О лестнице ангелов говорится в Ветхом Завете. Однажды Иаков во сне посмотрел на небо и увидел, как ангелы поднимаются и спускаются по лестнице из света, проникающего сквозь облака.

Я увидела ее в тот день, когда наша совместная жизнь с Нисикимо закончилась.

Наступила последняя декада января. Воскресный день. Я внезапно посмотрела на улицу через маленькое окно – поверхность моря освещали узкие нити света. Только что закончился дождь, по небу расползлись серые тучи, и сквозь просветы в них светил белый слабый свет. Не один луч. К морю направлялись два, три луча…