Чтение онлайн

Среди остальных, куда более низких домов, он торчал, будто восклицательный знак, и точно соответствовал описанию Матиаса. Джербер припарковался у пешеходной аллеи, ведшей к подножию этого чудища, созданного больной фантазией какого-то современного урбаниста, полагавшего, будто он способен предвидеть будущее. Он обманулся. Дом выглядел запущенным и печальным.

Пьетро прошелся вдоль портика, под которым размещались какие-то магазинчики. В отличие от сна Матиаса, людей тут хватало. Рядом с залом игровых автоматов, хотя он больше смахивал на притон, стояла клетка с разъяренным ротвейлером, облаивающим прохожих.

Лает собака, не знаю где.

Из караоке-бара неподалеку доносилась музыка.

Еще играет музыка, я знаю эту песню. Только музыка, никто не поет.

И верно, никто пока не пел. Особенно доктора выбила из колеи вывеска закусочной. На ней была нарисована огромная свинья в поварском колпаке, изо рта которой, как в комиксах, вылетало облачко с надписью: «Ты не голоден?»

Пришла огромная свинья. Она улыбается мне и спрашивает, не голоден ли я.

Пока все пугающе точно соответствовало сну. Пьетро вошел в желтое здание. Лифт не работал. Пытаясь отмахнуться от очередного совпадения, он сказал себе, что плохое обслуживание подъездов – обычное дело для подобных зданий, брошенных, как кость, тем, кто не мог себе позволить жилье получше.

Поднимаясь по лестнице, он слышал голоса и шум. Надрывный плач младенца, семейная ссора, орущий телевизор, радио, включенное на полную громкость. А еще – запахи. Острой еды, канализации, плесени, застарелого сигаретного дыма и бог знает чего еще.

Запыхавшийся, с колотящимся сердцем, он добрался до последнего этажа и увидел перед собой проход с рядом одинаковых дверей, скупо освещенный несколькими неоновыми лампами. Пьетро уже не сомневался, что дверь в конце коридора заперта. Он повторил путь, проделанный Матиасом и Молчаливой Дамой во сне.

Что же это такое? Неужели Матиас побывал здесь? Но как девятилетний ребенок мог попасть в этот дом, столь далекий от привычной ему среды? Удрал из-под родительского надзора? Зачем? Джербер должен был узнать, кто или что скрывается за этой дверью.

Отступать он не собирался, поэтому решительно нажал на кнопку звонка. Тот не зазвонил. Попробовал еще раз. Нет, звонок не работал. Пьетро постучал. Никто не отозвался. И что теперь делать? Дожидаться хозяина, оставить записку или заехать в другой раз? Тут его взгляд упал на дверную ручку, покрытую слоем пыли. В квартире давно никто не жил. Можно было расспросить соседей, хотя вряд ли аборигены стали бы откровенничать с чужаком. Пьетро уже развернулся и собрался уходить, но тут из-за двери послышался звук. Свистящий шепот. Очень короткий, однако его вполне хватило, чтобы сердце у Пьетро ушло в пятки. Словно при встрече с привидением.

Как ни странно, он был уверен, что ему не почудилось. Собрав волю в кулак, Пьетро вновь постучал. Ничего. Ни звука. Джербер приложил ухо к двери. Там стояла мертвая тишина. Разочарованный, он отошел на шаг и вновь задался вопросом: зачем он здесь? Довольно опасное любопытство, между прочим.

Тут ему вспомнилось, что мальчик упомянул еще кое о чем. Подняв глаза, Пьетро увидел над дверью серую пластмассовую коробочку, к которой сходились провода. Некоторое время он ее разглядывал, соображая, не была ли эта проклятая коробка лишь случайной подробностью окружающей обстановки, наряду с собачьим лаем и свиньей, или она играла какую-то определенную роль.

Пьетро огляделся. Над каждой дверью висела такая же серая коробочка, подключенная к электропроводке. Зачем было обращать на нее внимание? Может быть, именно эта коробочка чем-то отличается от остальных?

Присмотревшись, он заметил, что ее крышка не закреплена винтами. Кто-то их выкрутил, чтобы облегчить себе доступ внутрь. Вполне логичное объяснение. Приподнявшись на цыпочки, он поддел крышку ногтем, пошарил среди пыльных проводов и нащупал посторонний предмет. Это был ключ. Джербер обреченно перевел взгляд на запертую дверь.

Вечером он позвонил родителям Матиаса и договорился о новой встрече. Опять ночной сеанс, только на сей раз у него в кабинете.

Готовясь к их визиту, Пьетро заменил кресло-качалку кушеткой, хранившейся в чулане. С годами он отточил технику гипноза: иногда требовался новый подход, инструменты и даже обстановка. Единственное, что всегда оставалось неизменным, – метроном. Он был незаменим для погружения пациентов в транс и вывода из него.

Матиаса нужно было отправить на более глубокий, чем прежде, уровень бессознательного – в «зеленую зону». Она называлась так потому, что на определенной ступени гипноза мозг меняет восприятие цветов. Пациенты при пробуждении рассказывали, что побывали в месте, «сверкающем как изумруд». Именно в зеленой зоне зарождались сны. Джербер был уверен, что там он вновь встретится с Молчаливой Дамой.

Из головы не шли мысли о желтом доме, о шепоте за дверью, по всей видимости, необитаемой квартиры. И о ключе, спрятанном в серой коробочке с проводами. Пьетро не хватило смелости проверить, подходит ли ключ к замку. Он положил его на место и сбежал. То есть повел себя как жалкий трус. А ведь мог наконец разобраться, что творилось с Матиасом. Возможно, что-то его удержало.

О ключе мальчик не говорил, однако подробно рассказал о коробочке над дверью. На нее ему взглядом указала Молчаливая Дама. Выходит, Матиас знал, что внутри что-то есть. Откуда? Самому ему туда было не дотянуться, Пьетро и то пришлось встать на цыпочки. Самое разумное объяснение – есть нечто, о чем он пока не подозревает. Неизвестность мучила его. Джербер заключил, что единственный способ докопаться до сути – продолжить терапию.

Около десяти часов, как и договорились, в приемную вошли Кравери с сыном. В плане одежды и манер чета выглядела безупречно. Оба от природы прекрасно умели подавать себя, показывая, какое место в обществе занимают. Рядом с ними Джербер, растрепанный и неряшливый, казалось, случайно очутился на этом свете – как будто пробегал мимо.

Под пуховиком Матиаса виднелась пижамка – об этом родителей попросил сам Пьетро. Ему требовалось хоть отчасти воссоздать привычные для ребенка условия. В руке Матиас сжимал камешек, с которым, похоже, не расставался. Он выглядел испуганным, поскольку не знал, что его ожидает.

– Вижу, талисман с тобой, – приободрил его Пьетро.

Мальчик промолчал. Вместо него заговорил отец:

– Вчера Матиас спокойно проспал всю ночь.

– И проснулся утром голодный, как волчонок, – улыбнулась Сусана.

Заметив первые улучшения, родители расслабились. Видимо, решили, что терапия уже дает плоды. Джербер не стал их разубеждать. Он принял изъявления благодарности, не объяснив, что это лишь паллиативный эффект, который, вероятно, сохранится днем, а вот ночь может выдаться тяжелой.