Чтение онлайн

Телевизора у них нет, зато есть радио, откуда доносятся только песни. Мама девочки, можно сказать, не выключает его никогда и сама часто подпевает. Жизнь у них такая беззаботная. Кажется, тут просто не может случиться ничего плохого, и так будет всегда. День за днем, месяц за месяцем. Год за годом. Только такого не бывает – и свое счастье нужно оберегать. Поэтому, когда приходит время спать, мама забирается в кровать к дочке, чтобы почитать ей книжку. А потом рассказывает страшную сказку, которой нет в книгах. Одну и ту же каждый вечер, чтобы девочка получше запомнила. Сказку об Огромном Таракане.

Живет на свете черный-пречерный Таракан ростом в полтора метра или даже больше. У него блестящий панцирь, тысячи крохотных глазок и две длинные антенны на голове. А еще сотни колючих лап и острые челюсти. Его слюна разъедает все, как кислота. От него приятно пахнет бриолином, но не попадайся на эту удочку, Таракан хочет причинить тебе зло. Может даже убить, но предпочитает помучить. Как принято у тараканьего племени, он всегда появляется неожиданно. И если уж заберется в дом – пиши пропало, ни за что не уйдет, пока все не отнимет и не сломает. И тогда, довольный собой, уберется восвояси.

Мама повторяет девочке эту сказку очень давно, с самых ранних лет. Может, история и не совсем подходящая для малышки, но мама хочет, чтобы дочка перестала бояться. Ведь там есть и полезный совет: что надо делать, если в дом проникнет злой Таракан. Девочка слушает сказку изо дня в день и хорошо все запомнила.

Нужно со всех ног бежать в темный коридор, где стоит старый сундук с зимними одеялами. Залезть в сундук, закрыть за собой крышку и сидеть как мышка. Только дышать, и то тихонько. В сундуке воняет нафталином, но это ничего, – надо оставаться там и не высовываться, что бы ни происходило снаружи. Выйти можно, только когда мама сама поднимет крышку. Это будет значить, что Таракан ушел и бояться нечего.

Сейчас замечательный летний денек. Солнце стоит высоко в голубом небе, на деревьях вовсю распевают птицы, воздух пряно пахнет душицей. На обеих одинаковые красные платья в цветочек. Мама сама сшила их на машинке. Можно подумать, они сестры, а не мама с дочкой.

Женщина испекла шоколадный торт, в него воткнуты свечи. Девочка с черными волосами собирается их задуть. Я насчитал девять штук. Значит, мы с ней ровесники. Вот она задувает свечи и загадывает желание. Ее мама хлопает в ладоши и смеется. В эту секунду что-то происходит.

Радость исчезает с лица женщины. Девочка это замечает и удивленно поднимает глаза на мать: что случилось? А та смотрит куда-то за спину девочки. Она что-то там видит, не знаю что. Девочка хочет тоже посмотреть, однако мать крепко хватает ее за подбородок и, глядя прямо в глаза, шепчет: «Нет!» Этого достаточно. Девочка поняла: нельзя терять ни секунды. Женщина приказывает: «Беги!»

У дочки на глазах выступают слезы, но реветь нельзя. Она обещала маме, что не испугается. Кивнув, она со всех ног бросается к дому. В коридоре открывает старый сундук, сдвигает одеяла и видит под ними пачку печенья, бутылку воды и большой нож. Мама ни о чем таком ей не рассказывала.

Девочка все делает правильно. Забирается в сундук, закрывает крышку и принимается думать. В голове тысяча вопросов. Что увидела мама? Огромного Таракана? Выходит, он правда существует? Она никогда по-настоящему в него не верила. Может быть, поэтому сейчас ей так страшно. Она не виновата. Пока не столкнешься с опасностью нос к носу, нипочем не узнаешь, достанет ли тебе смелости.

Время тянется нестерпимо медленно. Сначала не доносится ни звука, потом слышатся голоса. Один мамин, другой незнакомый, хриплый и низкий.

Оказывается, Таракан умеет говорить. Жаль, стенки сундука такие толстые, девочка не разбирает ни словечка. Голоса звучат все громче, там явно ругаются. Точно: кричат, и, кажется, мама плачет. Ее голос почти не слышен, его заглушает второй, злой.

До девочки доносится грохот. Ну конечно! Таракан уже что-то швыряет и ломает. Девочка в ужасе, она едва дышит. Лежит, скорчившись, совершенно неподвижно. У нее затекла нога и хочется писать, хотя она не выпила из бутылки ни глотка.

Шум снаружи не прекращается, он даже громче. Девочка слышит мамины мольбы. Она твердит про себя, что Таракан не убьет маму, только помучает. Мама ей объяснила, что ему так больше нравится. Если убьешь, все веселье на том и кончится.

Девочка представляет, как Таракан хватает маму тысячью мохнатых лапок и с размаху бросает об стену. Ей хочется выскочить из сундука и ударить Таракана ножом, но ей нельзя открывать крышку, а нож пригодится на случай, если злобное насекомое пронюхает, где она спряталась.

Вдруг тарарам прекращается, голосов больше не слышно. Девочка так об этом мечтала, а теперь ей почему-то не по себе. Тишина хуже криков. Тишина соткана из страха. Я все знаю, потому что тоже сижу с ней в сундуке. И мне так же страшно, как этой незнакомой черноволосой девочке.

Мы с ней слышим шаги. Мамины или Таракана? Вроде бы шаги обычные, значит не Таракана, но ведь всякое бывает. Кто-то там ходит туда-сюда, словно что-то ищет. Или кого-то.

Он ищет меня.

Девочка в ужасе. По ногам течет горячая жидкость, новое платье и одеяла становятся мокрыми. Ей очень стыдно, но она ничего не может с собой поделать.

И тут крышка приподнимается. Девочка не успевает даже понять, что происходит. Дневной свет обрушивается на нее, словно целый ушат холодной воды. Она зажмуривается, лишь бы не смотреть, однако успевает заметить тень. Это не мама, мама бы уже сказала, что все хорошо, и позвала бы ее по имени.

Девочка сжимает в руке нож. Но ей не хватает храбрости. Огромный Таракан это знает и медленно склоняется над ней. От него сладко пахнет бриолином, зато изо рта воняет, как от дохлой птицы, которую маленькой хозяйке принес в дар рыжий кот.

Таракан нежно гладит ее по щеке. От его прикосновения девочку передергивает, ей одновременно приятно и противно. То, что до нее дотрагивается, совсем не похоже на мохнатую тараканью лапу, скорее на человеческие пальцы. Девочка понимает сразу две вещи. Во-первых, Таракан – человек, а во-вторых, он ее любит.

Джербер наблюдал из окна мансарды, как рассвет окрашивает золотисто-алым палаццо Веккьо, и ночные тени отступают, уползая в проулки вокруг площади Синьории. От огня в камине остались лишь остывающие угольки, Матиас мирно спал.

Пьетро задумчиво посмотрел на мальчика. История, поведанная пациентом под гипнозом, несколько озадачила его. Ему не раз случалось выслушивать фантастические или до жути правдоподобные рассказы, проверявшие на прочность его убеждения и здравый смысл. Подсознание – настоящая кладовая загадок. Чем глубже в нее влезаешь, тем невообразимее находки. Невозможно предугадать, что на сей раз вынырнет из психики ребенка.