Чтение онлайн

Пронесло. Никаких наклеек «Осторожно, стекло», никакого подозрительного звона или клацанья при встряхивании.

Фрида отряхнула уличную грязь с коричневой упаковочной бумаги, забросила оба пакета в багажник и стащила коробку размером с ручную кладь с самого верха горы посылок.

Водитель белого внедорожника посигналил Фриде и, проезжая мимо, показал средний палец. Уже четвертый за утро, кто раздражался из-за того, что она паркуется вторым рядом, — вынужденная необходимость, если Фрида хочет закончить свою смену до десяти вечера.

Она удивилась, что большой пакет такой легкий, потом увидела логотип отправителя «ОптиКК». После книг, обуви и медикаментов очки были последним писком в онлайн-торговле, и Кнут Расмус, проживающий по адресу Шпандауэр-Дамм, 211, главное здание, пятый этаж без лифта, вероятно, заказал сразу всю осеннюю коллекцию.

Беглым шагом Фрида направилась к мощной внушительной деревянной двери шестиэтажного жилого дома.

Расмус, Расмус… Расмус???

Ну вот, отлично.

Пол-телефонной книги на панели со звонками, но нигде нет имени, которое ей нужно. А, да вот же оно. Мелким почерком подписано ручкой под другим арендатором. Фрида позвонила, и удивительным образом ей открыли. В пятидесяти процентах всех случаев заказчика не бывает на месте, и она должна уговаривать кого-то из соседей принять посылку. Компания CargoToGo платила ей паушально. При приеме на работу это звучало очень привлекательно: «Вы работаете самостоятельно, фрау Блум. Можете распределять время как хотите, без всякого стресса». Да пошли вы, грабители. Самостоятельно в этой сфере означает лишь отсутствие социального пакета, что она должна колесить по городу на собственном раздолбанном автомобиле и вдобавок еще доплачивать, если не удастся доставить посылку с первого раза. Инго, один из ее коллег, просчитал в этом месяце, сколько он заработал за последнюю девяносточасовую неделю, и оказалось — в среднем двадцать пять евро в день.

Bay.

«С такой внешностью ты хотя бы можешь подцепить богатого мужика», — попытался Инго подбодрить и обнадежить, что в ее случае возможно будущее и без работы в курьерской службе.

Если бы он знал.

Последние отношения Фриды были настолько ужасными, что от отчаяния она зарегистрировалась на DatingQueen, портале для гомосексуальных женщин. Не от влечения к собственному полу, а потому, что мужики ее достали. Предпоследний друг тайно снимал ее в душе и за деньги выкладывал видео в Интернете, в результате чего ее целлюлит на заднице видело полмира, включая бывшую работодательницу в агентстве бебиситтеров, которая больше не могла предлагать Фриде работу в «приличных домах». Однако это унижение занимало лишь второе место в ужасных отношениях-катастрофах. Всех превзошел Йонас, ее последний, который две недели назад сообщил, что бросает ее ради Офелии — как выяснилось в ходе прощального разговора, это надувная резиновая кукла «версия делюкс» в человеческий рост с — подлинная цитата из описания производителя — тремя функциональными отверстиями.

«Должно быть, дело во мне, — думала Фрида, немного запыхавшись, когда добралась до пятого этажа. — Все, кто уверяет меня, что такую привлекательную, милую девушку с большими грустными глазами можно только любить, не замечают во мне дьявола».

«Ядерная энергия? Нет, спасибо!» — прочитала она наклейку на двери адресата, прежде чем Кнут Расмус лично открыл ей.

«Конечно, прикидываешься защитником окружающей среды, а сам заставляешь меня за два с половиной евро в час отравлять воздух бензином лишь потому, что слишком ленив, чтобы дойти до оптики за углом».

А завтра ей как пить дать придется вернуться сюда, чтобы из пятидесяти заказанных пар очков забрать сорок девять. Какая безумная, никому не нужная трата бензина и упаковки!

Фрида попросила его расписаться в квитанции о получении, затем поспешила вниз по лестнице, в надежде, что не успела заработать штраф за парковку в неположенном месте. При этом думала о своей лучшей подруге Юдит, которая всегда заказывала доставку полдюжины платьев для примерки.

«Женщины тоже не лучше».

Возможно, это была не такая уж и хорошая идея регистрироваться на портале для лесбиянок, бисексуалов и так называемых «любопытствующих би»?

«Может, стоит дать мужчинам еще один шанс, ну, в том смысле, что мне только двадцать шесть, возможно, самые ужасные экземпляры уже позади, а впереди встречи только с великолепными парнями?»

Хуже, чем с Мистером Резиновая Кукла, уже вряд ли может быть, подумала она, когда краем глаза заметила, как кто-то с противоположной стороны пытался пересечь Шпандауэр-Дамм.

— Эй, осторожнее! — предостерегла она определенно невменяемого мужчину, который, не глядя по сторонам, чуть было не налетел на автомобиль с прицепом. — Вестэнд на другой стороне улицы, — указала она ему и тут же прокляла свой длинный язык, потому что парень направился прямиком к ней.

— Мне нужна ваша машина! — крикнул он, и обычно Фрида покрутила бы этому высокому мужчине пальцем у виска, но от ужаса она словно окаменела.

«Разве я только что не задавалась вопросом, а может ли быть еще хуже?» — подумала она, продолжая неподвижно стоять рядом с автомобилем.

— Вы должны меня отвезти! — рявкнул парень, и ей стало ясно: может. Существуют экземпляры намного ужаснее, чем ее бывший!

Например, сумасшедший с перевязанной головой, который — босой, в ночной рубашке и с полиэтиленовым пакетом — сбежал из больницы и, угрожая ручной гранатой, хочет похитить ее среди белого дня.

Я предпочел бы поехать один, но из-за невыносимой головной боли слезились глаза и все расплывалось, точно я смотрел фильм 3D без специальных очков. Кроме того, мне казалось, что я в любой момент могу потерять сознание, из-за чего сесть за руль самому представлялось невозможным. Также не хотелось оставлять свидетелей, которые могут дать полиции описание угнанного автомобиля, включая регистрационный номерной знак.

Поэтому я рявкнул спортивной молодой женщине с темно-рыжими волосами, которая как вкопанная стояла рядом со своей замызганной машиной-развалюхой и не шевелилась:

— Залезайте в машину, иначе я взорву гранату!

Сейчас ты в бегах. Спрячься где-нибудь, где тебя никто не найдет.

Приказ был настолько же ужасный, насколько бессмысленный, но, кто бы ни схватил мою дочь, он не шутил и не оставлял мне времени на вопросы из «Улицы Сезам» [137] : отчего, зачем, почему? Кто спрашивать будет, тот Йолу погубит!

— ЗАЛЕЗАЙТЕ! — заорал я еще раз, и это вывело девушку из оцепенения. Она вытащила автомобильный ключ из бокового кармана изрядно потертой кожаной куртки, чуть не уронила его, наконец ей удалось открыть дверь. Я подождал, пока она уселась за руль, и попытался пролезть на заднее сиденье, для чего пришлось выбросить несколько свертков и почтовых пакетов на улицу.

«О господи, кого же я похищаю? Почтальона?»

Я заметил на тротуаре пешехода, который не обращал на нас никакого внимания, как и пассажиры проезжающих мимо автомобилей. Анонимность. Большое преимущество Берлина. Я мог бы вытащить на проезжую часть даже холодильник, никакой реакции, кроме — максимум — сигнального гудка, не последовало бы.