Чтение онлайн

(01:25)

Как и сказала Юриэ, двустворчатая дверь в восточной части столовой была распахнута. Эту дверь перед сном всегда должен был закрывать Курамото.

И задняя дверь в западной части северного коридора на самом деле была приоткрыта. Курамото не мог пропустить эту дверь. И тем не менее…

Киити отправил Юриэ в комнату Курамото и направился в северный коридор.

В центре длинного коридора со стены слева действительно исчезла одна картина. В том месте, где должна была висеть работа под названием «Фонтан». Кто-то взял и унес раму с ней.

Курамото, одетый в пижаму с синими полосами, второпях выбежал из бокового коридора.

– Что же случилось, господин?

– Посмотри и поймешь. – Киити указал на стену, где исчезла картина.

– Э-это же… – Курамото ахнул и протер сонные глаза.

– Кто-то забрал картину. Другого думать не приходится.

– Я все проверял перед тем, как пойти спать.

– Значит, это произошло после. – Хозяин в маске сжал зубы и сердито посмотрел на застывшего дворецкого. – Ты ведь закрыл все двери как обычно, да?

– Да. Это так.

– И заднюю дверь тоже?

– Разумеется, господин.

– Однако, если посмотришь, увидишь, что она открыта.

– Э… Значит, проникли снаружи.

– В такую-то бурю? – Киити постарался как можно спокойнее проанализировать обстановку. – Дорога в никудышном состоянии, поэтому добраться невозможно. К тому же замок на двери не взломан. Если кто-то не помог изнутри, то посторонний не смог бы попасть внутрь.

– Однако… Тогда что?

– Возможно, все как раз наоборот. То есть кто-то, кто был внутри особняка, украл картину и сбежал через эту дверь.

– В такую бурю, господин? – спросил Курамото.

– Не знаю. – Киити разочарованно покачал головой. – Факт в том, что дверь открыта с внутренней стороны, и картина пропала. В любом случае сначала надо собрать и выслушать гостей.

Киити приказал Курамото сразу же проверить другие двери и сохранность коллекции, а сам вместе с Юриэ направился во второе крыло.

– Ой. А что вы здесь делаете, господин? И Юриэ-сан тут. – Когда они оба вошли в зал, раздался холодный металлический голос. Они увидели на диване фигуру Митамуры. На соседнем диване сидел профессор Мори, а между ними находилась шахматная доска. Похоже, что они все еще играли в шахматы, хоть время и перевалило за половину второго.

Киити самостоятельно подкатил инвалидную коляску к паре с надетыми на пижамы халатами.

– Вы все это время играли здесь в шахматы? – спросил он.

– Да, – напряженно кивнул Митамура, чьи глаза были красными то ли от алкоголя, то ли от отсутствия сна. – Мы собирались доиграть эту партию и разойтись. Ведь так, профессор?

– Ага… – Мори положил руку на очки и с недоумением наклонил голову. – Что случилось в такой-то час?

– Остальные уже спят? – Киити не ответил и задал еще один вопрос.

– Да. Давно уже, – проговорил Митамура.

– Фурукава и Масаки на втором этаже?

– Да. Слушайте, господин, да что такое случилось?

– Ну, – ответил Киити, пристально смотря за их реакцией, – в северном коридоре пропала одна из картин.

– Что?

– Правда?

Оба удивленно открыли рты и встали с дивана.

– Что значит картина пропала? – стремительно спросил Митамура.

– Была снята со стены и исчезла. К тому же задняя дверь была открыта.

– Тогда…

– Похоже, ее украли.

– Ужасно. Это просто ужасно. – Мори задрожал в замешательстве. – Нужно срочно позвонить в полицию.

– Бесполезно, профессор, – сказал Митамура. – Они ведь уже сообщили, что дорога в негодности и приехать они не смогут.

– Ах, точно.

– В любом случае, господин, мы отсюда не…

Хозяин в маске прервал речь хирурга:

– Я хотел бы пригласить и выслушать остальных.

– Фудзинума-сан, вы же… – Мори внезапно побледнел, – не думаете, что картину украл кто-то из нас?

Киити собирался что-то спросить, но тут в комнату из западного коридора ворвался Курамото.

– Никакого непорядка не обнаружено, господин. Все двери и окна в таком же состоянии, в каком были, когда я их осматривал, – сказал он, поднимая и опуская широкие плечи.

– Хорошо.

Затем Киити приказал Курамото разбудить и привести Ооиси из его комнаты.

– Слушаюсь, – ответил дворецкий.

– Не могли бы вы вдвоем подняться наверх и позвать Масаки и Фурукаву-кун… – продолжил Киити, повернувшись к Мори и Митамуре.

– Что стряслось? – В этот момент с лестницы, идущей вокруг стены зала, раздался чей-то голос. Все взгляды тут же устремились туда. – Вы тут так расшумелись, что я проснулся. Фудзинума-сан… О, и Юриэ-сан. Что случилось?

По лестнице спускался одетый в серый спортивный костюм Синго Масаки. Он оперся на перила и пристально посмотрел на собравшихся.

Когда Киити сообщил о происшествии, рука, закрывавшая рот от зевоты, резко остановилась.

– Картину украли? – Масаки широко открыл глаза, сонливость как ветром сдуло. – Но кто…

– Украли картину?! – прозвучал сердитый голос, и в зал с топотом вбежал Гэндзо Ооиси. – Да это скандал! Ни за что не прощу! Кто мог совершить такой наглый поступок?!

– Давайте не будем повышать голос, Ооиси-сан. Сколько ни кричи, а ничего не изменится. – Хозяин особняка в маске хладнокровно укорил раскрасневшегося торговца. Затем он вновь оглядел всех в зале и сказал: – Остался только Фурукава-кун. Прошу прощения, профессор, можете его разбудить?

– Хорошо. – Бледный профессор пошел к лестнице.

– Я тоже пойду. На всякий случай, как говорится. – Митамура подбежал к нему и пошел рядом.

«На всякий случай» означало, что он думает, что картину украл Фурукава, да еще и может представлять опасность. Такой он имел в виду намек?

Оставшиеся пятеро спокойно проводили взглядом поднимавшуюся по лестнице пару.

Все в той или иной степени были в замешательстве из-за ночного происшествия. Никто не раскрывал рта. Натянутую атмосферу в зале сотрясали звуки яростного ветра и бьющего о здание дождя…