Чтение онлайн

– До скорой встречи, – прошептал Мастерс и на цыпочках стал подниматься по лестнице к номерам.

Г. М. взял Мартина за руку и повел его за собой к двери в самом конце коридора. Там он тихо постучал.

– Входите, – послышался голос, и Мартин догадался, что он, скорее всего, принадлежал миссис Пакстон.

Мистер и миссис Пакстон, чью дочь убили и изуродовали прошлой ночью, находились за этой дверью. Если бы Г. М. не держал Мартина за руку, тот развернулся бы и бросился прочь.

Г. М. открыл дверь.

Они оказались в старомодной гостиной, совмещенной с кухней. Кирпичные стены были выкрашены в белый цвет. В огромной нише, где когда-то находился камин, стояла теперь большая плита, топившаяся углем, со множеством заслонок, а сверху на ней кипел чайник. В центре комнаты располагался обеденный стол, покрытый желто-белой скатертью и освещенный электрической лампой на потолке. Стол был накрыт к ужину, к которому так никто и не притронулся.

Артур Пакстон сидел около стола спиной к двери и лицом к плите. Его почти лысая голова, покрытая веснушками и остатками рыжеватых с проседью волос, а также худые, но мускулистые плечи оставались совершенно неподвижными. Миссис Пакстон, темноволосая и статная, сидела в кресле в углу и шила.

Пакстон обернулся.

Он часто заморгал, но по щекам все равно покатились слезы. Тем не менее выражение лица оставалось дружелюбным. Пакстон увидел, кто стоит в дверях, и сначала вздрогнул, затем сильно смутился, вытер лицо и принялся яростно тереть глаза перепачканными в угле рукавами. Потом горе взяло верх. Он опустил руки. Ему стало все равно, как он выглядит.

– Мистер Пакстон, – сказал Г. М., и Мартин даже не поверил тому, насколько мягко звучал его голос. – Знаю, мы явились без приглашения. Но поверьте, я пришел только потому, что знаю, как вам помочь.

Миссис Пакстон подняла глаза, в них не было слез, но взгляд казался мутным.

– Может, вы присядете? – тихо предложила она. – Мы все понимаем. Артур предполагал или, по крайней мере, надеялся, что вы придете.

Оба гостя сели за стол и опустили взгляды на скатерть.

– Норма, – медленным, монотонным голосом начал Пакстон, – я должен объясниться…

– Артур, ничего не нужно объяснять.

– Нет, нужно. – Пакстон с большим усилием развернул свой стул и тоже опустил глаза. Его правая рука со вздутыми синими венами принялась машинально разглаживать скатерть. – Сэр, я должен объяснить, что открыл сегодня заведение только потому, что обещал клубу любителей хорового пения предоставить два моих бара для репетиции после выступления в церкви. Они собирались петь псалмы, понимаете? Мы решили, что так будет правильно. Это же псалмы. И мистер Брэдли, настоятель, он тоже так сказал. Сами мы с Нормой туда, конечно, не пошли. Но решили посидеть в коридоре и послушать псалмы через стену. Так мы и сделали. И мне стало легче, насколько это вообще возможно, пока они не запели о том, что волны вздымаются, а буря еще бушует… И я даже не знаю, – продолжал он, качая головой и все так же водя ладонью по столу, – я не знаю, почему так глупо себя повел. Но я разрыдался и ушел сюда, чтобы они не услышали. Не знал, что я такой мягкосердечный, ведь это всего лишь псалмы.

Оба гостя, один из которых с трудом сдерживал желание уйти, инстинктивно встали.

– Нет! – воскликнул Пакстон, вытянув руку. – Не уходите, если только я вас не обидел чем-то. Сядьте. Я так надеялся, что вы придете.

Они снова сели.

– Артур, не думай об этом! – сказала миссис Пакстон, продолжая шить. Но ее глаза казались совсем остекленевшими.

– Не буду, – ответил ее муж. Он о чем-то сосредоточенно думал, после чего медленно склонил голову набок. – Норма, угостишь джентльменов чаем?

Шитье соскользнуло с коленей его жены.

– Артур, я даже и не подумала. Как невежливо с моей стороны!

– Пожалуйста, не надо…

– Успокойся, сынок, – пробурчал Г. М. и схватил Мартина за запястье, едва тот начал говорить, а потом перевел взгляд на Пакстона, который, похоже, уже не стеснялся, что они увидели слезы на его лице. – Мистер Пакстон, значит, вы надеялись, что мы придем. Этому есть конкретная причина?

Пакстон хотел ответить, но осекся и продолжил отряхивать скатерть.

– Мистер Пакстон, – сказал Г. М., – кто-то… причинил вред вашей дочке.

Миссис Пакстон сняла с плиты чайник, и комната с белыми стенами погрузилась в гробовую тишину. Затем миссис Пакстон открыла одну из крышек на плите и железным крюком поворошила угли, проверяя, хорошо ли горит огонь. За все это время она, казалось, ни разу не вздохнула.

Пакстон нервно сглотнул и ответил:

– Да, сэр?

– Вы ведь хотите, чтобы я вывел этого человека на чистую воду? Чтобы он понес наказание?

Крышка загрохотала. Из плиты вырвались желтые языки пламени. Извиваясь, они взмыли к потолку, кухню на мгновение озарил яркий желтый свет, и если бы Г. М. смотрел Пакстону в глаза, то увидел бы в них огненные отблески.

Пакстон опустил худые плечи и отрешенно спросил:

– Какой смысл? Вы ничего не сможете сделать. Как и много лет назад, когда погиб старый сэр Джордж.

– Я знаю эту страну, – ответил Г. М. – Спорить не стану, здесь творится много глупостей. И живет много дураков. Но уже почти тысячу лет у нас существует правосудие.

– Старый сэр Джордж…

– Разве ему удалось забрать у вас землю, когда он пытался это сделать?

– Нет! Не удалось!

Крышка плиты с грохотом опустилась на место.

– Артур, – сказала его жена, сама готовая вот-вот разрыдаться, – боюсь, я не смогу приготовить чай. Но у нас есть несколько бутылок портвейна, думаю, он больше придется джентльменам по вкусу. И кажется, я помню, где они стоят. – С этими словами она вышла из комнаты.

Ее муж уперся ладонями в стол и попытался собраться с мыслями. Судя по его кроткому, но усталому виду, давалось ему это с большим трудом.

– Вы… поможете мне? – спросил Пакстон.

– Только если и вы поможете мне.

– Как? Я постараюсь. Да, я постараюсь.

– Сынок, я вас предупреждаю. Сначала вам будет тяжело. Ведь придется снова подумать о вашей дочери.

– Спрашивайте.

Г. М. вытащил из нагрудного кармана три открытки. На первой, от пятого июля, было написано: «Касательно дела сэра Джорджа Флита: проверьте скелет в часах». На второй, от шестого июля: «Касательно дела сэра Джорджа Флита: что это была за розовая вспышка на крыше?» На третьей, от седьмого июля: «Касательно дела сэра Джорджа Флита: доказательство убийства все еще там». Он освободил место на столе, отодвинув в сторону столовые приборы и бутылку с вустерширским соусом, и разложил открытки.

– Сынок, – сказал Г. М., – эти открытки послали вы.

Губы Пакстона задрожали, как у обиженного ребенка.

– Если точнее, – добавил Г. М., – то вы продиктовали их содержание, а Энида все грамотно записала своим размашистым почерком школьницы.

– Откуда вы узнали? – спросил Пакстон.

– Это не важно. Я только хотел…

– Откуда вы узнали? – повторил Пакстон с настойчивостью сильно пьяного или обреченного человека. Слезы снова потекли у него по лицу.

– Ох, сынок! Судя по антиквариату, который у вас тут собран, я сделал вывод, что вы могли подписаться на каталог аукциона Уиллаби. Я спросил у леди Бр… у одной местной дамы, и она это подтвердила. Еще она сказала, что свой каталог получила пятого июля, именно тогда и отправили первую открытку. Видите ли, в каталоге указаны часы со скелетом. Кто-то получил его пятого июля и сразу послал анонимную открытку, чтобы полиция снова заинтересовалась делом Флита. Ведь такие странные часы вряд ли могли существовать в двойном экземпляре.