Чтение онлайн

Мистер Кэмпион моргнул. До него начало доходить.

Мистер Папулос продолжал свою речь. Казалось, ничто не могло его остановить. Рискуя наскучить слушателям, он продемонстрировал выдающееся знание технических подробностей и описал историю жизни старого бренди с тех времен, когда он еще был незрелой виноградиной на лозе за пределами провинции Коньяк.

Закончив, он сделал драматическую паузу, а затем спокойно добавил:

– То, с чем я надеюсь вас сегодня познакомить, джентльмены, – последнее научное открытие, метод ускорения этого долгого и утомительного процесса, при котором созревание напитка происходит за несколько минут вместо ста лет. Вы все уже попробовали первые плоды этого метода и проявили достаточный интерес, чтобы приехать сюда. Продолжим?

Его слова возымели немалый эффект, что, впрочем, неудивительно. Все заговорили разом, кроме мистера Кэмпиона, который задумчиво молчал. Ему вдруг пришло в голову, что его временные коллеги не только заинтересованы в том, чтобы заработать кучу денег, но их также не в меньшей степени тревожит перспектива их потерять.

– Если это правда, то весь наш бизнес рухнет, – пробормотал его сосед, худой коротышка с волосами цвета соломы.

Папулос встал.

– В соседней комнате ждет изобретатель, месье Филипп Жессан, готовый продемонстрировать итог своих трудов, – известил он. – Этот человек начал разрабатывать свою идею во времена сухого закона в Америке, и ему оказывал помощь в исследованиях один из богатейших людей мира, но, когда страна вернулась к здравомыслию, его покровитель утратил интерес к данной работе, и Жессану пришлось совершенствовать свое изобретение самостоятельно. Как вы сами увидите, он простой, необразованный и неделовой человек, как и многие изобретатели. Он обратился ко мне за помощью, прочитав мою книжку, и я помогаю ему чем могу, представляя его вам. Сейчас – идеальные условия: в доме полностью тихо. Не будете ли так любезны пройти со мной?

Несколько скептически настроенная, хотя и полная любопытства, небольшая компания переместилась в просторное помещение по другую сторону коридора. Всю его обстановку составляли расставленные полукругом стулья и большой письменный стол, на котором стояла странная конструкция, смутно напоминавшая набор кофейных фильтров из тех, что выглядят как годящиеся исключительно в качестве свадебного подарка.

Позади стола стоял взволнованный человечек в длинном коричневом халате. Хотя его фигура явно не впечатляла, ему определенно придавали странности длинные волосы и пенсне в золотой оправе.

– Пожалуйста, тише. Прошу тишины, – потребовал он, подняв руку. – Чтобы все получилось, не должно быть вообще никакой вибрации. Ни малейшей.

В его хриплом голосе слышался легкий чужой акцент, который Кэмпион не смог с ходу определить, но в интонации чувствовалась властность. Эксперты на цыпочках прошли к своим местам.

– Все объяснения я оставляю на долю присутствующего здесь моего друга, – заявил месье Жессан, блеснув маленькими глазками. – Меня лично интересует лишь демонстрация. Ясно?

Он яростно уставился на собравшихся, и Папулос поспешно пробормотал:

– Месье Жессан, естественно, не имел в виду человеческий голос. Вибрация, внезапное движение – вот чего он боится.

– Тише! – раздраженно бросил изобретатель. – Когда напиток созревает обычным путем, что ему требуется? Тишина, темнота, покой. Без этого не обойтись. Итак, с вашего позволения начнем.

Все было просто. Появился стеклянный графин с бренди, который надлежащим образом обнюхал и продегустировал каждый из гостей. Папулос лично раздал бокалы и разлил жидкость, которую, по единогласному мнению, признали коньячным спиртом. Назывались 1932 и 1934 годы.

Затем содержимое графина вылили в конструкцию на столе, и все пронаблюдали за тем, как оно течет по стеклянным трубкам, фильтруясь в большой сосуд в форме реторты у подножия аппарата.

Месье Жессан поднял взгляд.

– А теперь, – негромко произнес он, – подходите по одному, пожалуйста, и осмотрите мое изобретение. Только ступайте потише.

По завершении осмотра обладатель коричневого халата накрыл реторту колпаком из чего-то похожего на черную резину. Затем, какое-то время повозившись с термометрами и маленькой электрической батарейкой, с едва скрываемым волнением объявил, что процесс пошел, и добавил:

– Каждая секунда грубо соответствует году – долгому, темному, унылому году. А теперь посмотрим.

Колпак сняли, принесли чистые бокалы, и реторту осторожно отсоединили от остального аппарата.

Мистер Джером первым продегустировал содержавшуюся в ней жидкость, и его лицо исказила выглядевшая слегка нелепо ошеломленная гримаса.

– Невероятно! – наконец изрек он. – Невероятно! Не могу поверить… Хотелось бы, конечно, провести некоторые анализы, но я могу поклясться, что это бренди восемьсот тридцать пятого года.

Остальные оказались того же мнения, и даже мистер Кэмпион был впечатлен. Изобретателя убедили повторить эксперимент, на что мистер Жессан, надо отдать ему должное, охотно согласился.

– Есть только один недостаток, – заметил он. – За один раз можно переработать лишь крайне малое количество. Я говорил моему другу, что мне хотелось бы обеспечить надежную работу моего изобретения и продавать устройства вместе с инструкциями широкой публике, но он мне запрещает.

– Еще бы! – воскликнул сосед мистера Кэмпиона. – Господи, да это же разрушило бы половину моего бизнеса…

Когда все, весьма возбужденные, решили наконец разойтись, было уже за полночь. Мистер Папулос обратился к гостям:

– Уже поздно. Давайте ляжем спать, а обсудим все утром, когда месье Жессан сможет объяснить нам теорию своего процесса. Пока же, уверен, вы согласитесь со мной, что нам есть о чем подумать.

В слегка подавленном настроении гости отправились наверх. Разговоров было мало. Никому не хотелось обсуждать революционное открытие со своими ближайшими конкурентами.

Утром, спустившись вниз, Кэмпион обнаружил, что мистер Джером уже встал. Тот расхаживал по гостиной и почти со злостью набросился на молодого человека.

– Я люблю вставать в шесть, – с ходу заявил он, – но не обнаружил прислуги. Только в семь пришли какая-то женщина, ее муж и горничная. Похоже, Папулос велел им ночевать где-то в другом месте. Видимо, опасался вибрации. Так или иначе – выдающееся открытие, согласитесь? Если бы я не видел его собственными глазами, ни за что бы не поверил. Похоже, нужно быть готовым к прогрессу, хотя не сказал бы, что мне это нравится. И никогда не нравилось.

Мистер Джером понизил голос и, шагнув ближе, продолжил:

– Мы все должны собраться и помешать этому. И никак иначе. Нельзя допустить, чтобы нечто подобное стало достоянием общественности, как и того, чтобы какая-то одна фирма завладела секретом. Во всяком случае, таково мое мнение.

Кэмпион пробормотал в ответ, что не рискнет высказать свое, не посоветовавшись сперва с мистером Тистлдауном.

– Конечно-конечно. В Сити сегодня будет немало деловых встреч, – мрачно проговорил мистер Джером. – И еще одно: вы знаете, что в этом дурацком заведении нет телефона?