Чтение онлайн

— А фамилия как?

— Мы с ней вместе работаем в «Терезе». Она забыла сумку.

Управляющий сверился с документами.

— Ее нет дома.

— Может, я передам сумку Джо?

Управляющий поправил очки, дожидаясь, пока посетитель заметит слабое место своего замысла.

— И где сумка?

Карни махнул в сторону улицы:

— У меня в машине.

Двери лифта открылись, в вестибюль королевами выплыли две леди с пышными прическами и в блестящих вечерних платьях.

— Я не знаю никакого Джо, — сказал управляющий.

Карни завернул за угол и остановился подумать. Фредди, рассказывая об ограблении, упомянул стрип-клуб Малыша. Не то на Сто тридцать шестой, не то на Сто тридцать седьмой улице, угол Восьмой авеню. Сам Карни с Майами Джо связываться не станет, этим займется Перчик. Но чем мерить шагами гостиную, все лучше выследить подлеца и потом уж позвать громилу. Альма редко засиживается у них позже десяти часов вечера. Дома скоро станет тихо. Карни направился в стрип-клуб Малыша.

Майами Джо закон не чтил и не любил земных его представителей: шерифов и их помощников в родной Флориде, копов и сыщиков здесь, в Нью-Йорке. И если они имели неосторожность остановить его, когда у него в кармане пистолет, он отстреливал их без жалости. Жертв своих ограблений он презирал, но на иной манер — как ребенок, который давит ботинками тараканов. Жертвы — беспомощные ничтожества, и, обстряпав дело, он тут же о них забывал — и неважно, что это было за дело, ограбление или убийство. Если прежде, к примеру, Артур занимал его мысли, то теперь там было пусто. И пустоту эту вскоре заполнит следующая работенка. А потом он завершит и ее.

Едва Гиббз, управляющий, который дежурил в тот вечер, позвонил в комнату Бетти, как Майами Джо сбежал по пожарной лестнице. Прижимая к ноге пистолет. Быстрее. Майами Джо не ожидал увидеть торговца мебелью со Сто сороковой улицы. Перчик почуял бы, что он рядом. Чинк подослал бы к нему двоих. Майами Джо повезло. Он подобрался поближе, встал на одно колено, положил ствол на предплечье, прицелился и спустил курок.

День завершился так же, как начался: под двухфутовой вывеской с фамилией «Карни» его поджидали мужчины сурового нрава.

Детство Карни, как у всех обитателей Гарлема, прошло средь осколков стекла на спортивных площадках, уличных стычек — стоит лишь выйти из дома — и треска выстрелов. Он сразу узнал этот звук и нырнул за помойные баки. Обернувшись, Карни увидел Майами Джо: тот выстрелил второй раз, и пуля ударила в алюминиевую крышку соседнего бака. До угла было два шага, и Карни бросился наутек.

Порой в Нью-Йорке бывает такое — заворачиваешь за угол и, словно по волшебству, оказываешься в совершенно другом городе. На Сто сороковой темно и тихо, на Гамильтон бурлит веселье. В бар по соседству — судя по звукам, там играют бибоп — тянется очередь, а рядом с баром какие-то испаноязычные парни пьют вино и играют в домино в свете из окон цирюльни. Играющие в домино работают в этой цирюльне: днем она позволяет им заработать на оплату жилища, вечером предоставляет убежище от семьи. Карни протолкался сквозь очередь и припустил прочь. Мимо него в противоположном направлении проехала патрульная машина. Карни оглянулся через плечо. Майами Джо не видать. Если Карни заметил копов, то и Майами Джо тоже. Едва копы отъехали подальше, Карни побежал со всех ног.

На юг он направился непривычной дорогой, виляя туда-сюда по улицам и авеню. На прощание Перчик сказал ему: «Если что, оставь сообщение бармену в „Донеголе“. Неважно, кто будет работать, — мне всё передадут». В перестрелках и прочем Перчик смыслит больше, чем Карни. Если нужно кого-то покалечить — в этом Перчик явно знаток. Вернуться домой и привести Майами Джо прямиком к жене и дочери Карни не мог. Может, конечно, тот и так к ним направился… В барах полно народу, можно где-нибудь пересидеть. Но что делать после закрытия? Карни двинулся к магазину — ноги сами его несли. Он позвонит Перчику из своего кабинета и подождет.

Десять минут спустя, когда он подходил к магазину, на Морнингсайд и на Сто двадцать пятой было тихо. Жизнь кипела возле «Аполло», в нескольких кварталах к югу. Карни не помнил, кто именно там выступает сегодня, имя было написано на борту большого гастрольного автобуса, но, судя по толпе и ликующим крикам, кто-то известный. Трясущейся рукой он вставил ключ в замок.

— Быстрее, — велел Майами Джо.

Он стоял у тротуара между двух темных седанов. Пиджак надеть не успел, был в одной лишь белой рубашке, расстегнутой на груди, влажной от пота, и в лиловых брюках в полоску. Джо навел пистолет на Карни — не поднимая руки, так, чтобы не было видно из-за машин.

Толпа у «Аполло» визжала, проезжавшие мимо водители нажимали на клаксон. Исполнитель вышел поприветствовать поклонников.

В магазине Майами Джо сказал:

— Свет не включай.

Видно было и так. Блики уличных фонарей на красавцах в зале его магазина неизменно приводили Карни в сентиментальное настроение: вечером здесь только он и это местечко, которое он выгрыз у города. Майами Джо ткнул дулом пистолета ему в спину.

— Здесь есть еще кто-нибудь?

— Мы закрыты.

— Я спросил, есть ли здесь еще кто-нибудь, ниггер.

Нет, ответил Карни. Майами Джо остановил его на пороге кабинета — проверить, нет ли внутри кого-то. Велел Карни зажечь настольную лампу. Дверь в подвал была открыта, Майами Джо нагнулся, заглянул внутрь.

— Что там?

— Подвал.

— Там кто-нибудь есть?

Карни покачал головой.

Майами Джо решил не проверять.

— Все равно ты не успел бы никому позвонить.

Он сел на диван. И, судя по выражению лица, удивился тому, до чего «Арджент» удобный. Карни так и подмывало расписать ему достоинства современного наполнителя.

Майами Джо махнул пистолетом — мол, сядь за стол. Карни повиновался и заметил записку, Рыжий оставил ее у телефона. Сегодня он продал целый гостинный гарнитур «Коллинз-Хэтэуэй».

— Посмотри на меня, — произнес Майами Джо и покосился на окно, проверяя, не видно ли его с улицы. — Как ты узнал про Бербанк?

— Вспомнил про девушку.

Майами Джо нахмурился.

— Как всегда, — произнес он, почесал ключицу и добавил, расслабясь: — Хочешь, скажу почему?

Карни промолчал. Он думал о жене и дочери в безопасности их кровати. Об этой крохотной спасательной шлюпке в сумеречном и бурном море Гарлема. Мебелью для спален Карни не занимался, кровать продал ему знакомый. Если бы Альма не начала пороть чушь, он сейчас спал бы тихо и мирно рядом с женой и дочкой. Это из-за нее он поперся на улицу. А до нее — Фредди, который годами втягивал Карни во всякие дурацкие затеи. И Карни соглашался. Интересно, жив ли еще Фредди.

— Как только Чинк принялся нас разыскивать, — проговорил Майами Джо, — я решил не тянуть с дележкой до понедельника. Но потом поневоле задумался о том, кто из вас, идиотов, не дотерпит и проболтается. Твой придурочный братец. А если заткнуть одного ниггера… — Он потер висок, точно стачивая зазубрины головной боли. — Кстати, знаешь что? Половина камней стекляшки — ужас, да? Это каким же надо быть тупым ниггером, чтобы прятать в сейф такое фуфло?

— У меня семья, — сказал Карни.

Майами Джо равнодушно кивнул.