Чтение онлайн

– Ну, голуба, ничего не понимаю! Мне Оноре Волков сказал, будто ты уже у Клюкина снимаешься!

– Красиво бортанули, - усмехнулась Ребекка, пряча сигареты, - можно сказать, ювелирно! Подсунули "кушать подано"... Хотя тоже понятно, небось роль для какой-нибудь профурсетки понадобилась! Путь на экран лежит через диван это старая, всем известная истина.

– Как зовут твоего антрепренера?
– пробормотала я.

– Вениамин Михайлович Селезнев, - ответила Бекки, - тот еще кадр: "Голуба, роль Алевтины откроет перед тобой все двери!"

Секунду я обалдело смотрела на нее, потом все же нашла в себе мужество и поинтересовалась:

– Про какую Тоню кричала Нора? За что она мстит?

Ребекка нахмурилась:

– Это не имеет никакого отношения к смерти папы.

– И все же!

– Очень давнее дело.

– Расскажи, пожалуйста.

– Не понимаю, зачем.

– Вдруг пригодится.

Бекки принялась крутить в руках шнурок от занавески.

– Иногда даже крохотная деталь может помочь следствию, - пробормотала я.

Девушка тяжело вздохнула:

– Ладно, хотя предупреждаю сразу, история не слишком красивая.

Вячеслав Сергеевич Славин был сиротой; В 1956 году, в возрасте 16 лет, он прибыл в Москву из крохотного местечка, расположенного возле Ветлуги. Симонове - так называлась деревенька. Отец Вячеслава погиб на фронте, мальчик его не помнил. Мать, надорвавшись на тяжелой крестьянской работе, скончалась в год, когда Славочка закончил школу. Была она полуграмотной бабой, никогда ничего не читавшей, Славины даже газет не выписывали. Оставалось удивляться, как получилось, что ее сын учился легко и без проблем, даже перескочил из пятого класса сразу в седьмой. Учителя только диву давались. Впрочем, в сельскую малокомплектную школу Слава ходил до восьмого класса, а потом начал мотаться в Ветлугу, в десятилетку.

Мать была против.

"На черта тебе энта школа, - бубнила женщина, - вон какой кабан вырос, иди работать! В колхозе конюха ищут, будешь шестьдесят рублей получать! А то чего удумал, в Ветлугу мотаться, да денег на одну дорогу сколько надо!"

Но мальчик с недетским упорством стремился к знаниям, в результате получил аттестат с золотой медалью. Да и было за что. Математику с физикой он знал лучше преподавателя, а его сочинения постоянно отправляли на разные конкурсы.

Мать умерла в январе, и полгода до окончания занятий мальчик жил у директора своей школы, Анны Ивановны Коломийцевой, именно она и посоветовала Славину поступить в МГУ.

Юноша послушался и с блеском выдержал вступительные экзамены. Начался долгий путь восхождения к высотам науки, к орденам, регалиям, научным званиям и... большим деньгам. Но все это было далеко за горизонтом. Студенческие годы Славин вспоминать не любил, голодное время. Собственно говоря, это все, что отец рассказывал о детстве.

– Один раз папа, правда, разоткровенничался, - вздыхала Ребекка, - и поведал, как ему предстояло идти на экзамен, а единственные носки просто развалились в лохмотья. Никогда не догадаешься, что он сделал!

– Попросил у ребят взаймы.

– Нет, - усмехнулась Ребекка, - у папы просто пунктик был: никогда ни у кого ничего не брать. Он взял баночку с гуталином и намазал ноги, получилось здорово, только пахло сильно!

Не сразу, но финансовое благополучие пришло, менялись жены, потом народились дети, появился дом в Алябьеве. Году эдак в 90-м, когда Вячеслав Сергеевич развелся с Тамарой и вовсю крутил роман с Аней, жарким летом он приехал на дачу с худенькой девочкой, на вид лет четырнадцати.

Нора и Ребекка удивились. Они знали, что у Славина горит любовный костер с наглой Аней, а Вячеслав Сергеевич, несмотря на репутацию Казаковы, был человеком порядочным. Своей избраннице он не изменял до тех пор, пока любил ее. А найдя другую женщину, тут же рвал отношения с предшественницей. Вернее, переводил их в другое русло, из страстного любовника превращался в хорошего друга или, если хотите, заботливого отца. Крутить романы одновременно с двумя он не любил.

– Понимаешь, мышка, - объяснял отец Ребекке, - я стараюсь никогда не врать, так легче жить. Незнакомая девочка просто пробормотала:

– Добрый вечер.

– Знакомьтесь, - радостно объявил Вячеслав Сергеевич, - моя будущая дочь Тоня.

– Твоя дочь!
– воскликнула Нора.
– Откуда? От кого?

Бывший муж расхохотался:

– Ну она пока не дочь, но, думаю, мы скоро это уладим!

– Да объясни же, наконец, в чем дело?
– потребовала Нора.

Славин отмахнулся, и все сели пить чай. Девочка слегка осмелела, и женщины узнали, что ей не четырнадцать, как кажется, а семнадцать лет и ее прислала в Москву поступать в академию ее бабушка, Анна Ивановна Коломийцева, директор школы, где в свое время учился Вячеслав Сергеевич.

– Откуда же твоя бабушка узнала про то, что Вячеслав Сергеевич руководит вузом?
– немедленно спросила Нора.

– А бабуля передачу видела по телику - "Герой дня" с его участием, бесхитростно объяснила незваная гостья, - она мне письмо дала и сказала: "Езжай, внученька, используй шанс".

Нора гневно фыркнула.

После ужина она зазвала Вячеслава в кабинет и поинтересовалась:

– Что это ты насчет дочери говорил? Никто не понял.

Славин усмехнулся:

– Да все просто. Хочу ребенка в Москве пристроить, пока первое время она у нас поживет, потом куплю ей квартиру. Только она без столичной прописки, иногородняя. У нас так профессор Завадский сделал, удочерил племянницу из Ростова, чтобы ту прописали. И вообше, ей по жизни будет легче идти ребенком Славина.

– Ты с ума сошел, - взвизгнула Нора, - квартира, дочка, не жирно ли будет?!

– Где же ей жить потом?
– удивился Славин.
– Молодая, замуж захочет.

– Пока пусть живет в общежитии.
– отрезала Нора.

– Знаешь, дорогая, - спокойно ответил Вячеслав Сергеевич, - я, как тебе известно, выучился на медные копейки и понимаю, как тяжело ребенку в чужом городе.

– Другие живут, и эта сможет! А уж об удочерении и речи быть не может, у тебя родных детей пятеро, - возмутилась Нора.

– Дорогая, - рассмеялся академик, - извини, конечно, что напоминаю, но мы с тобой давным-давно в разводе, и я волен делать все, что мне заблагорассудится. Если тебе не нравится, никого силой не удерживаю, можешь уезжать. Тоня останется тут.

Нора в гневе вылетела в коридор. Но Славина было не так легко заткнуть, он открыл дверь и крикнул:

– Дорогая, подожди секунду!

– Что еще?
– обозлилась бывшая супруга.

– Просто хочу объяснить свою позицию, - спокойно продолжил Вячеслав Сергеевич, - бабушка Тони, Анна Ивановна, сделала для меня очень много. Жили Коломийцевы небогато, но, когда я остался сиротой, тетя Аня целых полгода кормила, поила и одевала меня, теперь мне следует платить по долгам.