Чтение онлайн

– Тетенька, - раздалось сзади. Замызганная девчонка испуганно смотрела в овраг:

– Кто это его так, а? За что? Я тупо пыталась собрать мозги в единое целое. Наверное, надо...

Девчушка начала спускаться в овраг.

– Ты куда?
– схватила я ее за руку.

– Плеер возьму, он ему теперь не нужен.

– Вот что!, - велела я, - пошли.

– Куда?
– насторожилась девочка.

– Я - сообщить в милицию, а ты - домой, нечего здесь топтаться.

Девочка сначала покорно побрела следом, но потом стала выворачивать свою тощую ручонку из моей ладони:

– Пусти!

– Нет, иди домой.

Внезапно ребенок горько зарыдал. Крупные прозрачные слезы потекли по серым щекам.

– Да, - всхлипывала девочка, - сейчас менты приедут и плеер себе заберут или Пащкиной матери отдадут, а она его живо пропьет!

– Зачем тебе плеер?
– усгало спросила я, продолжая упорно волочь ребенка подальше от трупа.
– Так Децла любишь?

– Да насрать мне на музыку, - рыдала девочка, - я поменять хотела плеер на Барби. Я на куклу полгода собираю, и никак. А маманька не дает. Говорит, за те деньги, что дурацкая куклешка стоит, месяц жрать можно да Борьке молоко покупать. Ему все, а мне ничего!

– Борька кто?

– Брат, младший, год ему.

– /\ теое.

– Семь.

– Сколько же стоит Барби?

– Четыреста пятьдесят с платьем, - шмыгнула малышка носом и замолчала.

– Ну ты вчера триста рублей получила, а сегодня сто, совсем чуть осталось!

Девочка повозила носком туфельки по песку и ответила:

– Ленке дала деньги-то!

– Кому?

– Подружке своей, Ленке!

– Зачем?

– А у ней из родителей одна бабка, ругается и дерется все время. Она Ленку в Москву отправляет, на Киевский вокзал воровать. Ленка боится чужое брать и просто милостыню клянчит; если мало приносит, бабка ее палкой лупит, у Ленки все ноги в дырках да синяках. Она вчера только одну десятку насобирала и в кустах ревела, боялась домой идти, ну я и подумала...
– Девочка помолчала, потом закончила: - Большая уже в куклы-то лялькаться, вот рожу своих деток от богатого, накуплю им всегои буду с ними играть. Больно Ленку жалко, маленькая она, шесть лет всего.

Этого я уже не могла вынести:

– А ну показывай, где твоя Барби!

– Вон, в ларьке!

Мы быстро пошли вперед и уперлись в лоток, заставленный игрушками.

– Ну, чего, опять приценяться пришла?
– спросил продавец.

Я быстро спросила:

– Какая кукла больше всего тебе по сердцу?

– Блондинка, в красном платье, - шепнула девочка.

– Пожалуйста, - попросила я торговца, - у меня тысяча рублей. Дайте нам вот эту Барби и всего к ней в придачу, ну вот мебель за сто пятьдесят, холл с креслами, потом спальню за двести, ванну, туалет...

– Домик не хотите со всем содержимым?
– улыбнулся парень.
– Там два этажа, кухня, спальня, гостиная, ванная, туалет, с мебелью, посудой и даже домашними животными. Наши делать стали, завод "Огонек", по виду от американского не отличить.

– И сколько такой?

– Семьсот рублей.

Я быстро сложила семьсот и четыреста пятьдесят.

– С удовольствием бы взяла, но полтинника не xватает!

– Уступлю, так и быть, - продолжал улыбаться парень, - а то эта девица полгода ходит и гладит, прямо сердце разрывается, но не могу же я товар просто так отдать!

Он снял с витрины две коробки, одну большую, похожую на чемодан, другую поменьше, и вручил девочке:

– Владей.

Ребенок прижал к груди подарки. Я вытащила из сумки бумажку и напирала свой телефон.

– На, меня зовут Евлампия. Если мама спросит, где взяла, скажешь, что я купила, а если не поверит, пусть позвонит.

Девочка кивнула, я пошла в сторону платформы.

– Тетенька, - раздалось сзади. Я обернулась. Ребенок протягивал узенькую ладошку.

– Меня зовут Фрося!

– Как?
– переспросила я, чувствуя, что ноги дрожат в коленях.
– Как?

– Фрося, Ефросинья, - повторила девочка, - имя такое есть, старинное, я одна во дворе с ним. Вы теперь мой друг, ежели чего, к дому подходите и крикните: "Фрося", я выйду и все для вас сделаю. Хорошо?

Не в силах произнести ни слова, я кивнула. Фрося пошла в горку. Большая коробка била ее по худеньким, исцарапанным ногам. Внезапно показалось, что это я бреду вверх, прижимая к груди упаковку с куклой.

Стараясь не разрыдаться, я пошла через площадь к булочной, возле которой виднелась телефонная будка, надо позвонить в милицию.

Домой я явилась совершенно разбитая и рухнула на кровать прямо в тапках. Лиза и Кирюшка где-то бегали, мопсихи мирно спали в кресле. Рейчел глядела в окно. У нашей стаффордширихи это главное развлечение. Люди смотрят телевизор, а она наблюдает за улицей. Впрочем, у Пингвы тоже есть любимое зрелище. Стоит только включить стиральную машину, кошка моментально прилетает в ванную и садится у круглого, прозрачного окошка в дверце. Сидеть так Пингва может часами, наблюдая за вертящимся бельем. Наверное, ее гипнотизирует мерное мелькание цветных тканей.

– Гав, - буркнула Рейчел.

– Фу, перестань, - велела я.

– Гав, - настаивала терьерица.

– Прекрати!

– Гав, - не успокаивалась собака, бешено крутя хвостом. Потом она соскочила с дивана и подлетела к двери. Я со вздохом села, так, кто-то идет!

Раздалось шуршание, и в гостиную вплыл гигантский мешок с собачьим кормом. При виде знакомой упаковки собаки начали восторженно лаять и размахивать хвостами.

– Эй, нет, погодите, - послышался голос Володи Костина.

Красное лицо майора выглянуло из-за пакета.

– Куда складывать?

– Таши в кладовку, - велела я. Отдуваясь, майор бросил набитый мешок и вытер потный лоб.

– Жара, жуть, помесь Африки с Австралией.

– Спасибо тебе, - проникновенно сказала я, - а то как раз вчера я подумала, что собачьи харчи заканчиваются, честно говорю, решила купить мешочек на пять кило.

– Пятьдесят килограммов дешевле получается, - ответил приятель, - еше совочек дали в подарок, красненький.

– Мне столько не дотащить!

– Ясное дело, поэтому я и привез. Пятый день в багажнике корм вожу, только сегодня случай вышел.

– Какой?

– Да так, - не захотел ничего рассказывать майор, - по делу приезжали. Ребята с арестованными уехали, а я к тебе ненадолго.

– Ты арестовал кого-то в Алябьеве?

– Ну не я, а...

– Погоди, - перебила его я, - кого?

– Какая разница! Я рассмеялась:

– Нечего тень на плетень наводить. Пойду вечером в местный магазин и все узнаю от продавщицы Сони, у нее муж здешний участковый.