Чтение онлайн

– Точняк, – кивнул Фил. – У нас пара вертухаев на зарплате.

Так вот почему Филакс так меня невзлюбил.

– Они знают про туннель? – спросил я.

– Ты в своём уме? – Фил помотал головой. – Они знают, что у нас свои дела, и всё. Они не спрашивают, мы не говорим. Мы платим им отступные, чтобы они не совали нос куда не следует.

– Хватит, – сказал Джо Маслоки. – Гарри способен сам представить, что к чему. В двух словах: расходы неизбежны.

– Ну конечно, – согласился я, подумав, что всё это звучит довольно бредово.

– Поэтому мы должны покрывать расходы, – продолжил Джо. – Это естественно.

– Естественно, – повторил я.

– Но я имел в виду не это, – сказал он. – Не кражи телевизоров или грабёж заправки.

– Хорошо, – с радостью поддакнул я.

– Речь о крупном деле, – пояснил Джо. – Думаю, где-то сто или, может, сто пятьдесят штук. – Он взглянул на Фила. – Я прав?

– Так мы прикинули, – подтвердил Фил.

Они вели себя так спокойно, по-деловому. Мне ничего не оставалось, как сидеть ровно и изображать такое же спокойствие. Ну, или выбежать из комнаты с воплями.

– Ты показал ему банки? – спросил Джо у Фила.

– Мы просто прогулялись в один из них. Я ничего ему не рассказывал.

– Ладно. – Всё так же напористо, словно боксёр на ринге, каким он когда-то был, Джо выложил, обращаясь ко мне: – Итак, мы имеем парочку банков, которые можно грабануть без особого напряга.

– Угу, – пробормотал я.

– Ну, может, не настолько просто, – усмехнулся Джерри.

– Это чертовски плёвое дело, – настаивал Джо. – И в этих двух банках чертовски много бабок.

– Видишь ли, – пустился в объяснения Фил, – в этом городе зарплату выплачивают дважды в месяц.

Стоило ли мне притворяться, что мне это о чём-то говорит? Я рассеянно улыбнулся.

– В большинстве других городов, – продолжал Фил, – работяги получают жалованье раз в неделю.

– По пятницам, – уточнил Джо Маслоки.

Фил кивнул.

– Но в этом городе всего два крупных работодателя – тюрьма и военная база, и они выплачивают зарплату два раза в месяц.

– Пятнадцатого, – вставил Джо, – и тридцатого.

– Значит, каждый раз, когда кто-то обналичивает чек, – сказал Фил, – сумма там вдвое больше обычного.

Джо, страстно придвинувшись ко мне, спросил:

– Улавливаешь суть?

– Думаю, да, – ответил я.

– Накануне пятнадцатого числа, – сказал Фил, – и в конце месяца в местные банки подвозят уйму наличных из других филиалов.

– А-а, – протянул я.

– Сначала мы подумывали, – продолжал он, – напасть на инкассаторский броневик. У Эдди был чудный маленький план на этот случай.

– Засада, – пояснил Эдди Тройн, бывший военный. – Повстанческая тактика.

Только теперь я увидел его настоящую улыбку. Просто оскал зубов меж растянутых губ. У более упитанного человека такая улыбка выглядела бы нормально, но Эдди Тройн был настолько худощав, что улыбка делала его и без того костлявое лицо похожим на череп. Мне стало любопытно, что такого натворил этот бывший офицер, чтобы его отправили в обычную уголовную тюрягу.

Но Джо Маслоки вновь завладел моим вниманием.

– Это мелочёвка, – заявил он насчёт плана Эдди. – А мы хотим сорвать большой куш. Всё или ничего!

– Всего в городе четыре банка, – сообщил мне Джерри и с лёгкой усмешкой добавил: – Джо хотел обнести все четыре.

– И это возможно, – упорствовал Джо, по-прежнему твёрдо и сосредоточенно. – Мы можем устроить диверсию – взорвать мэрию, например – и под шумок тряхануть все четыре банка. Нас же восемь, мы легко управимся.

Восемь человек. Включая меня.

– С точки зрения логистики, – встрял Эдди Тройн, – это непростая задача. Но нет ничего невозможного. – И он снова оскалился своей жуткой улыбкой.

– И всё же мы ограничимся двумя, – сказал Фил. – Тебе повезло, Гарри, ты успел как раз вовремя, чтобы запрыгнуть на денежный поезд.

– Ага, – сказал я, изображая радость.

– Теперь ты понимаешь, почему я не мог рассказать тебе об этом раньше, пока не убедился, что ты хочешь войти в долю.

– О, конечно, – сказал я. – Безусловно.

– У нас три недели, – сказал Джо.

– Три недели? – переспросил я.

К счастью, один из первых уроков, что должен усвоить любитель розыгрышей – как скрывать свою реакцию. Думаю, я подскочил не выше, чем на полдюйма, и успешно сделал вид, что просто ёрзаю на месте.

Джо объяснил выбор времени.

– Приближается Рождество, – напомнил он. – В это время люди тратят больше обычного. Не только обналичивают зарплатные чеки, но и закрывают «рождественские клубы», [15] а некоторые снимают деньги со сберегательных счетов.

– В середине декабря в банках будет больше наличных, – добавил Фил, – чем когда бы то ни было.

– Вот тогда-то мы и провернём наше дельце, – заключил Джо.

Фил широко улыбнулся мне.

– Неплохой рождественский подарок, а, Гарри?

Следующей ночью я отправился на свой первый «щипок».

Сперва я думал, что выходить наружу можно только днём, но я ошибался. Спортзал работал каждый вечер – баскетбол, гимнастика и всё такое – а значит, один или двое заключённых должны дежурить в кладовой. Занятия в зале, особенно баскетбольные матчи между командами разных блоков, иногда затягивались до пол-одиннадцатого, а то и до одиннадцати вечера. Кто-то из первых «туннельщиков» убедил тюремные власти, что уборка после того, как зал опустеет, занимает не меньше двух часов. Поэтому в кладовой поставили пару коек, а ночных дежурных просто запирали в спортзале, когда все остальные расходились.

Всё складывалось на редкость удачно. Поскольку заключённых, назначенных на работу, проверяли лишь два раза в день – перед завтраком и ужином – это означало, что мы, члены «туннельного братства», могли проводить на воле весь день или всю ночь. Можно выйти после девяти утра и вернуться в полшестого вечера, либо покинуть тюрьму в восемь вечера и не возвращаться до следующего утра. Единственное условие: кто-то должен был постоянно присутствовать в спортзале – присматривать за лавочкой, но в остальном тюрьма превращалась во что-то вроде закусочной, куда мы заходили поесть дважды в день.