Чтение онлайн

Во время плавания у юного Чарльза возник конфликт с корабельным врачом «Бигля», выполнявшим также функции корабельного натуралиста (то есть он изучал дикую природу по пути следования судна). Врач не нашел иного выхода из сложившейся ситуации, кроме как сбежать с корабля в Южной Америке. И это было очень кстати, поскольку Дарвин официально получил должность натуралиста. А «Бигль» между тем направлялся к Галапагосским островам. Этому путешествию суждено было войти в историю. Двухлетнее плавание растянулось на пять лет, и все это время Дарвин был полностью погружен в изучение природы.

Перед плаванием Дарвин раздобыл экземпляр первого тома «Основ геологии» Чарльза Лайеля — книги, которая представляла собой, вероятно, наиболее важную научную публикацию со времен «Математических начал натуральной философии» Ньютона. Чарльз Лайель считался в то время одним из самых ведающихся и влиятельных ученых в мире, и на то были веские основания. Его «Основы геологии», опубликованные в трех томах с 1830 по 1833 годы, положили начало геологии как науке и поставили под сомнение библейскую историю творения, проповедуемую церковью.

До того времени люди свято верили, что небеса, Земля и жизнь были созданы Богом в точности так, как это описано в Книге Бытия — в ходе удивительного шестидневного представления. Церковь была настолько убеждена в этом, что даже называла точную дату, когда Бог создал землю. На случай, если вам вдруг захочется отправить Гее открытку на день рождения, сообщим, что это произошло в воскресенье, 23 октября 4004 года до н. э. Англиканский епископ Джеймс Ашер вычислил дату, проследив родословную библейских персонажей вплоть до рождения Адама.

Тогда как большинство людей слепо принимали эту дату за день завершения творения, геологи во главе с Лайелем считали, что планета Земля эволюционировала на протяжении целых эпох в ходе постепенных катаклизмов, результатом которых были, говоря языком геологов, деформации и перемещение пластов земной коры. Лайель заключил, что нынешнее физическое состояние континентов, океанов и гор — следствие медленного, но непрерывного действия таких естественных сил, как ветра, дожди, наводнения, землетрясения и извержения вулканов.

В книге Лайеля есть четыре главы, посвященные теории Ламарка о том, что и жизнь тоже развилась путем долгого медленного процесса эволюции на протяжении миллионов лет. При этом некоторые виды животных вымирали — что объясняет наличие ископаемых останков неведомых животных. С точки зрения Лайеля, эволюция биосферы является прекрасным дополнением к эволюции неорганического облика планеты. Благодаря работам Лайеля широкая публика смогла по-новому посмотреть на происхождение, или Творение, мира.

В течение своего пятилетнего путешествия Дарвин глубочайшим образом изучил книгу Лайеля и, в каком-то смысле, стал его фанатом. Он даже завязал переписку с этим светилом науки. Под влиянием передовых идей Лайеля и Ламарка Дарвин понемногу пришел к выводу, что смена форм жизни на протяжении истории Земли должна проходить, как и геологические процессы, под влиянием тех или иных естественных причин.

Дарвин публично признал влияние идей Лайеля на формирование собственной эволюционной теории, когда в 1845 году опубликовал второе издание своего «Дневника исследований». Он посвятил эту книгу Лайелю со следующим пояснением: «Если данный дневник или любые другие работы автора представляют какую-либо научную ценность, это результат изучения знаменитой и восхитительной книги "Основы геологии"».

2 октября 1836 года Дарвин прибыл домой, в Лондон. Там он лично познакомился и крепко сдружился с Лайелем, который всячески поощрял его к дальнейшему развитию эволюционной теории. Вдохновленный беседами с новым другом, Дарвин взялся за работу над первой тетрадью «Трансмутации видов». В названии этой книги он использовал термин, предложенный Ламарком для обозначения эволюции в его книге «Философия зоологии» (1809).

Таким образом, если Ламарк научно обосновал идею биологической эволюции, а Лайель провел параллели между биологической эволюцией и геологической эволюцией планеты, то Дарвин сосредоточил свое внимание на силах и механизмах, двигающих эволюционным процессом. Особенно его занимал вопрос о том, почему вообще возникают новые виды. Без ответа на этот вопрос теория Дарвина застопорилась на годы, но в конце концов он все же сдвинулся с мертвой точки, вдохновленный знакомством с работами Мальтуса.

Дарвин писал в автобиографии: «В октябре 1838 года, то есть через пятнадцать месяцев после того, как я начал свои систематические исследования, мне на глаза попалась увлекательная книга Мальтуса «О народонаселении». В результате длительных наблюдений за поведением растений и животных я был готов к тому, чтобы принять идею о непрестанной и повсеместной борьбе за выживание; поэтому я сразу же понял, что в условиях такой борьбы носители наиболее благоприятных мутаций имеют повышенные шансы на выживание, а носители неблагоприятных мутаций, скорее всего, погибнут».

Иными словами, Дарвин говорит: если Мальтус прежде всего видит в процессе естественного отбора способ устранить слабейших членов общества, то он, Дарвин, взглянул на естественный отбор под другим углом и увидел, что тот способствует выживанию наиболее приспособленных индивидуумов. В политическом отношении это был очень ловкий ход, ибо Дарвин был джентльменом, живущим в викторианской Англии, в обществе, где есть высший и низший классы. Вместо того чтобы пристально рассмотреть воздействие естественного отбора на презираемые низшие классы, он фактически подчеркнул, что движущей силой эволюции является правильное скрещивание представителей высших классов — носителей «благоприятных мутаций». Таким образом, в своих работах Дарвин несколько сместил акценты. «Осуществляемый природой процесс отбора», который, согласно Мальтусу, состоит в устранении из общества нежелательных элементов, у Дарвина превратился в естественный отбор.

К началу 1840-х годов Дарвин уже начал разрабатывать теорию эволюции, но пока еще не делился своими выводами ни с кем — даже с Чарльзом Лайелем. В 1844 году Дарвин пишет выдающемуся ботанику сэру Джозефу Дальтону Хукеру: «Наконец-то забрезжил свет, и я почти убедился (кардинально изменив мнение, с которого начинал свои исследования), что биологические виды не являются неизменными (и сказать об этом — все равно что признаться в убийстве)». Дарвин имел в виду убийство Бога. Другими словами, если подтвердится его теория о том, что все биологические виды возникли в результате эволюционной трансформации более примитивных форм жизни, это полностью убьет доверие к первой книге Библии — той части Писания, где очерчены взаимоотношения между Богом и человечеством. Любопытно отметить, что Дарвин писал: «Я почти убедился» в том, что биологические виды способны мутировать. Очевидно, даже он сам тогда еще сомневался в своей теории эволюции.

Позже в том же году Роберт Чемберс анонимно опубликовал получившую немалую популярность книгу «Следы естественной истории творения», в которой предлагались аргументы в пользу эволюционной теории и против креационизма. Книга была противоречивой и встретила нападки со стороны викторианского общества. Но она рассказывала широкому кругу читателей об эволюции, тем самым готовя почву для того, чтобы Дарвин смог опубликовать свои работы, не совершив профессионального самоубийства.

Однако Дарвин хранил молчание еще более десяти лет, до тех пор, пока его не побудила к действию рукопись Альфреда Рассела Уоллеса — натуралиста, работавшего на Борнео. Получив в июне 1858 года бандероль с его рукописью, которая называлась «О склонности видов бесконечно отклоняться от исходного типа», Дарвин уже не мог сидеть сложа руки. Как натуралист Уоллес ничем не уступал Дарвину, а то и превосходил его, но, увы, был простолюдином-самоучкой. Он зарабатывал на жизнь тем, что ловил диковинных животных и продавал их музеям, зоопаркам и просто богатым коллекционерам.