Чтение онлайн

Но, наверное, самый убедительный пример того, какова подлинная природа жизни, — пример, который дает нам решение мальтузианской проблемы дефицита средств к существованию и указывает направление следующего витка эволюции, — касается происхождения и развития многоклеточных жизненных форм на этой планете.

Почему и как получилось, что триллионы одноклеточных организмов смогли объединить свои силы, чтобы превратиться в нас? Чтобы ответить на этот вопрос, нам нужно вспомнить, что в течение первых 3,8 миллиарда лет существования жизни на нашей планете разнообразие биологических форм ограничивалось одноклеточными организмами — бактериями, дрожжами и простейшими.

Миллионы лет назад клетки стали собираться в примитивные многоклеточные организмы-колонии. Делясь друг с другом информацией, новые коммунальные ассоциации обеспечили себе более высокое осознание окружающей среды и увеличили выживаемость составляющих их клеток. Проще говоря, осознание окружающей среды, являющееся мерилом эволюции, обеспечивает организму более широкие возможности эффективно выживать в динамичном мире. Двое вместе могут выживать практически теми же средствами, что и каждый сам по себе, поэтому объединение сил — лучше, чем жизнь в одиночестве.

Изначально, на ранних стадиях эволюции, все клетки в организме-колонии выполняли одинаковые функции. Но однажды наступил момент, когда количество клеток в организме стало настолько большим, что делать всем одно и то же стало невыгодно.

Представьте себе, например, что мы до сих пор живем в обществе охотников-собирателей и каждое утро восемь миллионов ньюйоркцев едут в графство Уэстчестер на поиски еды. Намного эффективнее разделить обязанности между членами племени. В этом случае за территорию поселения отправляются только охотники, тогда как все остальные остаются дома и выполняют другие обязанности: приготовление пищи, воспитание детей, обслуживание машин, просмотр телепрограмм и так далее.

Именно это произошло в ходе эволюции многоклеточных организмов. После того как число членов клеточного сообщества выросло до тысяч, миллионов и триллионов, отдельные клетки приняли на себя специфические обязанности ради выживания всего организма. Биологи называют это разделение рабочей нагрузки между клетками дифференциацией.

По мере того как структуры дифференцированных клеточных сообществ эволюционировали, стали возникать разнообразные виды таких сообществ — эволюционный шаг, невообразимый в случае одноклеточных организмов, населявших планету в первые 3,8 миллиарда лет существования жизни. Образование многоклеточных сообществ стало своего рода квантовым скачком в эволюции Земли. У нас может возникнуть соблазн думать, будто современные разумные люди представляют собой конечный пункт эволюции. Но на самом деле люди находятся в самом начале следующего более высокого уровня эволюции — рождается многолюдный суперорганизм под названием Человечество.

Концепция выживания наиболее приспособленных воспринимается в нашей индивидуалистической культуре через призму индивидуальной приспособленности. Однако грустная истина состоит в том, что Гее нет дела до степени приспособленности отдельного существа, поскольку планету гораздо больше заботит то влияние, которое оказывает на ее глобальный метаболизм (на среду) вся популяция в целом. Независимо от того, сколько Ганди, Матерей Терез и Леонардо да Винчи мы производим в каждый отдельный момент, наш вид оценивается весь в целом. Так что, наверное, мы, подобно нашим одноклеточным предкам, должны сейчас оставить свою одноклеточную индивидуальность позади и эволюционировать в гармоничное многоклеточное целое, где интересы каждого и интересы планеты — одно.

Современное человеческое общество поверило в идею, что конкуренция — залог выживания. При этом само английское слово competition («конкуренция») подверглось искажению, ибо оно происходит от греческого корня compete, что значит «стремиться вместе». Для греков это слово означало использование энергии чужих успехов для достижения собственных; таким образом, речь шла отнюдь не о том, чтобы сокрушить своих противников или идти к победе любой ценой.

Хотя стремление превзойти себя — весьма достойное дело, вспомните, какая атмосфера царит на соревнованиях и в играх, где побежденных оказывается намного больше, чем победителей. Фильм «Безумные жаркие танцы» — прекрасная история о том, как преподаватели бальных танцев учат самоуважению школьников из неблагополучного района. Однако в этом же фильме мы видим и темную сторону конкурентной борьбы. Несмотря на то что стремящиеся к одной цели ребята учатся, радуются и растут, в конце их всех, кроме единственной пары победителей, ожидают слезы разочарования — поскольку они не сумели выиграть. Ну и какой во всем этом смысл, ради всего святого?

Еще более печальное явление — корпорация Enron. Еще совсем недавно журналы Forbes и The Wall Street Journal называли ее «компанией будущего»… но вскоре выяснилось, что она прогнила до самых своих корней. А ведь дарвинизм воистину являлся кредо этой компании. Генеральный директор Enron, Джеффри Скиллинг, рассказывал, что его персональной Библией стала книга британского ученого Ричарда Доукинса «Эгоистичный ген». В чисто дарвинистском стиле Скиллинг бахвалился, что он регулярно отбраковывает самых слабых работников, чтобы сделать корпорацию более приспособленной. Он периодически являлся в то или иное подразделение компании и объявлял, что в следующем квартале уволит 10 % работников с наихудшими показателями. И выполнял свое обещание. В условиях безжалостного отбора в компании возникла атмосфера «все против всех», когда твой наилучший друг мог в решающий день оказаться злейшим врагом.

Ложное восприятие конкуренции как джунглей пропитало жестокостью все дела компании. Если вам доведется посмотреть фильм «Enron — самые умные ребятки в классе», вы увидите и услышите, как трейдеры весело рассказывают, что они сумели «выдурить у бабушек их пенсии», радуются опустошительным и смертоносным пожарам, которые привели к повышению стоимости их акций, и восторгаются тем, что рухнула экономика целой страны и они получили возможность изрядно поживиться на разорении целого народа.

Их веселье скоро оборвалось, поскольку корпорация, можно сказать, сожрала сама себя. Ее руководители сбежали, прихватив с собой заработки, пенсионные накопления и ежегодные выплаты собственных работников. Падение Enron и потрясение, которое вызвало это событие в жизнерадостном дарвинистском бизнес-сообществе, раскрыло многим глаза на то, насколько контрпродуктивны стремление к краткосрочной личной выгоде и маниакальная сосредоточенность на доходах в следующем квартале. И все же пагубное мышление, порождаемое приверженностью идее эгоистичного гена, пока еще живо и не дает нам познать свою истинную гениальность.

Возможно, самая важная мысль, которую предлагают нам квантовая физика и эксперименты с полем, состоит в том, что все взаимосвязано. Наша Вселенная не является иерархической и линейной — она относительная и фрактальная.

Что означает фрактальная? А вот что. Фрактальная геометрия, о которой мы будем еще говорить позже, — это раздел математики, описывающий некие стандартные структуры в природе. Если изучить листок, стебель, ветку, дерево, лес или же если посмотреть на береговую линию с разных расстояний, вы заметите повторяющиеся, так называемые автомодельные (самоподобные), структуры разного уровня сложности.