Чтение онлайн

– Это было как дружба, Фрэнк. – Глаза Уолтера невесть почему становятся похоронными. – Если вы способны в это поверить. (И что я могу ему ответить?) Пожалуй, объяснить мои чувства по-настоящему мне не удастся, да? Я помню только, как он сказал: «Смерть – не трагедия» – или еще что-то странное, не знаю. А я ответил: «Давай выбираться отсюда». Совсем как женщине, которую ты, как тебе кажется, любишь. Ни его, ни меня это не шокировало. Мы просто встали, покинули «Фуникулер», вышли в Боулин-Грин, поймали такси и поехали из центра.

– Почему вы выбрали «Американу»? – Разумеется, никакой вообразимой причины задавать этот вопрос у меня нет. Что бы я сделал с истинным удовольствием, так это сгреб Уолтера за отвороты куртки и вышвырнул из дома.

– Его фирма арендует там несколько номеров, Фрэнк, для сотрудников, которым иногда приходится засиживаться на работе до позднего часа. Наверное, вы усматриваете в этом некоторую иронию, нет?

– Не знаю, Уолтер, я так понимаю, нужно же вам было куда-то податься.

– Нет, но ведь глупо, даже на мой взгляд. Двое мужчин с Уолл-стрит отправляются в «Американу». Человек иногда увязает в собственной глупости, Фрэнк, верно?

Он изнемогает от желания поведать всю эту жалкую чушь.

– А что дальше, Уолтер? Вы собираетесь еще встречаться с Уорреном, так его, кажется, зовут?

– Кто знает, Фрэнк? По моим сведениям, он вполне счастлив в своем Ньюфаундленде. На мой взгляд, брак основан на мифе о вечности, а я, как мне кажется, повенчан в настоящее время со здесь и сейчас.

Уолтер умудренно хмыкает, хотя, о чем он толкует, я ни малейшего представления не имею. С таким же успехом он мог бы читать мне переведенную на суахили «Геттисбергскую речь».

– Насколько я могу судить, Уоррен встречаться со мной не склонен. И прекрасно. Как бы то ни было, не думаю, что я могу стать одним из этих ребят, Фрэнк. Хотя ни к кому еще такой близости не испытывал. Даже к Иоланде. Даже к маме и папе, что способно напугать мальчишку, выросшего на ферме в Огайо. – Уолтер улыбается широкой, испуганной улыбкой мальчишки, выросшего на ферме в Огайо. – Мысли о вечности я оставил, – в конце концов, основу их составляет всего-навсего страх смерти. Вам это, разумеется, известно. Очередная бизнес-концепция, только и всего. Я не боюсь, Фрэнк, внезапно умереть, оставив мои дела в беспорядке. А вы?

– Меня, готов признать, такая мысль немного пугает, Уолтер.

– Вы сделали бы то, что я сделал, Фрэнк? Скажите честно.

– Я, пожалуй, еще продолжаю держаться за концепцию вечности. Я вообще человек традиционных взглядов, Уолтер. Но это не значит, что я вас осуждаю. Чего нет, того нет.

Уолтер склоняет голову набок. Он только что услышал неожиданно хорошую новость, и его печальные голубые глаза сощуриваются, словно обнаружив длинный коридор, свет в котором потускнел, как тускнеет все, что уходит в прошлое. Долгое время, с полминуты, он вглядывается сквозь очки в мое лицо. И я в точности знаю, что он видит или пытается увидеть, поскольку время от времени прилежно старался увидеть это и сам – с Экс, еще до того, как она от меня ушла.

Самого себя, вот кого пытается разглядеть Уолтер! Если в традиционной, всепрощающей Фрэнк-Баскомбости удастся различить некую старомодную и традиционную Уолтер-Лаккеттость, значит, не все еще потеряно. Уолтер хочет понять, может ли он спастись от краха в злополучных, не нанесенных на карты водах, в которые его непонятным образом занесло. (При всей присущей ему опрометчивости Уолтер по сути своей похож скорее на почтенного сенатора, чем на искателя приключений.)

– Фрэнк, – говорит Уолтер, осклабясь и поерзывая в кресле. (На миг ему удается отогнать от себя все дурное.) – Вы испытывали когда-нибудь желание, чтобы кто-то или что-то просто взяло да и увело вас куда-нибудь далеко-далеко?

– Много раз. Я потому и избрал дело, которым занимаюсь. Сажусь в самолет, и он уносит меня далеко-далеко. Это я и имел в виду, когда говорил вам прошлой ночью о разъездах.

– Ну вот, а у меня такое желание появилось, когда я вошел сегодня в ваш дом, Фрэнк, – когда ваш цветной жилец впустил меня и я бродил, ожидая вас, по комнатам. Правда, мне казалось, что мест достаточно удаленных для меня не существует, что я попал в черт знает какую переделку и, что бы ни происходило, положение мое только ухудшается. Вы помните наши юношеские ощущения? Все ни к черту, все устарело, а мы просто бессильны.

– Хорошее было время, Уолтер, разве нет? – На самом-то деле я говорю о времени моего студенческого братства, это оно было хорошим. Отличнейшим. Виски, карты и девушки.

– До того, как я пришел сюда, мне казалось, что все хреново, весь мир играет против меня.

– Ну, тогда я рад, что вы пришли, Уолтер.

– Я тоже. Мне теперь гораздо лучше, спасибо вам. Может быть, оттого, что мы обменялись кое-какими мыслями. Мне кажется теперь, что передо мной того и гляди откроются новые горизонты. Кстати, Фрэнк, вы когда-нибудь охотились на уток? – Уолтер снова улыбается, широко и благодушно.

– Нет.

– Так давайте съездим, поохотимся. Ружей у меня полно, каких угодно. Как раз вчера перебирал их, чистил. Можете взять любое. Поехали бы со мной в Кошоктон, с родителями познакомились. Да вот осенью, а? У реки Огайо есть такие места! Мальчишкой я в охотничий сезон каждый день там бывал. Знаете, до Огайо не так далеко, как кажется. Выехал на Пенсильванскую платную, да и кати себе. Последнее время я туда не ездил, но готов начать. Родители-то стареют. А ваши, Фрэнк, они где?

– Умерли, Уолтер.

– А, ну да, верно. Мы теряем их, Фрэнк. Какие у вас планы?

– На когда?

– Ну, скажем, на лето. – Уолтер поистине сияет. Очень хочется отправить его домой.

– Собираюсь объехать с детьми озеро Эри.

Ему-то до моих планов какое дело? Так ему все возьми и выложи.

– Очень хорошая мысль.

– Давайте закругляться, Уолтер. День выдался длинный.

– Я был в отчаянии, когда пришел сюда, Фрэнк. Мне казалось, что моя жизнь закончилась. А теперь не кажется. Чем мне вас отблагодарить? Не хотите съесть омлет? На Первой магистрали есть хорошее местечко. Вы чем сегодня завтракали?

Уолтер стоит, покачиваясь на каблуках, руки засунуты в карманы.

– Я лучше спать завалюсь, Уолтер. Кушетка в вашем распоряжении.

Уолтер берет со столика стопку с жеребцом, вертит ее так и этак, любуясь, потом протягивает мне.

– Я, пожалуй, сяду в машину да покатаюсь немного. Это меня успокоит.

– Тогда я оставлю дверь открытой.

– Хорошо, – говорит Уолтер и пренеприятно хихикает. – Позвольте мне, Фрэнк, дать вам запасной ключ от моей квартиры. Вдруг вам захочется на какое-то время исчезнуть. Квартира будет в вашем распоряжении.