Сравнительное богословие. Книга 5
Шрифт:
Так продолжалось сравнительно недолго: уже в тридцатых годах XX века в среде высшего партийного эшелона, которому не доставало «духовности», но главное «мистической составляющей» идеологии [302] (которой не имелось в марксизме) — начался поиск идей, «сообразных» марксизму-ленинизму. Поиск начали с буддизма, завязав тесные связи с тибетскими общинами. Такому обмену опытом помешал И.В.Сталин, который понимал, что давать «мистическую» составляющую для «зомбирования» советской толпы не следует. [303] Но всё же после Великой Отечественной войны и смерти И.В.Сталина «духовная» интеллигенция опять впала в бессознательную тоску по религиозной «мистике», которую не мог удовлетворить марксизм-ленинизм… Интеллигенции всегда чего-то не хватало, но вот чего, она не могла точно выразить. [304] В ту пору ей пришлось довольствоваться лишь «мистикой» мифов и легенд древней Греции. [305]
302
Большинство высших руководителей СССР были еврейского происхождения, а, поскольку открыто исповедовать иудаизм не было возможности (марксизм-ленинизм учил о мракобесии всех религиозных предрассудков), но светская «власть» была у них «с избытком» — хотелось, по-видимому быть «господами» не только структурно, но и «духовно» (то есть, овладеть мистическими приёмами управления толпой).
303
Подробнее вопрос о взаимоотношениях между буддистами и троцкистами мы рассмотрим в Главе про религиозную систему буддизма.
304
Это качество мировоззрения «русской» интеллигенции М.Е.Салтыков-Щедрин художественно выразил в рассказе «Культурные люди», где один персонаж-либерал говорит о себе следующее: «Чего-то хотелось: не то Конституции, не то севрюжины с хреном, не то кого ободрать».
305
О популярности этих мифов мы писали во Второй книге курса.
Одновременно с этими «творческими» поисками «духовной» интеллигенции, которые не были известны трудящимся «низам» советского общества (вплоть до начала 70-х годов, когда в результате хрущёвской «оттепели» робко из диссидентского подполья начали появляться первые самиздатовские работы) весь период до объявления «перестройки» Горбачёвым в 1985 году — трудящиеся «низы» «жували» адаптированную к их пониманию идеологию марксизма-ленинизма, до конца не понимая последнюю и в душе её презирая. Но всё же с малолетства и до окончания трудовой деятельности над каждым гражданином СССР довлела эта светская модификация библейской культуры и на её базе формировалось мировоззрение поколений.
Трудящееся большинство СССР не обладало той культурой выражения своих мыслей — какой обучалась лишь высшая и средняя «духовная» интеллигентская прослойка. Максимум, что мог выразить добросовестный русский труженик относительно идеологии марксизма-ленинизма — это отрицание правильности её выбора для себя, что бессознательно означало необходимость поиска чего-то передового, устремлённого в будущее. Бессознательное отрицание идеологии марксизма-ленинизма массово выразилось в растущем презрении ко всему аппарату «правящей» партии. Но, поскольку «духовная» интеллигенция формально не входила в этот аппарат, да ещё и из её недр началось выдвижение «весьма интересных» [306] диссидентских трудов гораздо раньше, чем была объявлена «перестройка» — трудящиеся «низы» опять устремились за «новшествами» (пока подпольными) «русской» «духовной» интеллигенции, приняв из за альтернативу послесталинского аппаратного произвола.
306
Распространённая оценка работ диссидентов в «низах».
К 70-м годам назрел кризис мировой системы «социализма». Тогда «духовная» интеллигенция (паразиты на теле трудового народа по своему всегдашнему призванию) поняла, что ещё несколько десятилетий и идеологическая «кормушка» может перейти к какой-то другой духовной корпорации: опыт революционного переворота не прошёл даром. [307] Всё это в совокупности: и давно нескрываемый в среде «своих» кризис марксизма-ленинизма и страх перед потерей халявного достатка и преклонение перед западными ценностями [308] одновременно — навевали смертную тоску на «духовную» интеллигенцию, она мучительно искала выход из духовного тупика, [309] особо обнажившегося после хрущёвской «оттепели».
307
В 1917 году духовная «кормушка» была насильно отобрана у церковников и передана идеологам «социализма».
308
Здесь не следует забывать давление западной культуры на СССР, который хоть и закрылся «железным занавесом», но последний был преградой лишь для трудящегося большинства, но не для высших «элит», опекаемых изнутри страны «духовной» интеллигенцией, которая имела гораздо больший доступ к контактам с забугорной культурой и восторгалась ею, её «свободой». Этот восторг западными ценностями, а вместе с ними и доминирующей у них религиозной системой библейского христианства — «духовная» интеллигенция и стала подпольно внедрять в трудящиеся массы вначале через самиздат, а после объявления «перестройки» — не скрывая своих симпатий перед западной культурой. Толпа же, которой марксизм-ленинизм стал уже давно ненавистен (вместе с партийным аппаратом) — последовала примеру «духовной» интеллигенции, шарахнувшись от марксизма-ленинизма буквально в прошлое: религиозным прикрытием западной культуры было и остаётся «христианство». Культура выражения своих мыслей у трудящейся толпы так и осталась «никакой», а «духовная» интеллигенция выразилась в пользу православия.
309
Заливая тоску алкоголем, чем показывала пример трудящимся массам.
Лучше и короче всех духовный кризис, раздиравший психику «русской» «духовной» интеллигенции (особенно во второй половине XX века) символически в стихах выразил поэт Б.Окуджава [310] в знаменитой песне Павла [311] Верещагина [312] из к/ф «Белое солнце пустыни». [313] Все четыре куплета знаменитой песни, представляющей собой тоскливые сетования на «неудачную» бесплодную жизнь [314] — заканчиваются фразой «Не везёт мне в смерти».
310
Из диссидентов.
311
Апостол Павел столько написал в Новый Завет, что незадолго до официального признания «христианства» последнее даже хотели назвать «паулианством» (но отказались, поскольку авторитет Павла значительно уступал авторитету Христа). Библейское мировоззрение «русской» «духовной» интеллигенции подчёркнуто в знаменитом фильме «Белое солнце пустыни» павлинами, которые окружают «белый дом» российской «Таможни» (таможни-прослойки между народом и высшей «элитой»).
312
Образ «русской» «духовной» интеллигенции.
313
Символика фильма «Белое солнце пустыни» выражает процесс религиозной динамики глобальной цивилизации за последние несколько тысяч лет.
314
У Верещагиных, по сюжету фильма, нет наследников.
О чём же бессознательно тосковали «русские» либералы? — Чтобы ответить на этот вопрос, нужно выяснить, что из ««христианско»-зороастрийской» религиозной системы перешло в марксизм-ленинизм, и что было оттуда выброшено такое, что в «христианстве» сотни лет успокаивало психику безвольных «нищих духом» людей, склонных к холопским отношениям с высшими по иерархии, в которой они состоят. Вернёмся к разговору об основных законах марксисткой «диалектики» (вершине атеистической идейно-философской мысли), [315] которые мы вкратце разобрали в Четвёртой книге.
315
Диалектический материализм был «вершиной» того нового и весьма прогрессивного, что марксизм смог представить вместо библейских догматов и философских размышлений эпох Возрождения и Просвещения. Остальные составляющие марксизма (Исторический материализм и Политэкономия) идейно дополняли «Диамат» — вершину «религиозности» светской идеологии.
По меньшей мере два основных «высших» закона «Диамата» буквально копируют (по содержанию, а не по форме выражения) древнее индоиранское (а затем зороастрийское) понимание мироустройства — «восточный дуализм»: [316]
Единство и борьба противоположностей, один из основных законов диалектики, раскрывающий источник самодвижения и развития объективного мира и познания. Основу всякого развития составляет противоречие — борьба (взаимодействие) противоположных, взаимоисключающих сторон и тенденций, находящихся вместе с тем во внутреннем единстве и взаимопроникновении. Единство противоположностей относительно, их борьба — абсолютна; единство фиксирует начальную стадию развития противоречия (непосредственное единство противоположностей, их обособление), борьба раскрывает высший этап его развития — предельную заострённость противоположностей, разрешение противоречия, приводящее к качественному преобразованию объекта и возникновению нового противоречия.
316
Что это такое, мы разбирали в начале этой Главы.
Отрицания отрицания закон, один из основных законов диалектики, характеризующий направление, форму и результат процесса развития, единство в поступательности и преемственности в развитии, возникновение нового и относительной повторяемости некоторых моментов старого. Согласно отрицания отрицания закону, развитие осуществляется циклами, каждый из которых состоит из трёх стадий: исходное состояние объекта, его превращение в свою противоположность (отрицание), превращение этой противоположности в свою противоположность (отрицание отрицания). Форма процесса развития имеет вид спирали: каждый цикл выступает как виток в развитии, а сама спираль — как цепь циклов. Действие закона полностью обнаруживается лишь в целостном, относительно завершённом процессе развития; на каждой отдельной стадии закон выступает обычно как тенденция.
Мы комментировали эти два (а также и третий закон «Переход количественных изменений в качественные») в Четвёртой книге курса. В контексте настоящего раздела нам важны параллели между древней индоиранской основой религиозного мировоззрения и идеологией марксизма-ленинизма, который, оказывается, продолжал поддерживать у людей всё то же мировоззрение «восточного дуализма», как и предшественник марксизма-ленинизма — библейское христианство.
Стоит ли говорить, что первые убеждённые и посвящённые марксисты-троцкисты поступили со своими предшественниками («власть имеющими» и им сочувствующими) — согласно «духу» этих двух законов марксистской «диалектики»: все несогласные с новой идеологией были объявлены «противоположностями», с которыми началась борьба на «отрицание» последних из жизни молодого советского государства. [317] Примерно также поступала и «христианская» церковь со своими оппонентами хронологически до периода «господства» марксистов.
317
А после революции 1917 года мир разделили на два противоположных лагеря: лагерь «социализма» и лагерь капитализма. После Второй Мировой войны XX века лагерь «социализма» (больше СССР) даже воздвиг по своим границам «железный занавес» — объявив всё, что за ним «нечистым», «вредным» и «отмирающим». Чем не зороастризм с его «нечистыми» и «вредными» явлениями, вещами, людьми и грядущей победой «отмирающего» «зла». В общем деление на «противоположности», субъективно обусловленное идейно-религиозной «необходимостью», как началось в древнем индоиранском обществе — так и не прекращается до сих пор. Но светскую теоретическую базу под это деление подвёл марксизм.
Но это обнажение зверской сути доктрины восточного дуализма в период материалистического атеизма выглядело совсем не гуманно. Поэтому после объективного краха идеологии марксизма-ленинизма (который подготовил и внедрил в жизнь И.В.Сталин) — повторить эксперимент с физическим уничтожением оппонентов-«противоположностей» не решились. «Духовная» интеллигенция и «элита» учли печальный опыт революции и Гражданской войны начала XX века и задолго до путча 1991 года «договорилась» промеж себя о смене политических декораций с марксизма на православие. [318] Тех, же, кто предпочёл остаться марксистом решили не трогать (во всяком случае физически не преследовать) — с ними поступили совсем по-восточному (по-зороастрийски), заключив неписанный «договор о ненападении», но при этом с уровня государства стало поддерживаться православие. [319] Такой совсем восточный подход к «свободе» пришёлся «элите» и «духовной» интеллигенции (которая никогда толком не может выразить, что она хочет) ближе, чем «зверства» первых советских пятилеток. И всё бы подходило её библейскому мировоззрению, если бы не нехватка материальных средств — которые сосредоточились в руках нескольких процентов «новых «русских»». В общем, опять чего-то не хватает…
318
Роль средства смену политических декораций выполнил путч-спектакль, поставленный «элитой» при активном управлении с Запада в августе 1991 года.
319
Напомним, что в зороастризме иноверцы физически не преследовались, но и к «светлым» силам они не относились. А поскольку между «светлым добром» и «тёмным злом» был заключен Договор (который «канонически» разграничивал «своих» и «чужих») — то поддержка государства, с уровня которого исповедовался зороастризм была на стороне «своих», а «чужим» и соседям предоставлялась «свобода» выбора между преимуществами зороастризма (которые были во многом материальными) и «злом», которым объявлялось всё «чужое».
Подводя промежуточный итог, можно сказать, что «духовная» «передовая» прослойка России тосковала вовсе не по «восточному дуализму»: его в марксизме было даже «через край». [320]
Вторая важная мировоззренческая составляющая зороастризма — образ «Бога». Рассматривая образ зороастрийского «Бога», мы пришли к выводу, что из мировоззрения восточного дуализма напрямую сложился и образ якобы Бога, который может творить как «зло», так и «добро» — в зависимости от поведения людей, а главное, в зависимости от того, поддерживают люди «господствующую» религиозную систему или не поддерживают. Такой «Бог» представлен в зороастризме (особенно эти качества «карать и поощрять» свойственны Митре). Правда в зороастризме разделение двух главных «Богов» на Ахура-Мазду («доброго») и Ангра-Майнью («злого») как бы подчёркивает мировоззрение восточного дуализма — поэтому зороастризм не вполне монотеистическая религиозная система.
320
Действительно и сама-то «духовная» интеллигенция нахлебалась последствий такого библейско-марксистско-восточного «дуализма»: и её зачастую сажали за решётку и даже расстреливали, объявляя «противоположностью» трудовому народу (врагами народа), грубо «отрицая» её право на жизнь.