Чтение онлайн

— Эльдар сделал мне предложение, — сказала Майя, когда молчание затянулось. В ее голове это звучало как повод для разговора. Но увидев лицо отца, она подумала, не нанесла ли ему новый удар ниже пояса.

Ректор молчал. Теперь Майя не знала, что хочет услышать от отца. А может быть, как раз не хочет.

— После твоего ухода я заставил Корнелия рассказать мне, что он знает.

— О, — вырвалось у Майи. — Полагаю, у тебя много вопросов о нас с Эльдаром.

— Только один, — лицо чародея оставалось непроницаемой маской, — ты любишь его?

— Да, — без задержки ответила Майя. — Уже давно.

— Понятно. — Тон у мужчины был каким-то странным. Словно он все еще ждал, что вот-вот проснется.

В пустом зале с высокими витражными окнами в вечерних лучах их силуэты пускали длинные тени. Отец прошел к лавочке и сел. Он выглядел крайне уставшим, под глазами залегли тени. Майя задумалась, сколько ночей он уже нормально не спал.

— Я знаю, что Яхонт Красный пошел в Арену ради тебя. И теперь знаю, почему его побег из Академии тогда тебя так расстроил. Мне стоило понять это раньше… Как я мог быть настолько слеп?! — помотал головой ректор. — Я не заметил, что Маскарон втянул мою дочь в свои темные дела. Не заметил, как она влюбилась. Я ничего не видел, хотя должен был понять! — произнес он, поднимая на нее уставшие черные, как уголь, глаза. — Да, я зол! Но не на тебя, а на себя. — Он сжал кулаки, от чего кожа черных перчаток натянулась. — Но хуже всего, что еще я… боюсь.

Майя удивленно смотрела на стыдливо потупившего взгляд чародея. Она не могла представить человека более бесстрашного и сдержанного. Абсолютно контролирующего свои эмоции. Он видел смерть столько раз и столько раз сам ее приносил, что она уже его не трогала. Он знал самые отвратительные и жуткие стороны магии, и сам был одним из тех, кто управлял этой страшной силой. И Майе было странно видеть, как такой великий маг чего-то испугался.

— Всё, что у меня есть сейчас, это ты и Тайлогос, — тихо продолжил он. — Я считал, что вижу и контролирую то, что происходит в этом замке. Но в итоге сама Академия теперь угроза для города. Какой же я дурак!

Он закрыл лицо руками. Майя беспокойно смотрела на опустившего плечи отца. Таким подавленным она не видела его со времен маминой смерти.

«Вы стараетесь всех защитить. Слишком стараетесь».

Слова декана лекарей всплыли в мыслях Майи, и теперь она поняла, к чему учитель заметил про ее схожесть со старшим Семирозом.

Ей стоило догадаться раньше, какова была глубина разочарования отца, когда он понял, что Академия связана с ловушкой мага. Конечно, он никак не показал свой ужас и держался спокойно и собранно, как будто ничто не могло его выбить из колеи. Но кому как не ей знать, что отец не склонен показывать свои настоящие чувства и обычно молча несет страхи и тревоги в себе.

Последние два месяца Майя полностью сосредоточилась на войне, чтобы спрятать собственное отчаянье. Но теперь впервые задумалась, не делал ли сейчас тоже самое отец?

С момента ее возвращения в Академию она ни разу так толком не поговорила с ним. Только о врагах, только о проблемах. Оба они так старались всех защитить, что даже не задумались, что действительно хотели друг другу сказать.

Она подошла к чародею и села рядом. Последние лучи солнца угасали за цветными витражными окнами, смазывая тени в зале.

— А я рада, что ты построил Тайлогос, — сказала Майя. — Год учебы здесь один из лучших в моей жизни.

— Тебя тут чуть не принесли в жертву, — напомнил ректор.

— По общей статистике не такая уж редкость в магических академиях, — пожала плечами Майя. — Чаще только травятся приворотными зельями.

Отец задумался и согласно кивнул.

— Но не под каждой академией спрятана адская мастерская, — выдохнул профессор Семироз.

— Маскарон ловко всеми нами сыграл, — не отрицала Майя. — Но партия еще продолжается. И следующих ход за нами.

Она посмотрела на сгущающийся сумерки за стрельчатыми окнами. Раньше она просыпалась как раз в такое время — час теней и мрака.

— Я никому это не говорила, но в подземелье Арены я жила в постоянном страхе, — вспомнила она. — По ночам там устраивали кровавые пиры, на которых я видела такое… — Майя замолчала, не желая вспоминать жуткие шабаши. — Знаешь, что помогало мне держаться, когда казалось, что я больше не вынесу? — Профессор следил за ней, тени на его лице сгустились и смазали черты. — Я напоминала себе, что дочь одного из сильнейших чародеев города. Вспоминала, как ты раз за разом уходил ночью во мрак и защищал Чарогорье. Ты прошел через столько боли и кошмара, но не сломался. Думая о тебе, я не могла позволить себе уступить всем этим тварям вокруг. Я пообещала себе бороться, какая бы густая тьма не окружала меня.

Ректор сжал рукоять меча и отвел взгляд.

— Мне жаль, что тебе пришлось через это пройти. Я не смог уберечь тебя… Юта бы мне это не простила.

— Уж мама точно не стала бы тебя упрекать, — сдержанно заметила Майя, но увидев озадаченный взгляд отца, поспешила сказать: — Ты смог защитить меня больше, чем думаешь. Прямо здесь ты учил меня сражаться и выживать. Я бы не смогла зайти так далеко, не смогла бы выдержать так много, не подготовь ты меня.

Ректор не успел ответить, дверь зала открылась, и к ним заглянула госпожа Роксан.

— Профессор Семироз, мы вернулись.

— Наши что-нибудь? — Мужчина поднялся со скамейки.

— Увы, пока в подземелье следов темной магии не обнаружено, — отрапортовала она.

Ректор приказал собрать всех в библиотеке. Когда дверь за воительницей закрылась, он опустил глаза на дочь.

— Надо идти. — Сказав это, отец, однако, не сдвинулся с места. Майя не сразу поняла, почему он так неловко на нее смотрит, и только потом догадалась.

— Я никому не скажу, в чём ты мне признался, — пообещала она. — Хотя испытывать в такой ситуации страх вполне нормально.

— Не всем обязательно знать, что у меня есть человеческие чувства, — сдержанно заметил ректор.

Майя усмехнулась и, приняв протянутую руку отца, поднялась.

Уже на полпути в библиотеку она рискнула выяснить последний щепетильный момент, пока они наедине.

— Ты так и не сказал, что думаешь про Эльдара.

Профессор Семироз тут же свел брови и упрямо выдвинул подбородок вперед.

— Могло быть и хуже, — спустя паузу буркнул он. — Не самый сложный случай из твоих кавалеров.

Майя легонько толкнула отца в плечо, но благодарно улыбнулась. Похоже, он сможет это принять.

— Помни, наш настоящий враг за этими стенами, — уточнила она. — И, быть может, под этими стенами.

— Радует, хоть не над этими стенами, — выдохнул ректор. — Я ведь так и не укрепил защитными чарами крышу. Думал, раз ты больше башен не сносишь, то и волноваться нечего. Всё равно с тех пор, как драконы почти исчезли, никто не рассматривает небо, как угрозу.

Майя резко остановилась.