Чтение онлайн

— Мы не собираемся воевать с лесным народом, — заметила Майя громче, надеясь, что пылающие щеки не сильно видно при приглушенном свете. — Лесной народ нейтральная сторона, не вижу смысла трогать их владения.

— Вообще-то, моя Княгиня, господин Агидиус прав, — заметил Маскарон. — Хозяин леса Тысячи Шепотов не признает нашу с тобой власть, и выступит против нас.

— Я уверена, с ним можно договориться, — возразила Майя. — Нам незачем нападать на его народ и проливать лишнюю кровь.

— Зачем с кем-то договариваться, если можно просто взять? — усмехнулся Агидиус, по-прежнему обращаясь только в Маскарону. — С вашей Армией вы будете непобедимы. Договоры и прочие попытки замять вопросы мирно могут расцениваться, как проявление слабости.

Майя уже вдохнула, чтобы возразить, но раньше нее заговорили.

— Там ведь правит Лорд Сумрачный, — задумалась Беатриче. Она подхватила клубнику с одного из блюд, положила в рот, медленно облизнув палец. Все присутствующие мужчины видно напряглись, пока она увлеченно смаковала ягоду. Затем она неспешно продолжила: — Мне доводилось пересекаться с ним, когда он только стал хозяином леса. Он красив и опасен, как раз в моем вкусе, — причмокнула она. — В чем-то юная княгиня права. Он даймон, а эти создания существовали на земле еще до демонов и некоторых богов. Он монстр и стихия одновременно, дух северных ветров. Сражение с ним может привести к большим потерям с нашей стороны.

Майя кивнула, на миг подумав, что Беатриче поддерживает ее слова. Но быстро поняла, что у феи иные мысли.

— Да, на город он не нападет из-за договора, но война же не ограничится только Цветочем. К тому же он отец последнего Яхонта Красного, а значит его народ, это народ твоего самого опасного врага, — обратилась она к магу. — Вряд ли он согласится на перемирие с тем, кого так яростно хочет убить его сын.

— Вот видите, господин Маскарон, вы в любом случае должны будете разгромить Двор в лесу Тысячи Шепотов, — ухмыльнулся Агидиус. — А я уж позабочусь о тех, кто останется, чтобы они больше вас никогда не потревожили.

Майя окончательно осознала, что в этом споре одна. Да и то, сейчас все зависело от решения Маскарона. Может там, в большом зале на троне сидела она, но в этой комнате, где решалась настоящая судьба горного края, Темный Совет признавал власть только одного человека. И тот сейчас задумчиво рассматривал карту Чарогорья. По зеленым глазам Майе трудно прочесть, о чем думает маг.

Маскарон поднял взгляд. Во рту девушки пересохло, сидеть здесь было куда сложнее, чем перед сотнями глаз во время шумных пиров. Как и держать маску спокойствия перед теми, кто замечал каждое твое непроизвольное движение вблизи.

— И что думает моя Княгиня? — спросил Маскарон Майю все с тем же ничего не выражающим лицом.

— Я против нападения на лес Тысячи Шепотов без попытки договориться с его хозяином, — твердо ответила та.

Агидиус смерил Майю откровенно брезгливым взглядом. Беатриче прищурилась, но что несло ее выражение, девушка не поняла. Остальные с любопытством следили за беседой, как зрители на трибуне, желавшие зрелищ.

— Нам с Княгиней нужно обдумать ваше требование, господин Агидиус, — произнес Маскарон после небольшой паузы. — Если ни у кого больше нет вопросов, которые он бы хотел обсудить, то предлагаю вам продолжить гуляние и сполна насладиться гостеприимством Валериана.

Присутствующие поднялись. Смех предложила провести гостей к залу. Проходя мимо Маскарона, Беатриче остановилась и положила ему руку с острыми черными ногтями на плечо.

— Не задерживайся. Все-таки ты обещал мне сегодня личную встречу.

Маскарон ответил ей лукавой улыбкой. Майя же на миг почувствовала себя лишней. Когда дверь за феей закрылась, мужчина повернулся к девушке.

— Ты же понимаешь, что их слова имеют смысл? — спросил он, снова став серьезным. — Нам не помешает поддержка Агидиуса в этой войне, и что важнее, в возрождении Чарогорья после нее.

— Да, вот только Агидиус хочет сделать из лесного народа рабов на продажу. Помнится, прошлую войну ты устроил из-за того, что твой Двор поработили и жестоко истребили. Неужели ты допустишь подобное снова?

— Не буду спорить, мне не нравятся его намеренья. Война вообще вещь малоприятная. Но он полезный человек, от такого глупо отказываться. К тому же нынешний хозяин леса не позволит нам спокойно править хотя бы потому что я убил его любимую и использовал для этого его же сына.

— Лорд был ко мне добр, когда я пришла к нему на пир. Он знал, что я враг, однако относился ко мне, как к гостье.

— Ты пришла к нему не одна. Как думаешь, что бы он сделал при других обстоятельствах?

«Я вероятно бы оторвал тебе голову и прислал твоему покровителю с венком из терновника и жабой во рту…»

Майя сдержанно повела губами. Что ж, Лорд Сумрачный тогда ответил честно.

— Я не стану нападать на его Двор, не попробовав уладить все без бойни, — не смотря на холодок в животе, ответила Майя. — Лорд желает защитить свой народ от войны. Уверена, это заставит его выслушать мое предложение.

— Ты слишком веришь людям и нелюдям. Вспомни, к чему это тебя привело.

— Ничто не указывало на то, что Морган заинтересован в войне.

— Я сейчас говорю вовсе не о Моргане, — возразил маг и вдруг его взгляд похолодел. — Ты же на самом деле пытаешься защитить вовсе не лесной народ или Лорда Сумрачного. Дело ведь в нем, верно?

Майя напряженно посмотрела на мага. Но ответить не успела, Маскарон заговорил первым.

— Если боишься его расстроить, то тебе давно пора понять, что он и так тебя ненавидит. Он отдал тебя на растерзание стирателю. Он наш враг, и все его близкие — тоже наши враги.

— Среди его близких есть и мои близкие, — заметила Майя.

— Вот и думай о них, а не об этом монстре. Ох, Майя, я правда тебя не понимаю. Какие еще тебе нужны доказательства, чтобы понять, что Яхонт Красный для нас тоже самое, что проклятие?!

Майя отвела взгляд и сжала губы. Она терпеть не могла чувство неопределенности, что порой пожирало ее изнутри. Тем более перед Маскароном, который, казалось, видел ее насквозь.

Она почувствовала, как ее руку на колене накрыли и сжали. Майя повернулась на мага, который теперь смотрел на нее с нежностью.

— Майя, мне самому не нравится мысль отдавать жителей леса Агидиусу. Но я сказал, что истреблю всех наших врагов. И если Лорд Сумрачный не примет мою Княгиню, он тоже будет уничтожен со своим Двором.

Маскарон встал, продолжая держать ее руку, а затем поднес ее к себе. У Майи побежали мурашки, стоило ей ощутить тепло его губ через тонкую ткань перчатки. Когда мужчина поднял глаза, взгляд его стал таким глубоким, что она невольно стала тонуть в нем.

— Я подарю тебе целое Чарогорье со всеми его сокровищами, — негромко, но твердо произнес маг. — И ты забудешь о тоске по прошлой жизни. И о тех, кого оставила в ней.