Срывая маски
Шрифт:
— Неужели другого выхода нет? — обреченно спросила Лаура.
— Может и есть, а вот времени у нас нет. Все получится, если сделаешь, как я сказала. Но тебе придется бежать одной.
— Но я не хочу бежать одна! — капризно воскликнула девушка. — Я ничего не знаю о выживании в лесу кроме того, что рассказывала профессор Хедера! Да и что будет с тобой? Почему я должна тебя бросить?!
— У каждого из нас своя роль. Пожалуйста, следуй своей. Не забудь, как покинешь Арену, доберись до кладбища, найди старый дуб с дуплом и пересеки барьер. Дальше делай все, чтобы тебя не нашли.
— Я не смогу… Я не такая сильная, как ты!
Лаура отвернулась и поежилась. Майя вспомнила, как всегда видела ее с расправленными плечами и гордо вздернутым подбородком. Она была королевой их группы, порой слишком заносчивой и самодовольной. Теперь Майя понимала, что под влиянием брата Лаура и не могла быть другой. Но сейчас она походила на трясущегося котенка, брошенного у обочины на произвол судьбы.
— Лаура, посмотри на меня, — Майя взяла ее холодные ладони и сжала. — Ты сильная, — сказала она, глядя в глаза девушке. — Куда сильнее, чем думаешь. С тех пор, как я здесь, ты очень мне помогала. Я знаю, что Валериан недооценивает тебя и зря считает беспомощной. Ты им всем еще покажешь.
— Почему? — слегка помотала головой Лаура. — Почему ты говоришь все это, когда должна меня ненавидеть… У тебя для этого десятки причин. Так почему?
Майя некоторое время рассматривала Лауру.
— Я верю тебе, — четко сказала она. — Не потому что ты пообещала мне служить. Мне не нужны подобные обещания. Я верю тебе, потому что помню, как я опаздывала на урок профессора Гастропода и услышала в коридоре плач. Я пошла на него и увидела тебя у подоконника. Ты всегда сидела на Алхимии с Рутой. И в тот день ты стояла и плакала, думая, что тебя никто не видит. Не думаю, что плохой человек так горевал бы за близким.
Луара поджала губы, глаза ее снова заблестели.
— Я не хочу больше терять друзей, — шепнула она и сжала руки девушки.
Майя нежно улыбнулась.
— Тогда как верю я в тебя, поверь и ты в меня. — Она подняла взгляд на приближающуюся темную лодку в небе. — Время, Лаура. Помни и сделай все так, как я попросила. Остальное за мной.
Лаура кивнула и обняла Майю. Затем шмыгнула носом и поспешила в поместье. Майя смотрела ей вслед. Сейчас сама она нуждалась в ее поддержке больше, чем когда-либо. И все-таки смотрела, как Лаура уходит.
Майя развернулась к опустившейся перед фонтаном лодке. Скорбная маска Грех в свете огней поместья отсвечивала бледными бликами, как лицо призрака. Девушка задумалась, не так ли смерть забирает души, чей час пробил? Укутавшись в плащ, Майя только теперь поняла, что тоже давно дрожит. Она стиснула зубы и направилась к судну.
***
Сидя у себя в спальне, девушка смотрела на изящную темную мебель, дорогие ткани и наряды, что выглядывали из-за приоткрытой дверцы шкафа. Раньше Майя и представить не могла, что будет жить в столь роскошной комнате, надевать такие дорогие платья и спать на такой большой и мягкой кровати. И Майя вдруг подумала, как поразительно, что у нее сейчас есть все, но не осталось ничего.
Услышав шум в коридоре, Майя спохватилась. Служанка как раз хотела закрыть спальню мага после уборки, когда девушка попросила не запирать дверь.
— Это еще зачем? — недовольно спросила Грех.
— Хочу сделать твоему Мастеру сюрприз, — немного помедлив честно сказала Майя.
— Сюрприз? Он ничего мне об этом не гово…
Закончить фразу скорбная гримаса не успела, голова куклы крутанулась, и на Майю посмотрела улыбающаяся маска.
— Грех, о таких вещах Мастер с тобой говорить и не станет, — хихикнула Смех и открыла перед Майей дверь. — Прошу, дорогая Княгиня!
Майя поблагодарила и прошла в комнату. За дверью стало слышно бурчание Грех вперемешку с веселым подтруниванием Смех. Оказавшись в комнате, Майя зажгла свет и прислушалась. Когда шаги куклы утихли на лестнице, она поспешила к кровати мага и заглянула под нее. Старый сундук по-прежнему стоял на месте.
Девушка вынула сундук, осторожно, словно он из песка, провела по его шершавой крышке рукой. Из груди пришел удар, как в ту ночь, когда она первый раз попала в эту комнату. Точнее, не первый, как оказалось, но тогда она ничего здесь не узнала.
Девушка открыла крышку. На дне лежали покрытые ржавчиной и пятнами крови оковы с тремя рунами. Майя теперь хорошо знала эти символы, такие же были высечены на кандалах, которыми ее пригвоздил к стене Морган. При взгляде на них губы Майи изогнулись от злости и цепенящего страха. Воспоминая нахлынули сметающей волной: холодная комната, в полумраке сверкают алым кристальные лепестки. Горячая кровь течет по дрожащему телу. Она кричит, полураздетая и беспомощная. Изогнутые в удовлетворенной ухмылке губы Моргана. И в голове громче собственного голоса бьется только одна мысль:
«Не хочу быть куклой… Не хочу быть чей-то куклой!»
Ком сжал горло, у Майи потемнело перед глазами.
Была ли она большей куклой, чем два последних месяца? Все те дни, пока верила, что наконец-то перестала быть игрушкой в чужих руках?!
«Склонив колено, он замкнет на тебе оковы».
Предсказание Трилуны сбылось. Оковы на ней были замкнуты до сих пор. Она считала, что спаслась, но на самом деле лишь сменила темницу. Просто эта клетка украшалась золотом, ложью и лицемерием. Убери их, и останется только холод и безысходность.
Девушка осторожно вынула оковы, от звона цепей по телу пробежала дрожь. Майя никак не понимала, зачем Маскарон хранит эти кандалы: напоминание своего самого страшного прошлого. Но никогда не решалась спросить, опасаясь бередить его старые раны. Впрочем, сейчас эти поношенные цепи для нее настоящее сокровище.
Руны на кольцах все еще были четко видны, а значит активны. Майя проверила прочность цепей. Не сказать, что выглядят надежно, но на некоторое время задержать взрослого мужчину, даже нелюдя, смогут. С тем ограниченным временем и средствами, что у нее остались, этот старый артефакт настоящая удача.
Майя продела цепь в одно из отверстий резного изголовья кровати и закрепила. Часть ее ужасалась тому, что она собирается сделать. И все же другая часть жаждала расплаты, и девушка прикрыла железные обручи подушкой. План казался таким же ненадежным, как ржавые звенья. Но все же лучше, чем ничего.
Если маг видит в зеркалах каждый ее шаг, то придется действовать на опережение и использовать то, что под рукой. Конечно, можно попытаться снова кинуться на него с мечом. Но сейчас, рассуждая как можно хладнокровнее, Майя понимала: в открытом бою против Маскарона имеет преимущество Эльдар. Однако у нее шансы сомнительны. Да и темная клятва… Пока что она никак не давала о себе знать, и Майя только могла гадать об ее последствиях. Впрочем, какие бы они ни были, она ни секунды больше не желала оставаться марионеткой!