Чтение онлайн

Лидер у власти

В отличие от исторической модели русского самодержавия советское государство в России возникло как инноваторская форма партийного правления. Политической властью в однопартийной системе были наделены такие коллективные органы, как партийный съезд, созывавшийся в первое время ежегодно, и избираемый им действующий между съездами Центральный Комитет. И тем не менее диктатура революционной партии имела в лице Ленина верховного руководителя столь огромного влияния, что ее было бы вернее назвать «ленинским режимом». В чем заключалась роль Ленина как лидера и на какой основе зиждился его огромный авторитет?

Дело вовсе не в занимаемом им конкретном посту. Ведь в советской системе не существовало должности верховного руководителя. Конечно, Ленин являлся премьер-министром или председателем Совета Народных Комиссаров, центрального Советского правительства. Но советская внутренняя и внешняя политика решалась в высших партийных органах: в Центральном Комитете, в подчиненных ему отделах и в Политбюро; правительство же функционировало в качестве главного исполнительного органа партии. Ленин как сторонник подобного распределения обязанностей позаботился о сохранении его в практической работе. В 1923 г. он с похвалой отозвался о процедуре обсуждения внешнеполитических «ходов» в Политбюро, которые затем претворялись в жизнь Министерством иностранных дел. Он указывал на это «гибкое соединение» партийного с советским как на модель, в соответствии с которой следует функционировать советскому партийному государству42. Были случаи, когда он разрешал свои разногласия с подчиненными государственными деятелями не путем использования собственной премьерской власти, а передавая спорные вопросы в Политбюро для принятия решения большинством голосов. Следует подчеркнуть, однако, что и как председательствующий в правительстве Ленин обладал большим влиянием. Один из участников заседаний Совета Народных Комиссаров позднее вспоминал: «Ленин был не просто председателем, а признанным лидером, которому все несли свои трудные проблемы. Комиссары спорили между собой в повседневной работе, но здесь последнее слово принадлежало Ленину. И все, как один, покидали заседания успокоенными, как будто их ссора была ссорой детей, теперь улаженной мудрым родителем»43.

Поскольку партия в Советском государстве представляла собой господствующую политическую силу, Ленин осуществлял верховное руководство не как глава правительства, а как партийный вождь. В партии, однако, его верховенство не было закреплено постом, который соответствовал бы должности премьер-министра правительства, формально он являлся лишь одним из членов высших партийных органов.- Центрального Комитета, в который в начале 20-х годов входило около 25 членов и около 15 кандидатов (с совещательным голосом), и Политбюро, в 1922 г. насчитывавшего 10 человек (членами были Ленин, Троцкий, Каменев, Зиновьев, Сталин, Алексей Рыков и Михаил Томский, кандидатами — Бухарин, М.И. Калинин и Вячеслав Молотов). Заполняя годом раньше анкету делегата X съезда партии, Ленин указал свою партийную должность: «член ЦК»44.

И Центральный Комитет и Политбюро функционировали как коллегиальные органы, принимая решения большинством голосов. Ни в одном из них Ленин не был председателем. Номинально он имел одинаковые с другими членами права, и его голос засчитывался так же, как и голоса остальных. Однако существовала большая разница между формальным и фактическим положением Ленина в этих определявших политику органах. В действительности он являлся доминирующей личностью, и его влияние было очень велико. Он был рптиз тСег рагез*, признанный всеми остальными членами правящей группы в качестве их личного и партийного верховного руководителя.

Но что общепризнанная руководящая роль Ленина в партии и, следовательно, в партийном государстве значила на практике? Возможно, целесообразнее

Первый среди равных (лат.). ..Л-1".

подойти к этому вопросу с другой стороны. Признание ленинского авторитета вовсе не означало, что другие руководители воздерживались от высказывания иного мнения или возражений по каким-либо конкретным вопросам. Будучи верховным руководителем, он не просто отдавал команды правящей группе, не просто руководил посредством своевольного диктата и не ожидал автоматического согласия с собственной позицией. Вся предшествующая история политики большевистского руководства говорила против подобных диктаторских отношений между вождем и его последователями. И не то чтобы Ленин стеснялся настаивать на своем мнении или легко шел на уступки, если позиции его самого и сторонников, как это довольно часто случалось, расходились. Наоборот, он был волевым и уверенным в себе руководителем и в вопросах революционной стратегии и политики неоднократно выступал против мнения партийного большинства. Ленин не шел на компромисс с теми, кто находился в оппозиции по проблемам, которые он считал жизненно важными для движения. Все дело в том, что, осуществляя волевое и индивидуальное руководство, он опирался на силу убеждения. Так было и в течение долгого периода, предшествующего приходу большевиков к власти, так было и после победы большевистской революции.

Вероятно, лучшим доказательством данного утверждения являются многочисленные случаи, когда Ленину не удавалось добиться своего или если удавалось, то только преодолев сильную внутрипартийную оппозицию. В апреле 1905 г. большинство большевистской фракции воспротивились его намерению окончательно порвать с меньшевиками. В декабре ему пришлось согласиться с общим мнением фракции относительно бойкотирования выборов в 1 Государственную Думу, хотя он лично выступал за участие. В августе 1907 г. Ленин оказался в меньшинстве во фракции опять же по вопросу участия в выборах в III Думу. В том же году отклонили его возражения против плана организации совместного большевистско-меньшевистского печатного органа, а в 1910 г. он оказался не в ладах с большинством большевиков-«примиренцев», высказавшихся за воссоединение с меньшевиками. По словам Троцкого, к концу мировой войны Ленину понадобился целый год, чтобы получить согласие на свое предложение относительно изменения названия партии с «социал-демократической» на «коммунистическую», что знаменовало организационный разрыв с социал-демократическим марксизмом в международном масштабе45.

Во время последовавшего революционного кризиса Ленин занимал позицию, которая вначале смутила многих его сторонников и вызвала серьезное сопротивление в партии. Выдвинутое им после возвращения в Россию в апреле 1917 г. и нашедшее отражение в Апрельских тезисах требование радикальной стратегии, направленной на быстрейший захват власти, партийный орган «Правда» назвал неприемлемым, и потребовалась вся сила ленинского убеждения, чтобы быстро преодолеть внутрипартийную оппозицию. В сентябре партийное руководство в Петрограде игнорировало, посчитав несвоевременным, призыв скрывавшегося Ленина к немедленному вооруженному восстанию и захвату власти, а когда он в октябре вновь стал на этом настаивать, против него выступила группа членов Центрального Комитета, включая Зиновьева и Каменева. В первые дни победившей революции эти два видных большевика объединились с другими, так называемыми колеблющимися, отстаивая, вопреки Ленину, идею преобразования правительства большевиков в широкую социалистическую коалицию. И наконец, в начале 1918 г. настойчивое требование, касавшееся принятия жестких условий Германии в Брест-Литовске, Ленину пришлось подкрепить угрозой собственной отставки и только таким путем обеспечить поддержку Центрального Комитета, который затем принял предложение большинством в семь голосов против четырех при четырех воздержавшихся. Однако и после подписания договора Бухарин вместе с левыми коммунистами продолжал агитацию в партии против его ратификации46.

События революционного периода так часто подтверждали правильность ленинских политических оценок, что в руководящих партийных кругах стала привычной поговорка: «Голосуй с Ильичем — не ошибешься»47 Между тем традиция дискуссий по спорным вопросам в большевистском руководстве продолжалась и после консолидации власти, и в высших партийных инстанциях взглядам Ленина не гарантировалось автоматическое одобрение. По этому вопросу мы располагаем его собственным свидетельством, нашедшим отражение в переписке с А.А. Иоффе в марте 1921 г. Жалуясь в личном письме на частую переброску его Центральным Комитетом с одной работы на другую, Иоффе несколько раз повторил (имея в виду Ленина), выражение: «Центральный Комитет — это Вы». В ответ Ленин самым энергичным образом протестовал против этой фразы, говоря, что Иоффе мог так писать только в состоянии большого нервного раздражения и переутомления. Ленин заметил: «Старый Цека (1919— 1920) побил меня по одному из гигантски важных вопросов, что Вы знаете из дискуссии. По вопросам организационным и персональным несть числа случаям, когда я бывал в меньшинстве. Вы сами видели примеры тому много раз, когда были членом ЦК»48. Как видно, здесь шла речь о поражении при голосовании 7 декабря 1920 г. по поддержанному Лениным предложению Зиновьева о ликвидации Центрального комитета союза транспортных рабочих (Цектран). Эта организация, где председателем был Троцкий, стала предметом острых дискуссий в ходе развернувшейся в то время в партии полемики вокруг задач профессиональных союзов. Предложение Зиновьева-Ленина было отвергнуто восемью голосами против семи49. Хотя Ленин был прав относительно фактов, упомянутых в письме, замечание Иоффе затронуло скрытые рычаги большевистской структуры власти. В известном смысле Ленин мог бы (хотя этого никогда бы не сделал) сказать-. «Центральный Комитет — это я». Он был настолько влиятельным большевистским лидером, его авторитет в правящей группировке и в партии был так велик, что ему, как правило, удавалось формировать и определять партийную линию по всем важным политическим вопросам. Что же касается голосования по предложению, относительно Цектрана, то здесь следует иметь в виду, что это был единственный за весь период 1919-1920 гг. связанный с серьезным политическим вопросом случай поражения, который Ленин мог назвать. Кроме того, на это можно было бы возразить тем, во-первых, что результаты голосования были довольно неожиданными, во-вторых, что ленинская позиция в отношении профессиональных союзов вскоре возобладала на X съезде партии.

Подлинные масштабы доминирующего влияния Ленина проявились во время дебатов по военному вопросу на XIII съезде партии в марте 1919 г. На закрытом заседании значительные силы из большевистского руководства предприняли решительную атаку на военную политику Троцкого, который еще до дебатов выехал из Москвы, чтобы руководить операциями против войск адмирала Колчака на Восточном фронте. Тем не менее поражение этой военной оппозиции оказалось предрешенным, после того как Ленин выступил в защиту Троцкого; причем он даже не счел нужным остаться на съезде, чтобы дождаться результатов голосования50. Более того, его авторитет руководителя в партии не поколебало даже принятое в июле 1920 г. злополучное решение направить Красную Армию против Польши — решение, за которое в значительной степени нес ответственность сам Ленин и результата которого оказались катастрофическими. Как заметил Зиновьев через несколько месяцев после смерти Ленина, на XIII съезде партии никто, кроме Ленина, не смог бы признать свою ответственность за подобную ошибку перед партийным съездом (он это сделал в марте 1921 г.) без всяких политических последствий для себя51. Наконец, следовало бы, пожалуй, отметить, что Ленин, не занимая официального поста в Коминтерне, лично влиял на его решения через русских представителей, из которых выбиралось руководство данной организации. Они спорили между собой, вспоминал бывший немецкий коммунист, участвовавший в заседании Исполкома Коминтерна в 1921 г., но, «когда высказывал свое мнение Ленин, вопрос считался решенным. Его авторитет воспринимался товарищами как что-то само собой разумеющееся. Я не имею в виду, что они механически повиновались или ощущали какую-то угрозу. Я признаю и теперь, что эта позиция являлась результатом его несомненного превосходства»52.

Каким образом Ленину удавалось подчинять своей воле партию, не будучи всемогущим главой исполнительной власти, имеющим право отдавать распоряжения руководящим органам? Возможно, это объясняется авторитетом, который он завоевал, основав партию большевиков, и совершил замечательный подвиг, приведя ее к власти в 1917 г.? В какой-то мере это объяснение справедливо, хотя его вряд ли можно признать исчерпывающим. Ибо остается открытым вопрос о том, как Ленин приобрел авторитет еще в самом начале своей деятельности и каким образом он сумел сохранить его. Здесь полезно вспомнить, что престиж многих исторических вождей, достигнув вершины, затем быстро падал. Источником же феноменального авторитета Ленина в партии явились в конечном счете его необыкновенные качества как революционного вождя и политического деятеля. Если употребить упоминавшиеся ранее понятия, то можно сказать, что Ленин отвечал веберовской концепции харизматического лидера, когда лидер завоевывает авторитет не в силу занимаемой по закону должности или передаваемого по наследсгву титула, а благодаря своим дарованиям (харизматическим качествам), «согласно которым его выделяют из среды обыкновенных людей и обращаются с ним как с человеком, наделенным сверхъестественными, сверхчеловеческими или по крайней мере исключительными способностями или талантом» (в последнем случае «сверхъестественное» и «сверхчеловеческое» исключается)55. С другой стороны, можно вспомнить слова Ленина из «Письма к товарищу о наших организационных задачах» (1902). Описав характер революционной организации, которую предусматривает его план, Ленин заявил, что ее задача — действовать, «сохраняя руководство всем движением, сохраняя, разумеется, не силой власти, а силой авторитета, силой энергии, большей опытности, большей разносторонности, большей талантливости»54. Это положение о путях сохранения партией руководства массовым движением можно рассматривать как достаточно точное описание тех качеств, посредством которых сам Ленин удерживал руководство партией в течение двух последующих десятилетий.

В те пять лет активной жизни, которые ему еще оставались после взятия большевиками власти, Ленин был истинным центром большевистского руководства. Авторитет, энергия и такт руководителя позволяли ему управлять многими волевыми личностями из числа большевиков и оберегать работу от слишком серьезных сбоев из-за личных конфликтов и вражды, которые имели место, например, между Сталиным и Троцким в период Гражданской войны. Ленин осуществлял верховное руководство в большевистской политике и в Гражданской войне, на международной арене, в экономике и в организации новой государс-таенной системы. В марте 1921 г., когда революция переживала глубокий кризис, он явился инициатором одного из тех крутых и далеко идущих изменений курса, которые были характерны для его политического стеля. К тому времени белые армии оказались разбитыми, однако в уставшей и истерзанной войной России крестьяне громко выражали недовольство, а местами и бунтовали против насильственных поборов зерна, к которым правительство осажденной со всех сторон страны постоянно прибегало при «военном коммунизме». В тот момент, когда в Москве работал X съезд партии, матросы и рабочие Кронштадтского военно-морского гарнизона подняли вооруженный мятеж под такими подстрекательскими лозунгами, как «Советы без большевиков!». Красная Армия подавила восстание, но правительство Ленина учло его политическую подоплеку. Под руководством Ленина X съезд принял новую экономическую политику (нэп), заменив принудительное изъятие хлеба прогрессивным продналогом, которым облагались примерно 25 млн существовавших тогда в России мелких индивидуальных крестьянских хозяйств. Съезд ознаменовал собой переход не только от войны к миру, но и от «военно-пролетарской диктатуры»55 первых лет к гражданскому миру в условиях новой экономической политики, которая длилась в течение почти всех 20-х годов.