Чтение онлайн

Победоносное участие в военных действиях гипотетически могло существенно ее понизить. Однако в реальности происходило обратное, хотя первоначально национально-шовинистический угар охватил все слои этнических славян России. Вследствие войны в громадной империи наметилась стойкая тенденция к ухудшению обеспечения не только продовольствием, но и товарами бытового назначения первой необходимости. Ввиду их дороговизны либо полного отсутствия повсеместно как в европейской части державы (городах Петроград, Киев, Баку и других), так и в азиатской (городах Ташкент, Семипалатинск, Красноярск и других), прокатились массовые стихийные народные волнения, беспорядки и погромы. «Продовольственные выступления» в Баку 14-16 февраля 1916 года спровоцировали весьма напряженную обстановку в обеспечении нефтепродуктами в центре и многих промышленных регионах. Все больший размах приобретало стачечное движение. По данным одного источника, «в России в 1915 г. было 1946 стачек с 897 тыс. участников, в 1916 г. — 2306 стачек с 1784 тыс. и в январе-феврале 1917 г. — 751 стачка с 640 тыс. участников».

Широкомасштабное антиправительственное и антивоенное выступление некогда безропотных инородцев, вошедшее в историю как восстание Амангельды Иманова в Казахстане, сотрясло одну из, казалось бы, безмятежных окраин империи и также явилось одним из предвестников ее неминуемого распада.

После неполных 23-х лет правления Николая II Романова случилось неизбежное. Любители великих потрясений, которых столь нещадно бичевал Столыпин, а не сторонники Великой России, одержали верх. Малозавидное положение державы вследствие империалистической войны одним махом превратилось в бедственное.

В сущности, страны германского блока мало угрожали национальным интересам монархической России, помимо затрагивания аспектов чисто эмоциональных. В первую очередь, под ударом оказывалась республиканская Франция и, отнюдь не случайно, один из высших ее представителей Раймон Пуанкаре в течение небольшого временного отрезка дважды посещал Россию. Его последний визит в качестве президента совместно с председателем совета министров Франции Вивиани состоялся в самый канун войны. Волевой Пуанкаре в определенной степени повлиял на недостаточно продуманное решение царя о преждевременной мобилизации русской армии.

Тем самым, помогая братьям-славянам сербам и французам, самодержец жертвовал жизнями подданных и лично своей. Справедливости ради следует отметить, что царь весьма и весьма сомневался в правильности объявления полной мобилизации до того, как это сделают главные оппоненты — Франция и Германия. Но под давлением своего армейского руководства и, уму непостижимо, дипломатического тоже (министра иностранных дел С.Д. Сазонова), Николай II сдался. Одним словом, пока Коба Сталин томился в Сибири, стремительно приблизился час самоликвидации самодержавной власти в России.

Для плохо оснащенной практически по всем позициям русской армии ход военных действий складывался крайне неудачно. На редкость бездарное руководство войсками, коррумпированность генералитета, казнокрадство штатских чиновников сказались самым пагубным образом. Затянувшаяся, надоевшая многим война окончательно выявила неспособность царского режима решать насущнейшие нужды большинства населения. Экономическое положение страны резко ухудшилось, людские потери были огромны. Недовольство практически всего народа, всех слоев общества достигло критической точки. Правительственные войска, некогда беспрекословно стрелявшие по безоружным подданным, стремительно разлагались. Антагонизм между властью, богатство имущими и обездоленнейшими кругами народа, стал нестерпимым. В то время как одни пухли с голоду или кормили вшей в окопах, другие продолжали благоденствовать, как и в мирные времена.

В третьей декаде февраля 1917 года, в столице империи, переименованной в Петроград в угоду национал-патриотам, начались беспорядки, которые затем приняли характер форменной революции. Из Ставки царь послал депешу с повелением немедленно прекратить беспорядки, «недопустимые в тяжелое время войны с Германией и Австрией». Засим он не сумел пробиться в Петроград, и, убедившись в отказе генералитета от поддержки, когда смута в столице практически уже пошла на убыль, самодержец решился.

15 марта в 15 часов император всероссийский Николай II отрекся от престола в пользу своего брата Михаила. Однако у последнего также не доставало гражданского мужества и стремления взвалить на себя в такой серьезнейший момент ответственность руководства огромной державой. Это показывает всю глубину кризиса, постигшего династию Романовых. Из целого сонма, так называемых великих князей, не нашлось ни одного, кто отважился бы стать во главе государства. Монархия умерла окончательно и бесповоротно.

Правда, отказ Михаила от власти был сформулирован в определенной степени условно: «Принял я твердое решение в том лишь случае воспринять верховную власть, если такова будет воля великого народа нашего, выраженная Учредительным собранием». Однако в то весьма беспокойное время было не до юридических тонкостей, поэтому в некогда могущественной империи легитимная до сего времени власть прекратила существование. В одночасье Россия превратилась в самую свободную страну мира. Все механизмы и шестеренки старого механизма уклада жизнедеятельности со стоном и скрежетом рассыпались.

Первая, получившая наименование Февральской, революция 1917 года, низвергнувшая династию Романовых, явилась следствием стихийного взрыва народных масс, доведенных до отчаяния лишениями войны и явной несправедливостью в распределении жизненных благ. Она была встречена восторженно и использована, в первую очередь, высшей буржуазией, а также чиновничеством, окончательно потерявшими веру в систему самодержавного управления и, особенно, в самого царя и его приближенных. Первое Временное правительство состояло именно из представителей этой элитной части населения.

Революционные партии не участвовали непосредственно в осуществлении революции. Они не ожидали ее и вначале были весьма поражены фактом молниеносной ломки царского режима. Петроградский Совет рабочих депутатов образовался в момент народного буйства группой рабочих стихийно, без центрального руководства. Это было возрождение Петербургского Совета, отличившегося в революции 1905 года. В отличие от Временного правительства, ставшего официальным преемником царского и признанного таковым за рубежом, Совет формально не обладал властью. Однако предписания Совета постепенно признавались все большим числом рабочих и солдат, тем самым наделявшими его властными полномочиями. По примеру Петрограда Советы создавались в Москве и других крупных городах, а несколько позже и в сельских районах.

Почти случайно возникла практическая основа так называемого двоевластия, установившегося в результате Февральской революции. Ситуация складывалась весьма сумбурная и запутанная, реально положением в государстве никто не владел.

На плечи представителей Временного буржуазного правительства, начавшего функционировать в обстановке всеобщей эйфории и развала старого мира, нежданно-негаданно свалилась гигантская ноша управления огромной страной. Она оказалась для них непомерно тяжелой. Многие попросту растерялись и, как обычно в России, задались вопросом: «Что делать?». Спасительным выходом казалась мысль о спешном формировании Учредительного собрания в качестве наиболее легитимного органа народного представительства.

Прослышав о самоликвидации самодержавного режима, с разных частей света в Россию ринулись, помимо бескорыстных идеалистов-партийцев, революционные предводители разных калибров.

В середине апреля из Швейцарии в Петроград приехал Ленин. В результате непростых переговоров с германскими властями большевистский лидер вместе с группой своих сподвижников и представителей других партий добился разрешения проехать через Германию и Швецию в железнодорожном вагоне на правах экстерриториальности. Ленин немедленно развил бурную деятельность, отмеченную французским дипломатом Морисом Палеологом следующим образом: «Авторитет Ленина, кажется, наоборот очень вырос в последнее время. Что не подлежит сомнению, так это то, что он собрал вокруг себя и под своим началом всех сумасбродов революции; уже теперь он оказывается опасным вождем».