Чтение онлайн

За ворота Заставного мы вшестером вышли молча, растянувшись цепью. Седой шагал впереди и настороженно зыркал по сторонам, хотя за крепость мы еще не вышли и опасаться вроде как нечего.

Близнецы шагали за Седым, по обе стороны. Молчун (кажется, здоровяк за дни с момента усиления вырос еще сильнее и по-прежнему жрал, как не в себя), шел в арьергарде, за моей спиной. Шустрый то держался рядом со мной, сдерживая шаг, то мчался к Седому, то устремлялся вперед по дороге.

Спустившись на платформе со стены крепости, двинулись по тропе, которую за годы натоптали охотники. По обе стороны зияли свежие воронки, чернели пятна алхимического огня и высились обгоревшие туши.

Справа донесся приглушенный расстоянием голос десятника Пакмана, оравшего на новую партию новичков:

— Смотрите по сторонам, мля! Под ноги смотрите, назад, влево и вправо, да и наверх поглядывайте! Под пеплом любят прятаться черви, за тушами любят маскироваться недобитки! Не зевайте, мать вашу за ногу. Я лично видел три случая, когда новички из-за своей невнимательности плохо кончали!

Навстречу нам, направляясь к крепости, прошла потрепанная группа. Мужики, заляпанные засохшей грязью и бурыми пятнами, но с туго набитыми рюкзаками.

Спустя минут десять пути по сумрачной долине я решил, что не хочу до вечера топать по пыли Диких земель и приоткрыл тайну своих навыков:

— Жаль, что до приличных духовных зверей придется топать несколько часов. Если бы была возможность, поставил бы печать на месте и просто перенес нас всех туда.

Седой, шедший впереди, замедлился:

— Печать? Это ты про свою технику мгновенного перемещения?

— Ага, — кивнул я, подходя ближе. — «Врата ночи». Но у нее ограничения. Печать, которую я оставляю, держится на месте недолго — пару дней, не больше. На предметах несколько часов. Да и телепортировать пришлось бы по одному, это энергозатратно.

Я солгал про срок. Влив побольше резерва, можно было продлить действие печати и на неделю, но Седому это знать не нужно.

Седой почесал бороду, обдумывая. Близнецы переглянулись, а Молчун, догнавший нас, слушал, не проронив ни звука.

— А печать можно поставить на что-нибудь? — уточнил Седой. — На камень, например, можно?

— На любой предмет могу.

Тут Седой остановился совсем. Он повернулся ко мне, в глазах загорелся огонек.

— Так, народ! Давайте постоим, обсудим кое-что. Если сегодня мы заберемся дальше, чем ходят обычные охотники, и Китт оставит там печать, завтра утром мы можем телепортироваться туда сразу. Свежие, отдохнувшие, с полными флягами и пустыми рюкзаками. Окажемся куда ближе к середине долины, где добычи больше, а конкурентов — ноль. Как вам идея?

Близнецы заулыбались, даже Молчун одобрительно замычал.

— Шустрый! — Седой махнул рукой, и наш юркий разведчик быстрым шагом подошел к Седому. — План меняется. Бери у Китта камень, на который он поставит печать, и неси его вперед, как можно дальше. Минут через сорок Китт телепортирует к тебе Криса. За это время надо отбежать подальше и найти укрытие. Пещеру, скальный навес, что-то в этом роде. Понял?

Шустрый кивнул, не задавая лишних вопросов. Я же подобрал из-под ног темный гладкий камень размером с ладонь. Ци заструилась по пальцам и перетекла на камешек, оставив на поверхности черный узор.

— Держи, — протянул я Шустрому. Парень взял камень, собрался переложить в рюкзак, но я его остановил:

— Лучше в руке неси. Если я перемещусь в рюкзак, тебе это не понравится.

На самом деле телепортация была достаточно гибкой штукой и ни разу не переносила меня в тесные места — я очутился бы рядом с рюкзаком. Но команде, опять же, знать это было необязательно.

Шустрый кивнул. Его силуэт подернулся какой-то пеленой, и парень рванул с места, словно выпущенная из арбалета стрела. На расстоянии двадцати метров я его перестал различать — парень использовал технику, которая сделала его менее заметным.

Мы аккуратно зашагали вперед. Без Шустрого Седой двигался еще внимательнее, да и остальные шли, прислушиваясь к каждому звуку, к каждому шороху камней под ногами.

Дикие земли же постепенно меняли свой облик. Ровная выжженная равнина сменилась холмами. Появились лысые скрюченные кусты с черной, будто обугленной корой. Воздух стал еще тяжелее. Время от времени я слышал отдаленное рычание и тявканье, шелест в кустах, но наша группа была слишком велика, чтобы мелкие звери решились напасть.

— Думаю, пора, — наконец обернулся ко мне Седой.

Группа дошла до высокого валуна, где встали спиной к камню.

— Сперва перемещаюсь я, ставлю новую печать в укромном месте, а потом возвращаюсь к вам.

— Добро.

Я закрыл глаза, отыскивая в сознании нить, связывающую меня с меткой. Она была тонкой, как паутинка, и тянулась далеко-далеко вперед. Я почувствовал, что связь едва заметно подрагивает, меняясь на доли градуса — Шустрый все еще бежал.

Сделав глубокий вдох, я шагнул в Тень.

Мир пропал. Не стало ни звуков, ни запахов, лишь стремительное движение через абсолютное ничто. Длилось это мгновение, а потом меня выдернуло в реальность.

Я очутился позади Шустрого. Парень бежал весьма быстро, но среагировать успел — прыгнул вперед, разворачиваясь в полете. Камень, который практик сжимал в руке, полетел в сторону, а в ладони возник длинный кинжал.

Шустрый приземлился — мягко, будто кошка — и широко ухмыльнулся, узнав меня.

— Напугал меня, алхимик!

— Ага.

Я осмотрел местность. В десятке метров от нас были какие-то развалины. Остовы каменных стен, оплетенные лианами с ядовито-фиолетовыми цветами, полузасыпанные арки переходов. Воздух был спертым и влажным. С одной стороны открывался вид на глубокий овраг, с другой руины упирались в скалистый выступ. Пойдет как временное укрытие от посторонних глаз.

— Давай-ка подождем остальных здесь, — махнул я в сторону руин.

Шустрый кивнул. За пять минут мы осмотрели руины, а потом я переместился к группе. Один из близнецов дернулся, второй посмотрел на меня вопросительно. Седой даже не шевельнулся.

— Место нашли, теперь буду перекидывать вас. Только давайте по одному. Кого первого?

— Криса, — без раздумий приказал Седой. — Братья больше друг на друга полагаются, а Крис и один биться умеет. Если что, Шустрого подстрахует.

Я кивнул и подошел к здоровяку.

— Дай руку. И постарайся не отпускать.

Молчун молча протянул свою лапищу. Я обхватил его запястье, почувствовав под пальцами твердые, как стальные тросы, мышцы. Молчун в ответ сжал мое с силой кузнечных тисков — едва кости не затрещали. Подавив шипение, я шагнул в Тень, увлекая практика за собой.