Чтение онлайн

— Трикси — вроде бы на олентийскую купеческую гильдию, — милорд Норги в задумчивости теребил салфетку. — Но это сомнительно. Олентийцы бы своими силами справились, если бы действительно хотели с кем-нибудь разобраться. Прислали бы тройку «котов» и придушили обидчика где-нибудь в темном переулке. Скорее всего, этой глупой курице просто скормили очередную сказку. А вот Лонрак — человек герцога Сенрая, это Лагери. И мне все это не нравится. И что-то мне кажется, что пари на любовь — это только верхушка, которую нам хотят показать.

— Мне тоже так кажется, мне тоже…, - герцог Ленкис поболтал остатками вина в хрустале. — Но это практически открытое объявление войны. А месть за жертв пари только для того, чтобы придать войне видимость законности. И самое в этом поганое, без ведома лично Императора такие вещи не делаются. Ну и что мы имеем в остатке, Максвел, как минимум три лорда-управителя объявили нам войну. Император в лучшем случае будет держать нейтралитет. В худшем… Даже думать не хочется.

— Четыре лорда-управителя, — Норги потер переносицу, решая, как будет договариваться о поддержке с наглым коротышкой и с остальной сворой стервятников-управителей. — Джена Великолепная сейчас носит имя Джена Аль Ван Хонн. Вышла замуж за Холрика Ван Хонна. И у них обоих ко мне личные счеты. Очень большие счеты. И если мы с тобой в одной упряжке, то при большой игре и тебя зацепят.

— Значит, в игре еще и Сиятельная, — помрачнел милорд Ленкис, такой расклад ему никак не подходил, но выбора не оставалось. — Плохо, очень плохо. И еще не факт, что нет еще кого-нибудь, про кого мы пока не знаем. Осталось шесть лордов-управителей. Ты с ними общаешься?

— Нет, и не имею желания, — отрезал лорд Норги. — Иногда встречаемся по делам, не более того. Поэтому даже предположить не могу, кто еще к ним может присоединиться. Но ветер дует из столицы. Ты в столице давно не был? Не на пару дней с отчетами перед Императором, а так, среди высокородных пообщаться?

— Лет пять уже не был, — вздохнул лорд-управитель Бренира и щелчком поправил выбившийся из рукава манжет, отделанный дорогим кружевом. Такое продавалось только в столичных лавках и стоило баснословных денег. Норги похолодел от догадки. — Не нравится мне вся эта столичная суета, Максвел. Хотя начинаю понимать, в свете надо хоть иногда показываться. А то вот так заговор можно и проспать. Или хотя бы держать там доверенных лиц. Ближе к делу, твое сиятельство, что предпримем? Неужели у тебя во дворце совсем никого из соглядатаев нет? Надо как-то прояснять ситуацию!

+*+*+*+*+

Мелкий дождик сыпал бесконечной холодной моросью, норовя забраться за шиворот форменных сюртуков, грубая ткань которых неприятно намокла и отдавала мокрой псиной. Длинный нос барона Хорини, привыкший по долгу службы герцогу к таким низменным ароматам казенной формы и немытых тел, лишь слегка морщился и подрагивал. Сам барон напоминал недовольного, потасканного жизнью лиса, в своем камзоле цвета темной охры с некогда белой кружевной манишкой, с редкими, натопорщенными светло-каштановыми прядями, гладко зачесанными назад и открывающими острые хрящеватые уши, жилистыми ладонями в узких черных перчатках.

— Господин Хорини, там в палисаднике еще один труп, — агент виновато смотрел на доверенное лицо герцога Норги, прячущегося от дождя на пороге заброшенного дома в предместьях города. — Итого семь, вашмилость.

— Мать твою разтак! — со злостью выругался барон, которому с утра герцог уже устроил головомойку по поводу порядка в городе на время присутствия императорских аудиторов. — Это не мои агенты, а сиротский приют! И что ты смотришь на меня, как пугливая монашка, которая в первый раз увидела …? Почему я должен вытягивать из тебя сведения клещами?! Докладывай живо, кто здесь бойню устроил? Кто такие, установили?

— Вашмилость, сами не разобрались! Вроде как, двое из наемников Каренсия, еще двое — люди Трикси, а трое вообще от Лонрака, — в помощь первому агенту, замершему истуканом от испуга, подоспел более сообразительный второй. — Они что, между собой передрались? И вообще, как они все в одной развалюхе оказались?

— Домик на отшибе, подходы просматриваются, — в разговор вступил старший группы, который до этого на корточках скрупулёзно осматривал трупы по одному. Он поспешил к своему начальнику, едва лишь заслышав зарождающуюся взбучку подчиненных. — В нем чья-то лежка была. Или людей Каренсия, или Лонрака. Трикси со своими мордоворотами в гостинице живет, практически в открытую. А что здесь произошло… Если предположить, что это была лежка Каренсия, то на них напали люди Лонрака. Каренсий потерял двоих и ушел. Лонрак потерял одного. Это я по характеру ран и оружию смотрю. И в это время на них напали люди Трикси. Убили еще двоих людей Лонрака. А потом появилась четвертая сила и прихлопнула людей Трикси.

— Честное слово, господа агенты! Мне иногда стыдно становится за ваши способности! Кто прихлопнул людей Трикси, я тебе и сам скажу, — барон Хорини соскочил с крыльца, торопливо ринулся в сад и с победным видом выдернул неприметную метательную стрелку из дерева. — «Сияющие». В Герии кроме них никто такими вещицами не балуется. Еще раз перерыть весь участок. Если «сияющие» решили зачистить людей Трикси, то должны быть еще жертвы. А вот почему сцепились Каренсий и Лонрак, это мне и самому интересно.

— Ваша милость, «сияющие» вчера из гостиницы не выходили, — у первого агента наконец-то прорезался голос. — Они весь вечер шумели у себя на этаже. И бегали туда-обратно на кухню то за едой, то за выпивкой. И свет в окнах горел.

— «Сияющих» в Ларентии полное крыло, — барон Хорини, страдавший от кадрового голода и вынужденный отдать своих самых опытных людей для охраны аудиторов, тяжело вздохнул и обвел погрустневшим взглядом «филек». Зрелище не впечатляло от слова «совсем». Но он продолжил наставлять свой отряд. — Двенадцать специально обученных воинов. Так что половина могла остаться в «Ларентии» и создавать суматоху, а вот вторая отправиться на охоту. А как они выскользнули из гостиницы и вернулись обратно, это надо у наружных наблюдателей спрашивать.

— Вы были правы, господин барон, — к мужчинам подошел еще одна ищейка. — Нашли заброшенный колодец, а там еще четыре жмура. Все — наемники Трикси. Тел самой Трикси и Миркуса среди них нет.

— И не могло быть, — барон принял к сведению новую информацию, мысленно собирая головоломку по частям. — Этих Холрик себе оставил. Характер ран? Похоже, что вот такими штуками?

— Сложно сказать, но, вроде, такими, — подчиненный внимательно рассматривал вытащенный из ствола дерева дротик. — Так не определишь. От стилета такие же раны. Узкий и тонкий клинок, у дротика наконечник такой же. Только у нас такими практически никто не пользуется.

— Дротиками их расстреляли, — мрачно подтвердил старший группы. — Колотые раны под прямым углом. Стилетом так не ударишь. От удара рукой раны всегда под углом, слева или справа, зависит от того, праворукий или леворукий напавший. А тут — прямой угол. Значит, метали. Это люди Холрика?

— Скорее, его сиятельной мамаши, — машинально ответил барон Хорини, продолжая анализировать ситуацию. — Здесь они охраняли Джен. Но вот Джен команду на зачистку бы не отдала. Она, в некотором роде, гуманистка. А сам Холрик вполне мог. Эх, Трикси, Трикси, плохая была идея Холрика и Джену в очередной раз подставить. А вот откуда он об этом узнал… Ведь, судя по всему, он узнал же.