Чтение онлайн

Сказав это, он повернулся туда, где он в последний раз видел жрицу, и поклонился ей:

— Благодарю вас за то, что вы вмешались, старшая жрица.

— Я всегда рада помочь друзьям Верховной, — произнёс бесплотный голос. — Даже если бы я не вмешалась, ничего страшного бы не произошло, просто хаос бы затянулся.

Ивона и Рабден одновременно почувствовали смущение — они даже не заметили присутствия жрицы, а Аран с Кариком смешались из-за того, что забыли про неё.

— Пусть Диру всегда освещает ваш путь, как ваша доброта осветила наш, — нестройно хором сказали они.

— Не стоит благодарностей: это обязанность любого жреца — оберегать гостей храма. И это мы должны быть благодарны за то, что вы помогаете Верховной. Большинство из вас уже решились, мы чувствуем это. Но помните, что путь Несущей Свет опасен, даже более опасен, чем тот, по которому вы шли до этого, поэтому все жрецы этого храма просят вас подумать о выбранной дороге. Время ещё есть.

— Мы понимаем, старшая жрица, — ответил Карт.

— Это ты понимаешь, — в голосе Морин звучала улыбка, — но твои спутники не знают, насколько может быть опасно путешествие с Верховной. Ей придётся использовать свою силу, а это рано или поздно привлечёт внимание Волков и императора. Она не сможет каждый раз избавляться от их нитей, а значит, они будут следовать за вами по пятам. Не говоря о том, что вам придётся быть рядом со скверной дольше, нежели это безопасно. Также вам придётся защищать Верховную не только от тех, кто хочет ей навредить. Последователи Диру, обычные верующие, в своём рвении тоже могут быть опасны. Когда я была молода, мне была предоставлена честь странствовать с Верховной того времени. Дороги были только в нескольких странах, и передвигаться приходилось по лесным тропинкам, отчего Верховной Ралор редко доводилось наведываться в Шаньяр и соседние страны. Когда мы прибыли в Шаньяр, то бедную девочку чуть не разорвали на части. Мы смогли уберечь её, но с тех пор она перестала выходить. Именно этот случай породил традицию, согласно которой у Верховной должна быть охрана.

— Почему они набросились на неё? — робко спросила Ивона, не зная, хочет ли она на самом деле узнать ответ.

— В тот год в Шаньяр пришла болезнь и много людей успело умереть. Люди винили в этом Верховную. Что не спасла, не помогла. Нам не нужно было предлагать лечение тех, кто выжил, но Ралор было пятнадцать, и она была наивна. Тогда же церемония посвящения была передвинута на более поздний возраст. Ненависть людей так потрясла её, что она больше не доверяла никому вне храма. Она умерла рано. Слишком рано. Как только ей исполнилось девятнадцать, она тайком покинула храм и больше не вернулась. Через три года в доме императора Нандиру родилась новая Верховная.

— Верховные часто рождаются в семье императора? — спросил Карик.

— Часто. Но не только в ней. Они рождаются там, где они более всего нужны. В этом веке это была империя Нандиру, в моё время — Артия. Верховная Ралор родилась в семье старшей жрицы Артии.

— У жриц бывают семьи? — удивилась Ивона.

По воздуху разнёсся лёгкий смех.

— Верховная права — люди действительно ничего не знают про Диру-а. У нас бывают семьи. И у меня когда-то была, и невозможность уйти к ним — единственное, что порой печалит меня, — голос Морин стал грустным.

— Простите…

— Тебе не за что извиняться. Я прожила долгую и счастливую жизнь, и когда моя миссия будет осуществлена, я уйду к ним.

Находящиеся в комнате почувствовали себя неловко.

— Я рассказала вам историю Верховной Ралор в качестве предупреждения, но то, что ждёт вас, может быть намного страшней: настоящей Верховной не было почти двести лет. Срок жизни истинной Верховной дольше, нежели у обычного человека, но есть и те, что не доживают до посвящения. Та, о которой говорил анар Рабден, была убита вскоре после посвящения. После этого до посвящения не доживала ни одна, потому пришествие истинной Верховной жрицы Диру не может пройти незамеченным. Это принесёт многие беды на ваши головы. Поэтому прошу вас ещё раз — подумайте хорошенько.

Карик с Ивоной почувствовали, что обращаются к ним, но не знали, стоит ли отвечать.

— Желаю вам удачи, — сказала на прощание Морин, и чтецы почувствовали, что женщина исчезла.

Аран тихонько, стараясь не споткнуться, отправилась к ближайшей парте.

В отличие от Карика с Ивоной и Рабденом, её волновало не произошедшее в классе и не рассказ жрицы, а слова принца. Что бы она ни говорила за столом, сказанное задело её. Жёсткость, жестокость и правдивость его слов заставили её почувствовать, что она ничего не делает. А ещё больше её задела фраза подруги, сказанная в благородном порыве. Она напомнила ей о её беспомощности и убогости. О том, что она сдалась. И если слова Рабдена уязвили её самолюбие, но показывали, что для него она всегда будет Алиан Корран, то сказанное Ивоной говорило о том, что она — бедная, больная и несчастная Аран, и, возможно, ей больше никогда не стать Алиан. Принц не требовал от неё ничего, что было бы невозможным, но это было сложным и тяжёлым заданием. Её связь с Потоком никогда не была отрезана, юная чтица неправильно поняла её ситуацию, она была задета то ли клятвой, о которой говорила Верховная, то ли травмой Аран. Сейчас, когда она была здесь, в храме, с каждым днём она ощущала себя всё лучше и лучше и понимала, что может снова стать собой прежней. И отсутствие зрения и голоса — не помеха этому.

Вскоре к сестре подсел Карик.

Странным образом сегодня он ощущал себя намного уверенней, чем обычно. Вначале, когда он встал перед Верховной, то думал, что умрёт от страха, но улыбка и поддержка принцессы успокоили его. Постоянный страх, что он виноват, что он ничтожество, внезапно стал намного меньше. Он не пропал до конца, но перестал окрашивать большую часть его мыслей. Это было невероятное и необычное чувство, и оно ему нравилось. Он не помнил, чтобы когда-нибудь чувствовал себя так спокойно. И ведь ситуацию нельзя было назвать располагающей к умиротворению.

Карик впервые не ощущал необходимости скрывать, что он думает.

Карт, никогда до этого не слышавший историю о Верховной Ралор, почувствовал укол страха — он думал, что предусмотрел все возможные опасности, которые ожидают Лею, но оказалось, что он забыл о верующих, которые в порыве религиозного рвения или от разочарования могут атаковать девочку. Ему нужно будет в будущем уделять больше внимания щиту. Он являлся боевым магом, его основными словами были атакующие. Он умел ставить защиту, но она была простой, можно сказать, топорной, но сильной и рассчитана не на простых людей, а на чтецов. В случае с нападением верующих нужно будет действовать не только более мягко, нежели на поле боя, но и более изворотливо. Насколько Карт знал, Рабден был специалистом именно в защите, поэтому был смысл проконсультироваться с ним.

Внимание Карта переключилось на дядю с племянницей. Сейчас они были настолько не похожи друг на друга, что никто бы и не подумал, что они родственники. Высокий, загорелый с тёмными волосами и светло-карими глазами принц и светлокожая, чуть загоревшая, с золотыми волосами и зелёными глазами Ивона. У них не было ни единой похожей черты лица, и единственное, что их объединяло сейчас, — это достаточно высокий рост. Молодая чтица была одинакового роста с Лемом и выше почти всех женщин, которых мужчина встречал, включая Аран с Ионой, пусть и ниже, чем он сам и тем более Лата. Судя по тому, что Карт слышал, принцесса Сара тоже была высокой, видимо, это была их родовая особенность.

Мужчина попытался вспомнить, как выглядел принц Рабиус, но не смог. Карт так редко обращал внимание на королевскую семью Артии, что запомнил только внешность принцессы Сары и самого монарха, пусть и встречал наследного принца, если ему не изменяет память.

Скорее всего, с рассеиванием благословления дядя с племянницей станут походить друг на друга.

— Если мы не начнём сейчас, то не успеем провести даже вступительного занятия, — мягко напомнил Рабден, повторяя слова Карта.

— Вы правы, совсем мы заговорились и почти не осталось времени до ужина. Наверное, самым эффективным вариантом действий сейчас будет оценка реки и умений каждого ученика, а затем нужно поработать с Аран. Предлагаю посмотреть вас, ребята, отдельно, чтобы вы не стеснялись и не мешали друг другу. Договорились?

Карик с Ивоной переглянулись и неуверенно кивнули.

— Рабден, вы посмотрите Карика здесь, а я с Аран посмотрю Ивону в соседнем классе, если вы не против.

— Как вам будет удобнее.

Ивона посмотрела на дядю, и тот одними губами сказал «удачи», прежде чем она вышла из комнаты.

Он остался наедине со своим новым учеником.

Рабиус осмотрел молодого человека. Карик был одет в обычную одежду рабочего человека: простые широкие штаны коричневого цвета, нижняя рубаха с небольшой расшитой стойкой, жилет из тонкой шерсти светло-коричневого цвета и тёмно-синий арит. С первого взгляда можно было понять, что юноша не привык носить эту одежду: арит был неправильно посажен, а рубаха неправильно застёгнута. Любой наблюдательный человек понял бы, что мальчик явно не из Артии. Особенно по красной полосе, что виднелась под воротником и грозилась стать шрамом.