Степь и Империя. Книга III. Фракталы
Шрифт:
***
– Где я? Что происходит? Кто этот странный человек?
– мысли метались в поисках выхода, но страха пока не было.
То ли так подействовал «снежок» с вином, то ли вера в свою счастливую звезду и собственную изворотливость.
'Жк-мн-'Лазлл знал, что зачастую в катакомбах происходят страшные вещи.
Катакомбы были старше города – Лубмаста за свою историю горела и отстраивалась заново трижды – и столь же обширны и запутаны. Человека, который мог бы сказать «я знаю все катакомбы Лубмасты», попросту не существовало.
Поэтому в обширных залах естественных пещер, соединенных множеством искусственных ходов и галерей, периодически гнездились братства нищих и бандитские шайки. То малые культы устраивали свои жертвоприношения, то любители извращенных удовольствий оборудовали личные уединенные пыточные для удовлетворения чудовищных фантазий.
Да что там, два года назад один из близких друзей 'Жка, извращенный любитель юных мальчиков, взошел на эшафот за свои «развлечения». Покупай он для этой цели рабов, никто бы и слова не сказал. Но его, почему-то, привлекали мальчики из обеспеченных семей.
Как он сам говорил 'Жку, они «мягче и интереснее»...
Сам же 'Жк, давно не будучи юным мальчиком, и уж – тем более – нежной девицей, не боялся ничего подобного. И вот, надо же, нарвался на безумного извращенца.
Но как некстати этот кляп...
***
А тем временем хозяин что-то говорил и говорил, непрерывно, громко, возбужденно, самому себе поддакивая и отвечая. Похоже, сам он тоже закинулся «снежком», и не раз и не первый день подряд.
– Сейчас мы выберем лакомство, достойное дня нашей встречи, и начнем праздник. Специально для этого случая я сберегал самых лучших, самых редких рабынь, и ты выберешь из них по своему вкусу...
Он ударил в гонг, и хрустальный звон заиграл эхом под теряющимся в темноте потолком.
– О, я вижу, ты хочешь что-то сказать? Не стоит, друг мой, не стоит! Я так давно мечтал о празднике встречи с тобой, что распланировал его просто идеально! Твои необдуманные слова могут невольно нарушить гармонию. Нет-нет, даже не думай! Ты, наверное, хочешь спросить, как же ты будешь делать выбор? О, это просто, очень просто, я бы даже сказал – гениально просто! Бессмысленно выбирать рабыню головой, не так ли? Угощение для нас с тобой выберет не голова, твоя головка, твой неразлучный дружок!!! Ха-ха-ха!!! Именно он укажет на самую желанную! А, вот и они!
Перед 'Жком встали в линию четыре рабыни. Все они были абсолютно наги. «Осмотр!» - рявкнул хозяин, как щелкнул кнутом, и четко, как механические игрушки, рабыни приняли позу «к осмотру» - ноги на ширине плеч, спина выпрямлена, руки за голову, предплечья в одну линию, параллельны полу.
– Посмотри на этих четырёх прекрасных рабынь. Я специально сберегал их до этого часа, для этого дня. Ты даже не представляешь, какой это для меня большой праздник. Но я тебе всё расскажу, ты ведь сегодня мой желанный гость…
– Но посмотри же, посмотри на рабынь. Они юны и девственны. Трудно назвать их невинными – их растили, чтобы доставлять удовольствие своему хозяину, и они уже очень много знают об этом. Они мечтают начать свою рабскую службу. Нам приходится вся время следить, чтобы они не шалили своими пальчиками. Но тело их еще не тронуто. Их кожа благоухает, их дыхание свежо, и бедра их ещё не кусало клеймо. К этому дню их специально откармливали белым рисом и горным мёдом, и теперь они гладкие, как шёлк, и мягкие, как лепестки цветов. Они боятся того, что ждет их, но даже их пот пахнет свежестью. Какая нравится тебе больше?
– Может вот эта – дочь твоего народа, высокая и тонкая, как речной тростник? Ее кожа так же черна, как и твоя. Посмотри, - он приподнял и сжал грудь рабыни, - на эти тугие грудки, их форма просто идеальна. Наслаждение взгляда и притяжение для рук. А какой выпуклый лобок! Мечта! Ещё гладенький, пушок только обещает появление здесь упругих завитков курчавых волос, которыми так славятся ваши женщины. А губы! Так и вижу, как эти пухлые губы плотно обнимают корень моего члена... Нет? Ну что, это к лучшему. На мой взгляд, черные женщины странно пахнут, особенно – распалившись. Я бы уважил тебя, но мое удовольствие было бы неполным. Но многим нравится, очень нравится. Они так привыкают к этому запаху, что для того, чтобы взять белую женщину, им приходится в спальню звать черную рабыню.
Хозяин, нимало не разочарованный, перешёл к другой рабыне, белокожей и белокурой северянке. Такая же рослая, как чернокожая невольница, она была пошире в плечах и бёдрах, а вызывающе торчащие шары грудей вызывали желание воскликнуть: «Довольно!»
– Может быть, эту? Взгляни, какие нежно-розовые соски. Просто цвет первого луча рассвета! Услада для глаз! А эта круглая белая попка!
– он развернул рабыню и звонко шлепнул.
– Одно прикосновение и она уже покрылась румянцем. Что, тоже нет? Ты не обманываешь меня? А то мне в какой-то момент показалось, что твой член приподнял голову... Ну, нет, так нет...
Следующая, миниатюрная дочь народа Амаро, была укрыта до бедер глянцевой волной чёрных волос. Радушный хозяин подхватил её под коленки и поднял, широко разведя бедра.
– А взгляни, какая чудесная орхидея таится между этих смуглых ляжек. Посмотри на эти поразительные фестончатые лепестки, почти чёрные у краёв и наливающиеся багровостью заката к сердцевине. Никто не может сравниться с дочерями Амаро в изысканной красоте любовной расщелины. Когда этот цветок дрожит в ожидании и истекает росой страсти – эту картину можно просто наблюдать и сочинять поэмы... О, я вижу и тебя это зрелище не оставило равнодушным! Не отводи глаза, друг мой, предали тебя не глаза, совсем не глаза.
Хозяин довольно рассмеялся.
– Вот с неё и начнём! Хотя, может быть, все-таки взглянешь на четвертую? Она с Северного побережья. Смуглая и гибкая, с маленькой тугой попкой. Грудь, которая может сравниться с богатством северной красавицы! А эти волнистые каштановые локоны, разве они не волнуют тебя? Вижу, что не волнуют.
Хозяин снова рассмеялся.
– Я рад, что ты выбрал дочь народа Амаро! Ты не знал этого, но, на мой взгляд, это – лучший выбор. С этой невольницей связана интереснейшая история. Представляешь, ее подарила мне собственная мать...
Он хлопнул в ладоши и небрежным жестом отослал прочь трех юных красоток, которых «забраковал» гость. Те со всех ног кинулись вон...
– Пока я чуть-чуть разогрею ее, я буду рассказывать тебе эту замечательную историю...
***
Хозяин указал рабыне место у самых ног чернокожего пленника. По сравнению с ней ‘Жк выглядел настоящим гигантом, горой мышц. Да и хозяин был ниже своего «гостя» почти на голову.
Принято считать, что все грабители – здоровенные громилы, все домушники – тщедушные и гибкие, все карманники – маленькие и неприметные. 'Жк-мн-'Лазлл опровергал все эти стереотипы.