Исполнен горького упрекаЗа злую повесть прежних лет,За сон безумства и порока,Я на ее гляжу портрет.Я вновь люблю, страдая страстно,И на меня, как в день обид,Она взирает безучастноИ ничего не говорит.Но к ней прикованный случайно,Я не свожу с нее очей…В ее молчаньи скрыта тайна,А в тайне — память прошлых дней…
Октябрь 1886
ПРИЗРАК
Как сторож чуткий и бессменный —Во мраке ночи, в блеске дня, —Какой-то призрак неизменныйВезде преследует меня.Следит ревнивыми очамиВ святом затишье, в шуме грозИ беспокойными речамиПеребивает шепот грез.Иль вслед беззвучною стопоюБредет остывшим мертвецомИ машет ризой гробовоюНад разгоревшимся лицом.Иль, грустью душу наполняя,Молящим голосом зоветПод сень неведомого края,В иную жизнь, в иной народ.Ищу ли в жизни наслаждений,Бегу ль в святилище мечты —Всё тот же облик бледной тени,Все те же смутные черты.Кто ты, мой друг, мой гость незваный, —Жилец эфира иль земли?От духа горного созданныйИль зародившийся в пыли?Куда влечешь ты: к жизни стройнойИли в мятущийся хаос?И что ты хочешь, беспокойный, —Молитв, проклятий или слез?!
1886
МИР ПОЭТА
По шумным улицам, в живой толпе народа,В вертепах праздничных разврата и гульбы,Среди полян кладбищ, где гневная природаВенчает зеленью гробы;Во мраке темных рощ, в кудрявой чаще леса,Где мягко бродит тень от сосен и берез,Где звонче хрустали эфирного навесаПри вспышке майских гроз;У тихоструйных вод, где тощую осокуЛобзает беглых волн обманчивый прибой,В пустынях, где земля завистливому окуГрозит небесною стеной,И там, где скалы гор в бессмертном изваяньиЗастыли навсегда под божеской рукой, —Везде поэт, как царь, как гордый царь в изгнаньи,Томится мощною душой…Он носит мир в душе прекраснее и шире,Над ним он властвует, как вдохновенный бог,А здесь, в толпе людской, в слепом подлунном мире,Он только раб тревог…И душно здесь ему, и больно пресмыкаться…Он любит солнце грез, он ненавидит тьму,Он хочет властвовать, он хочет наслаждаться,Не покоряясь ничему.Он хочет взмахом крыл разбить земные цепи,Оставить мрак земной в наследие глупцам…Со стрелами зарниц блуждать в небесной степиИ приобщаться к божествам!
1886
ТЕНИ А.С. ПУШКИНА
Ты мне близка, родная тень,Близка, как близки небу птицы,Близка, как розам — вешний день,Как тучам — быстрые зарницы.Не помню я, когда твой духКо мне вошел стопой неслышной,Когда впервые стих твой пышныйБлагословил мой детский слух!То было ль раннею весною,Когда живей тревожат сныИ ночи белые полныОбворожительною мглою?Когда я, бледный, у окнаСидел в молчании глубокомИ созерцал прилежным оком,Как в небе теплилась луна.Иль в час утра, когда как розыНа небе рдели облакаИ пробужденные березы,Стряхнув росы целебной слезы,Внимали вздохам ветерка?Иль в час, когда, гудя метелью,В окно стучалася зимаИ над моею колыбельюВ снах колдовала полутьма?Во сне ли было то свиданьеИль наяву, при свете дня?Как тайна смерти от сознанья,Тот час утерян для меняИ нет о нем воспоминанья!Но только помню, что с тобойМеня знакомил кто-то чудный,Какой-то гений неземной,Какой-то демон безрассудный.И близок ты с тех пор мечтам,Как близок белый ландыш маю.Тебе молюсь, тебе внимаюИ за тобой стремлюся сам.Моя душа тобой согрета,Ты в ней царишь, как юный день…Ты мне близка, родная теньБлагословенного поэта!
9 января 1887
* Умирала лилия лесная, *
Умирала лилия лесная,Умирала в радужном букетеИ дрожала, трепетно мечтаяО румяном, благовонном лете.Снилась ей тропинка в темной чаще,Свет зари янтарный в небосклоне,Свет зари, приветливо дрожащийНа речном колеблющемся лоне.И, поникнув венчиком атласным,Так тепло, так искренне вздыхала,Что эфир смущенный наполнялаСном своим предсмертным, но прекрасным!..
Февраль — март 1887
* Она цветы свои любила *
Она цветы свои любилаИ поливала их сама.В ее теплицу не входилаГубить их гневная зима.И при мерцаньи звезд полночныхОна пила их аромат,Смотря, как в венчиках цветочныхРосинки светлые дрожат.И в час, когда, простясь с землею.И бездыханна и бледна,Под золоченою парчоюВ гробу покоилась она,Цветы, исполнены печали,Приникли к мертвому челуИ в ароматах изливалиЕй скорбь и позднюю хвалу…
Май 1887
* Прекрасна эта ночь с ее красой печальной, *
Прекрасна эта ночь с ее красой печальной,С ее мечтательным, болезненным лицом.О, если б жизнь цвела, как этот отблеск дальнийПомеркнувшей зари на небе голубом!О, если б дум моих неверное теченье,Как эти облака, стремилось в глубь небес, —Какое б подарил тебе я вдохновенье!Какой бы мир открыл, мир красок и чудес!Но жизнь моя темна и дума безотрадна,Как облетелый сад — пуста моя душа,И ходит ветер в нем стремительно и жадноИ гнет вершины лип, порывисто дыша.Я не пущу тебя в мой сад осиротелый —Там осень, там туман, а здесь перед тобойСияние весны и этот отблеск белыйЛазури голубой!..
Май 1887
ПЕСНЯ
Заперты ворота,Спущен с цепи пес.Листья золотыеСыплются с берез.Сердце тихо плачет,Плачет и поет, —Посмотри, стучитсяМилый у ворот.Как я выйду ночьюСени отворю?Вышел месяц ясныйПроводить зарю.Заперты ворота,Спущен с цепи пес.Путь-дорогу ветерЛистьями занес!
Июнь 1887
УМИРАЮЩАЯ НЕВЕСТА
"Матушка! Я слышу, кто-то шепчет сладко,Кто-то за стеною там поет давно…”– ”Спи, моя родная! Спи, моя камчатка!Это дождь осенний хлещется в окно”.— "Матушка! Скорее отвори окошко…Слышишь ли, подъехал милый мой к крыльцу?Поведи к окошку, посмотрю немножко, —Он ли, — я узнаю сразу по лицу!..”— "Нет, моя голубка, это шепчут нивы,Это расходились волны по реке…”— "Матушка, мы в церкви! Мы теперь счастливы!Перстень обручальный блещет на руке…От свечей венчальных темное мерцаньеЖаром обвевает щеки и чело…Как народу много! Мне теснит дыханье…Матушка! Не правда ль, в церкви как светло!”Потупивши очи и глотая слезы,Мать не отвечает дочери своей.Перед нею реют сумрачные грезы,Сумрачные грезы, полночи темней.Видит она церковь, только не с налоем,Без свечей венчальных… и глядит на дочь,Дышащую тяжко, пышущую зноем, —В эту ночь глухую, пасмурную ночь.
7 июля 1887
НА ПОЕ3ДЕ
Мы мчимся, как стрела, — все мимо нас летит,В глазах бесследно исчезая,А поезд все вперед стремится и стучит,Броней железной громыхая.Вдали синеет лес неровною стеной,Над ним кудряво вьются тучи,Мелькает телеграф решеткою стальнойИ зеленеющие кручи.Мелькнуло кладбище. Белеют я кресты,Угрюмо смотрят мавзолеи…И вновь по сторонам канавки и кустыДа редко — темные аллеи.На нивах зыблется пшеница и овес,Пестреют гряды в огороде,И грустная семья задумчивых березБелеет а дружном хороводе.Всё мимо! Все летит, как вольная мечта,Как жизнь с обманчивыми снами;И только светлая лазури высотаГорит незыблемо над нами.И тусклая луна, бледна как первый снегВ лучах вечернего заката,Следить не устает наш торопливый бег,Печалью тайною объята…Так жизнь вперед летит, — летит, как паровоз,Меняя сны и впечатленья,И сыплет искрами живые чары грез,И стелет дымом увлеченья.И все бежит вперед, без устали бежит…И лишь сомненья призрак вечный,Как бледная луна за поездом, следитЗа нашей жизнью скоротечной.
28 июля 1887
Гатчина
К СКАЗКАМ
Мне веет светлым волхвованьем,Веселой зеленью долин,Ключей задумчивым журчаньемОт русских сказок и былин!Прекрасен сказок мир воздушный —К нему с младенчества привык,Мне мил и дорог простодушный,Животворящий их язык.Вступаю с трепетом священнымПод кров радушной старины,Передаю струнам смиреннымЕе младенческие сны.И пусть — полны цветной окраски,Осенены прозрачной мглой —Летят задумчивые сказкиРазнообразною толпойОт арфы стройной и покорной,Как стая белых лебедей,Заслыша визг стрелы проворной,Летит со спугнутых зыбей.