Ночь осенняя печальна,Ночь осенняя темна;Кто-то белый мне киваетУ открытого окна.Узнаю я этот призрак,Я давно его постиг:Это — бедный мой товарищ,Это — грустный мой двойник.Он давно следит за мною,Я давно слежу за ним,От него мне веет смутноИ небесным и земным.Он являлся мне весноюПри мерцании зарниц;Он на оргиях встречалсяИ встречался у гробниц.Жаль ему меня покинуть,Мне его оставить жаль:Он делил со мной, бывало,Одинокую печаль…И теперь он грустно бродит,И уйти боится прочьОт раскрытого окошкаВ эту пасмурную ночь.И листвою пожелтевшейОсыпает мне окноВ эту ночь, когда на небеИ на сердце так темно!..
1887
* Под напев молитв пасхальных *
Под напев молитв пасхальныхИ под звон колоколовК нам летит весна из дальних,Из полуденных краев.В зеленеющем убореМлеют темные леса.Небо блещет — точно море,Море — точно небеса.Сосны в бархате зеленом,И душистая смолаПо чешуйчатым колоннамЯнтарями потекла.И в саду у нас сегодняЯ заметил, как тайкомПохристосовался ландышС белокрылым мотыльком!
1887
НАКАНУНЕ ЗИМЫ
Еще на ветке помертвелойДрожит, как сказочный коралл,Багряный лист, но иней белыйУж кровли блестками убрал…Недолго ждать! Ручей прозрачныйЗамедлит свой журчащий бег,И на него фатою брачнойНебрежно ляжет первый снег.И солнце, алое в тумане,Как факел к нам заглянет в сад, —На строй хрустальных колоннадИ на глазетовые ткани.Ты скажешь: "Дедушка-морозКолдует в полночь, осыпаетЧело поникнувших березИ прядь серебряных волосВ их ветки мертвые вплетает”.Ты скажешь: "Фей разнообразныхЗдесь хоровод в ночи вился,И с ожерелий их алмазныхУпали перлы на леса”.И не подумаешь, что злобноЗдесь ночью снежная метельС своею песнею надгробнойСтлала холодную постель;Что бедных странников знобила,Что в эту ночь не одногоОна под снегом схоронила,Сама не зная для чего…
1887
СТАРЫЙ САД
Люблю я этот старый сад,Он мил, как мгла воспоминанья.С тоской впиваю ароматЕго осеннего дыханья.Вздыхаю тихо и грущу,Входя в забытые аллеи.Я место милое ищу…Тропинки, узкие как змеи,Там, извиваяся, бегутПо склону двух холмов, и вместеОни сплетаются, где прудБлестит, как сталь. На этом местеЯ в раннем детстве отдыхал.Там гнулись бледные ракиты,И я под сенью их мечтал.О чем? Мечты те позабыты!Но я люблю и до сих порТропинку, узкую как змейку,И сень ракит, и ту скамейку,Где уследит прилежный взорНожом начерченные строкиЭлегий томных при луне,Когда мне первые урокиДарила муза в тишине.И в час, когда мечта приводитМеня сюда, вздыхаю я:Мое младенчество здесь бродит,Здесь дремлет молодость моя…
1887
* Шумят леса тенистые, *
Шумят леса тенистые,Тенистые, душистые,Свои оковы льдистыеРазрушила волна.Пришла она, желанная,Пришла благоуханная,Из света дня сотканнаяВолшебница-весна!Полночи мгла прозрачнаяСвивает грезы мрачные.Свежа, как ложе брачное,Зеленая трава.И звезды блещут взорами,Мигая в небе хорами,Над синими озерами,Как слезы божества.Повсюду пробуждение,Любовь и вдохновение,Задумчивое пение,Повсюду блеск и шум.И песня сердца страстнаяТебе, моя прекрасная,Всесильная, всевластнаяЦарица светлых дум!
1887
* Печально верба наклоняла *
Печально верба наклонялаЗеленый локон свой к пруду;Земля в томленьи изнывала,Ждала вечернюю звезду.Сияло небо необъятно,И в нем, как стая легких снов,Скользили розовые пятнаЗавечеревших облаков.Молчал я, полн любви и муки,В моей душе, как облака,Роились сны, теснились звукиИ пела смутная тоска.И мне хотелось в то мгновеньеЖивою песнью воскреситьВсе перешедшее в забвеньеИ незабвенное забыть!..
1887
* Блуждая в мире лжи и прозы, *
Блуждая в мире лжи и прозы,Люблю я тайны божества:И гармонические грезы,И музыкальные слова.Люблю, устав от дум заботы,От пыток будничных минут,Уйти в лазоревые гротыМоих фантазий и причуд.Там все, как в юности, беспечно,Там все готово для меня —Заря, не гаснущая вечно,И зной тропического дня.Так, после битв, исполнен дремы,С улыбкой счастья на устах,В благоуханные гаремыИдет усталый падишах.
1887
СТАРЫЕ ЧАСЫ
Меж старой рухляди в лавчонке у еврея,Где дремлет роскошь бар, сгнивая и темнея,Где между пыльных ваз и старомодных лампМерцает рамкою весь выцветший эстамп,Где бледный купидон с отбитою ручонкойПод паутиною, как под фатою тонкой,Лукаво щурится в мечтательной тоске,Где зелень плесени на ярком завиткеУзорных канделябр ложится изумрудом,Где в томной нежности над золоченым блюдомИз рамы смотрит лик напудренной красы, —Стоят, безмолвствуя, старинные часы…Их маятник молчит, их стрелки без движенья,И мнится: давние слетают к ним виденья, —И старые часы прадедовских палатПрипоминают вновь событий длинный ряд,Тот долгий, смутный сон, ушедший без возврата,Когда две стрелки их по кругу циферблатаПолзли — минуты, дни, года разя с плеча,Как два холодные, бесстрастные мечаСуровой вечности… Бывало, в сумрак томный,Когда дремал угрюмо зал огромный,И алый свет, колебля, лил камни,И ветки тощие расшатанных вершинИз сада темного стучались в окна зала,И ночь осенняя, как грешница, рыдала, —Тогда задумчивый владелец тех часовПечально вспоминал утраченных годовРазгулом и стыдом запятнанную повесть,И плакала его встревоженная совесть,И теплая, никем не зримая слеза,Слеза раскаянья туманила глаза.А маятник часов спешил без содроганьяСпугнуть в мрак вечности минуты покаянья.И зимней полночью, когда в покоях шумныхГремело пиршество и гам речей безумныхЗаздравным звоном чаш был дружно заглушен,Вдруг дерзко слышался часов докучный звон,Как жизнь томительный, как старость монотонный,Напоминая сон толпе неугомонной.И кубки медленней ходили по рукам,И гости бледные, поднявши к небесамСвой утомленный взор, зевая, различалиСияние утра в посеребренной дали…А сколько чудных тайн подслушали ониУ нежной юности в те ночи и в те дни,Когда, доверившись бесстрастному их лику,Влюбленная чета на них, как на владыкуСвиданья краткого, смотрела, торопясьПоследний поцелуй продлить в прощальный час.И что ж! Прошли года, которые так ровно,С такой иронией, так зло и хладнокровноСпешили погубить бесстрастные часы…И вот — наперсники сатурниной косы —Они, забытые, как памятник могильный,Стоят меж рухляди, и циферблат их пыльный,Как инвалид слепой, не страшный никому,Глядит бессмысленно в таинственную тьмуНедвижной вечности. И грозный гений тленьяНад ними празднует победу разрушенья.
24 января 1888
У ПЕЧКИ
На огонь смотрю я в печку:Золотые города,Мост чрез огненную речку —Исчезают без следа.И на месте ярко-алых,Золоченых теремов —Лес из пламенных коралловБлещет искрами стволов.Чудный лес недолог, скороРаспадется он во прах,И откроется для взораСтепь в рассыпчатых огнях.Но и пурпур степи знойнойДогорит и отцветет.Мрак угрюмый и спокойныйСводы печки обовьет.Как в пустом, забытом доме,В дымном царстве душной мглыНичего не станет, кромеУгля, пепла и золы…
Январь 1888
ВЕСЕННИЙ ДОЖДЬ
Я узнал весну по блеску голубомуТомных, как мечта, задумчивых ночей,Но, в душе лелея тайную истому,Я боюсь весны болезненных очей.От ее безмолвных и пытливых взоровВ сердце, подымаясь, воскресают вновьТень былых обид и боль былых укоров,Все, что сердце жгло, что волновало кровь.Я завесил окна темной пеленою,Растопил камин и свечи я зажег,Чтоб спугнуть весну обманчивой мечтою,Зиму залучая в теплый уголок.Над весной победу торжествуя, грезыСнова рисовали сердцу моемуВ инее пушистом белые березыИ морозной ночи сумрачную тьму,Скрип саней по снегу и на снеге тени,Дым, из труб бегущий медленным столбом,И недвижный воздух, полный мертвой лени, —Но недолго был я очарован сном.За окном шумливо что-то зазвенело,Точно кто-то юный крылья развернул,И ворвался в сердце празднично и смелоПробужденной ночи благозвучный гул.Я узнал, что это за окном рокочет,Что стучится в стекла. Это дождь весны!Он звенит и плачет, он поет и хочетВластно развенчать обманчивые сны.О, как страстно сердце сжалось болью жгучей,И как тускло пламя вкрадчивых свечей!Я открыл окно: за розовою тучейТеплилось мерцанье утренних лучей;За плетнем осины под дождем блестели…Жгучей влагой слез туманились глаза.Струны порвались, рыданья зазвенели,И весенней каплей канула слеза…
27 марта 1888
СОЛОВЕЙ
Был соловей влюблен в весну и зори,И свил гнездо в смородинном кусте,И до утра в невыплаканном гореОн пел любовь, послушную мечте.Он пел весну, и юность, и надежды…Заря зарю сменяла в небесах.Прошла весна. Зеленые одеждыГустых лесов рассыпались во прах.Седой туман, клубяся, встал над нивойИ улетел влюбленный соловейК иной весне, к иной стране счастливой,За ширь и даль полуденных морей.И бедный куст поник осиротело,И о певце вздыхая по ночам,Он шелестел так грустно, так несмело,Как будто слал упреки небесам.И, поседев от стужи и мороза,При шуме вьюг задумывался он:Все о певце рождалася в нем греза,Все о певце слагался светлый сон!..