Чтение онлайн

Разумеется, никакой силы он от Реки не получил. В живых воплощениях Река никогда не нуждалась. Но спросить, почему он все-таки жив, я у нее так и не решился. Вдруг мы с ней опять поспорим, и уничтожит она его в качестве доказательства. Хотя бы того, что к живым существам абсолютно равнодушна. Лучше оставить, как есть.

– Ты в порядке? – спросил я у новорожденного. Пожалуй, в гости к Пустыне пойдет едва не весь оставшийся Тетраэдр. Еще Живое Зеркало встретить ненароком – и список полон.

– Да, - кивнул Кани. – Кажется.

– А по-моему, нет! – истерично встряла Анджили. – Вы что, не видели, как оно возникло?

Каривен заметно обиделся.

– Ничего мы не видели, - недоуменно покачал головой Хэл. Его тоже удивила прихоть Желтой Реки. – Кани, и Кани. Может, бледноват немного.

– Желтоват, лучше скажи! – взвилась принцесса. – Я не пойду с ним одной дорогой!

Разумеется, дальше тоже все пошли вместе, и скоро к новому Каривену привыкли даже Анджили с Лапулей. Собственно, не так уж он от прежнего отличался.

Печален вид окаменевших мозгов.

«Живая этика».

Следующие несколько дней ничего не происходило, но от однообразия я, разумеется, не страдал. Покидая замок, я никому не сообщил, куда отправляюсь, но ведь вскоре домой вернулась Асфа…

Первой ласточкой, навестившей меня, был Астинити с вопросом, где у нас лежит пила. Как будто в моем замке можно заранее угадать, где что лежит. А потом помощники рассудили, что никакое путешествие не освобождает меня от ответственности. И началось! Сначала тетушка Миша надумала, наконец, купить стиральную машину, и я составлял транспортное заклинание. Потом Мик предложил проект бассейна вместо моего Каменного зала, на что я заявил, что запрещаю переделывать замок под страхом превращения в E. coli, и посоветовал ему вырыть в лесу прудик. И пусть не рассчитывает меня в нем утопить. Затем Астинити приволок двух незадачливых драчунов: волчонка-оборотня и вампиреныша. Я не понял, где он их взял, что они не поделили и, собственно говоря, кто кем был до драки. Они успели друг друга изрядно покусать и выглядели теперь практически одинаково – помесь волка и летучей мыши. Вряд ли что-то можно было сделать, и я посоветовал просто отнести их на место и оставить там.

Потом наша замковая магичка-теоретик спрашивала, «как пишутся кочерги».

– В смысле?

– Родительный падеж множественного числа.

– Кочерег.

– А ты откуда знаешь? – подозрительно прищурилась помощница.

– В словаре написано. И почему бы не задавать подобные вопросы Астинити?

– Я спрашивала.

– И что?

– Он сказал то же, что и ты. Слово в слово.

– Так что ж ты ко мне пришла!?

– Для гарантии.

Потом мы встретили в лесу кота в сапогах и охотника без оных. Кот спросил, как пройти в библиотеку, а охотник ничего не спросил, только украл несуразный драконов меч вместе с крылышками и ножнами. Меч я тут же вернул обратно, нечаянно прихватив пояс от охотничьих штанов, а ножны оставил ему, как компенсацию пояса. Да и к мечу они все равно не подходили.

Меч я отдал следующему же достаточно крупному помощнику.

Последней появилась сама Асфа и сообщила, что покидала нас, исключительно чтобы поздравить свою праправнучатую племянницу с рождением дочери. А мне выпала честь придумать животному имя. «Ты извини, но мне все равно! Хоть опунцией назовите! И постарайся сделать так, чтобы меня никто больше не беспокоил! Никто!» Откуда же мне было знать, что они так и сделают. Хорошо, я хоть тетрастигму какую-нибудь не вспомнил. С них бы сталось!

Дни пути никто не считал, но однажды лес кончился, и мы уперлись в гряду весьма живописных скал, преграждающих путь на север. Лапуля слетал на разведку и вернулся с известием о ведущей на север расщелине. Далеко подниматься по ней он не стал, но возможно, она сквозная.

Изначально отвесные, стены справа и слева постепенно становились все более пологими, на них появилась зелень, и вскоре мы вышли на круглую поляну, по краям заросшую кустарником. Трава на поляне казалась на диво густой и шелковистой. В центре росло тоненькое деревце с черным стволом и золотыми листьями, а под ним сидел Заяц. Расщелина кончалась тупиком.

– Здравствуйте, дорогие мои! – еще издалека радостно возопил Заяц. – Как долго не видел я настоящих живых людей!

– С этим напряженка, - почти хором буркнули мы с Хэлом и Кани, но излишне восторженный Заяц не услышал. Или не воспринял.

– А единорогов я так и вовсе не видел!

– И не увидите, - усмехнулся Лапуля.

– Почему? – поразился Заяц. – А вы?

– Я ишак, чтоб вы знали.

– Правда? – в голосе Зайца не было ни капли иронии. – Я не знал, что у ишаков бывают рога.

– И я раньше не знал, - скорбно пожал плечами Лапуля.

– А вы на север дорогу ищете? Хотите сделку? – спросил вдруг Заяц.

– Сделку? – переспросил Хэл, и тот начал объяснять.

Проблема у бедняги была приблизительно того же свойства, что и у давешнего дракона: он никак не мог выйти со своей поляны, потому что давным-давно его приставили присматривать за магическим кристаллом, который здесь припрятан. Только Мирону заключение ничуть не мешало, пока я не убедил его в обратном, а Заяц просто мечтал отсюда убраться. Так что от нас требовалось принять на себя опеку злополучного камня, а он взамен покажет нам прямой путь на север.

– Видеть не могу уже эту поляну и эту траву! – стонал заяц. – Выберусь отсюда – клянусь, стану хищником!

– Ну, что, поможем бедняге? – повернулся ко мне Хэл.

– Поможем, что уж там! С мечом носились – и камень не помешает.

– Все в хозяйстве пригодится, - согласился со мной Кани. – Где камень-то?

– Вот, - Заяц смущенно показал на деревце.

– Этот саженец!?

– Волшебник камень зарыл, а он через год пророс, - с готовностью пояснил ушлый зверь, доставая из воздуха мешок и лопату, пока мы не передумали.

Той же ночью мы вышли по подземному тоннелю на другую сторону гор. Здесь, правда, время суток особого значения не играло – солнце, как приклеенное, маячило в зените. Интересно, а днем здесь два солнца или одно исчезает? Надо сказать, вечный день надоел очень быстро – меньше, чем за пару часов.

Внизу, недалеко от подножия гор, раскинулась Белая Пустыня. Со стороны она казалась совсем не большой – едва до горизонта, но внешность обманчива. Почти безграничные просторы Пустыни скрывали и Внутреннее Море, и Лабиринт Пустыни, и Золотой Обрыв и еще очень много всего, о чем я даже не знаю. Пересечь Пустыню насквозь не удавалось еще никому.

Мы спустились в приграничный лес и распрощались с Ани и Лапулей, продолжившими свой бесполезный поиск. Миновали пару снов Пустыни: о нужности всего сущего и, кажется, о минимализме в обустройстве субкубического подпространства, и подошли к ее границе. Самой настоящей границе – с поперечнополосатыми столбами, табличкой «Осторожно, Первая Бесконтрольная!» и заставой из массивных ворот и крупной радужной Чувырлы.

– А вам нельзя, - радостно сообщила она, едва нас увидев. – Что-то вас, ребята, много. Разгулялись тут Бесконтрольные.