Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Шрифт:

277. «Май засветил в листве уже каштанов свечи…»

Май засветил в листве уже каштанов свечи, весна в цветах шумит в моем родном краю. Я так его люблю, что всё богатство речи не в силах передать к нему любовь мою. Любовь тревожную, любовь мою святую, для счастья и труда рожденную в бою. Весь в помыслах о ней — за землю я родную пронес через огонь всю молодость свою. О родина моя! Простор необозримый, и в небесах твоих стальные корабли… Ни с чем земли родной красоты не сравнимы, да и на свете нет другой такой земли! Сиянье звезд твоих вовеки не погаснет, а неба твоего нет глубже и синей. Родившись на земле, которой нет прекрасней, свой первый в жизни шаг мы сделали на ней. Бульвары городов и даль цветут весною, и песни соловьев несутся по садам… Как любящий твой сын, склоняясь пред тобою, я песню лучшую кладу к твоим ногам. 1956

278. «Иду и славлю новой песней…»

Иду и славлю новой песней тебя и вешние цветы, а каменщица — взгляд небесный — на Киев смотрит с высоты. Она родную Украину возвысит радостным трудом — кладет кирпич под небом синим, и вырастает новый дом. Куда бы взгляд ни устремился — в душе звучанье соловьев… И в песне образ милый слился с высоким образом ее… 1956

279. «Задумчив сад, цветы, аллеи…»

Задумчив сад, цветы, аллеи, но думы у меня одни: в подземной глубине яснеют шахтерских лампочек огни. Там капель звуки за живое заденут, как родная речь, как поступь тех, кто шел в забои, чтоб солнце Родине сберечь. Над заводскими корпусами там трубы стройные дымят, а под садами и полями шахтеров лампочки блестят. 1956

280. «Соловьиный голос, край мой соловьиный!..»

Соловьиный голос, край мой соловьиный!.. Вешний день шагает светлой Украиной. Не снежком, а цветом убрана сторонка, снова сердце бьется радостно и звонко. Ухожу я в рощу… Сторона родная, краше тебя в мире не найти, я знаю! Лучшего не встречу, о простор мой синий, чем весна на нашей милой Украине. Спят в росе фиалки, над рекой — туманы… В сердце светят очи, молоды, желанны… В птичьем щебетанье всё вокруг проснулось, и ко мне сегодня молодость вернулась. Ухожу я в рощу… И в простор стремится сердце молодое, что поет, как птица: вешний день шагает нашей Украиной… Соловьиный голос, край мой соловьиный! 1956

281. ЮНОШЕ

Шумит волна Днепра седого, по черным кручам бьет прибой. Прими мое живое слово, как заповедь, друг юный мой! Кто матери язык забудет, как сын неблагодарный, — тот сухой листве подобен будет, что ветер с дерева сорвет. О речь родная — «Рідна мова»,— тобой навеки я согрет! Мой друг, без языка родного и нашего народа нет. Взгляни! Идут сыны России, над ними солнце льет лучи. И, полная надежды, силы, их речь уверенно звучит. Она, как песня, землю будит. Надежда, сила их — Москва. И разве кто из них забудет родные русские слова?! Мой друг, мы с ними всё осилим — у нас единый к счастью путь. Так будь и ты как сын России и речь родную не забудь! Между 1956 и 1958

282. «Юность — друг чернобровый…»

Юность — друг чернобровый, — все поляны в цвету, я тебя на кленовом всё ж догнал на мосту. И невиданным светом ты мне душу зажгла. Хорошо, что ко мне ты в гости с песней пришла. <1957>

283. «Отгрохотал гигантов бой…»

Отгрохотал гигантов бой, и гром греметь устал. Стихи я в школе заводской товарищам читал. Но как всё это далеко — озера, камыши… Как звезды, очи земляков горят на дне души. Когда об этом вспомню я, то в сердце — снова май… Весна моя, весна моя, цвети, не отцветай! <1957>

284. «Выходит осень. В дымке светлой…»

Выходит осень. В дымке светлой, в лазури взгляд ее горит, и по садам под синим ветром багряный плащ ее шумит. Она печальные аллеи, где пало золото, метет. И тугогривый конь за нею на черном поводе идет. На травах иней, а не росы, недалеко уже до дня, как сядет осень, свесив косы, на черногривого коня. И взглянет грустно на аллеи, — в дыханье холода сады,— и вдаль поедет… А за нею снег заметет ее следы. <1957>

285. «Покой молчаливо-глубокий…»

Покой молчаливо-глубокий, где думам нет краю-конца, где лес загляделся высокий в заветные воды Донца. Поля и холмы меловые, сияющий красками дол всегда предо мной, как живые, хоть в город от них я ушел. Исполненный сладостной силы, на песенный вышел покос, но сердце навек сохранило Донца прибережный откос, и кручи, багряные кручи, и белые хатки кругом, да облик завода могучий, светящийся в лоне речном. И снится мне долгие годы березки родной силуэт… Всей Родине песни я отдал, но всё ж я донецкий поэт! <1957>

286. «Привиделась ты мне давно…»

Привиделась ты мне давно, запала ты в думы мои. Я море люблю, ведь оно похоже на очи твои. Я к солнцу раскрою окно, лучей пропуская рои… Я небо люблю, ведь оно похоже на очи твои. В цветущие вешние дни, когда запоют соловьи, люблю я фиалки — они похожи на очи твои. <1957>

287. «Под весенней зарей…»

Под весенней зарей вспомнил снова я, как ходила со мной разбедовая. Но другой ее стал звать любимою, и не я в паре встал с той дивчиною. Сердце зря я томлю болью ласковой, ведь теперь я люблю ленинградскую. День веселый такой! Пой, тальяночка, как сдружилась со мной россияночка! <1957>

288. ОРЫСЕ

Солнце стелет на полу дорожки. По утрам с улыбкой слышу я, как топочут маленькие ножки — прибегает внученька моя. Искрятся ребячие глазенки, словно ярких звездочек лучи. Голосок ее веселый, звонкий, как весенний ручеек, журчит. Девочка любимая, родная! Я волненья не могу унять. А она, ботинки поднимая, подает их прямо мне в кровать. Утром, лишь рассеются потемки, на душе становится светлей, потому что раздается громкий топот ножек в комнате моей. <1957>
Поделиться с друзьями: