Стихотворения
Шрифт:
* * *
Читали Бродского, потом трахались. Ляжем, и отнимутся ноги, прошлое, голова, и от алфавита останется единственная Ааа, из цифр — единица. Нет, фаллос скорее — минус. Отнятая у всех и вся, под тобой вскинусь подбородком, локтями, коленями — пятиконечно, пять раз кончив, окончательно утратив речь, но удвоенно слыша: мол, в матке влага утробы, в которую окунаешь, в прадетство окунуться чтобы, своего головастика — рабочий эскиз эмбриона. Я киваю всем телом… Потом снова читали Бродского. * * *
соски эрогенны чтоб было приятней кормить пупок эрогенен чтоб родину крепче любить ладони и пальцы чтоб радостней было творить язык эрогенен чтоб вынудить нас говорить * * *
Ночами за дверью моею избитые плачут слова — впускаю, за пазухой грею, убитого слова вдова… * * *
Положа ландыш на нотную бумагу, расшифрую каденцию соловья. Соловей — растение: он впитывает влагу и цветет, соловей да ландыш — одна семья. А я? А я в тисках алфавита — а — я, а мне сам брат — не брат, речью, как пуповиной, обвита и задушена. Дарвин, Дарвин, хочу назад! * * *
Поэзия: ложь во спасение идеи, что слово — бог, что легкое слово гения спасительно, как вдох ныряльщику, что колыбельная печальнейшей из панихид рули повернет корабельные и спящего воскресит. * * *
Если бы я знала морскую азбуку, я поняла бы, о чем клен машет листьями Если бы я знала азбуку глухонемых, я поняла бы, о чем клен машет ветками Если бы я знала азбуку Морзе, я поняла бы, о чем долдонит соловей на ветке клена среди листьев Если бы я все это поняла, я бы знала, зачем нужна азбука Кирилла и Мефодия * * *
Из песни не выкинешь песни. Слова же — хоть все до единого. Не перепишешь, хоть тресни, мир, пиша картину его. Доля моя, две ноты, начало Чижика-пыжика. Что же ты бьешься, что ты, бедное сердце, пыжишься? * * *
Творить? Ну что ты! — Створаживать подкисшее житие, житуху облагораживать, чтоб легче было ее любить. И любить ее, жирную, как желтый пасхальный творог… А ты мне про тайны надмирные. А ты мне — восстань, пророк… * * *
Ботинки должны быть похожими на коньки. Туфли должны быть похожими на балетки. Обновки должны быть, как письма с фронта, редки. Фасоны должны быть, как слово любви, редки. Однажды начав интонировать слово люблю по-разному, как Якубович рекламную паузу, вижу, как это слово стремится к нулю, и завидую Рихтеру, а еще больше — Нейгаузу. * * *
Была бы моя воля, я бы запрет употреблять одно слово в соседних фразах распространила на соседние страницы, главы, романы, месяцы, годы. Помолчи. Но ты повторяешься даже в молчанье. * * *
Разрежен воздух, но заряжен, размешан теми, кто поет, кто падает со скал и башен, раскрыв зонты высоких нот, кто в утлой лодочке ладоней везет большой тяжелый вдох, кто верный тон находит в стоне, от выдоха оставив ох… * * *
Жемчуга ловчиха, твоя строка не должна быть длиннее твоего нырка, но должна дотянуться рукой до дна, какой бы ни была глубина. За обе щеки О2 набери. Любые слова под водой — пузыри. Проповедуй рыбам, крести их водой, извиваясь, всплывай с ладонью пустой. * * *
Натюрморт: где стол был яств — гроб. Умеренно мертва, складываю про запас в рифму мертвые слова. Там, по ту сторону врат, в златоверхом граде том, все стихами говорят. Мертвым — мертвым языком. * * *
У нас до последней минуты растут волос и голос, и после последней минуты еще подрастает волос, а голос, вставши дыбом над телом, ставшим дыбой, плеснет уплывающей рыбой, блеснет улетающим дымом, * * *
Умирал — умер: чередование гласных в корне мира мер. * * *
Слово, где ово — яйцо, — это отказ в первородстве курице, это приказ мне не летать, а нестись… * * *
чашка на столе на клеенке на лужайке на солнце после дождя и не рифмовать * * *
Во мне погибла балерина. Во мне погибла героиня. Во мне погибла лесбиянка. Во мне погибла негритянка. Как много их во мне погибло! И только Пригов жив-здоров. * * *
Хочешь, чтобы тебя слушали? Чтобы к тебе прислушивались? Ловили каждое слово? Переглядывались — что он сказал? — Хочешь? — Иди в машинисты, води пригородные электрички, говори свысока, небрежно: Мичуринец, следующая Внуково. * * *
задаю вопрос чтобы сразу забыть ответ и повторить вопрос и не заметить что ответ изменился * * *
Не можешь писать — читай. Не можешь читать — пиши. Не можешь писать — пиши письма. Не можешь писать писем — читай вслух ребенку "Федорино горе". * * *
Поверхность мысли — слово. Поверхность слова — жест. Поверхность жеста — кожа. Поверхность кожи — дрожь. * * *
Еще никогда не сказано — уже отдает пошлостью. Еще никем не сказано — уже на цитату похоже. Что же скажу? Говори такое, что никто, никогда не скажет. Или чтобы никто не услышал. * * *
если есть чего желать значит будет о чем жалеть если есть о чем жалеть значит будет о чем вспомнить если будет о чем вспомнить значит не о чем было жалеть если не о чем было жалеть значит нечего было желать Поделиться с друзьями: