Старинные песни, забытые руны!Степные курганы, гуслярные струны!Далёкая быль!Давно пронеслись те года и походы,И всё принакрыли извечные воды,Ивняк да ковыль.И только лишь кто-то кричит и взывает:"По Дону гуляет, по Дону гуляетКазак молодой".И снова поёт пролетевшее Время —И светится Время, как лунное стремя,Над вечной Водой.И снятся мне травы, давно прожитые,И наши предтечи, совсем молодые,А Время поёт.И рвутся над нами забытые страсти,И гром раздирает вселенские снасти,А колокол бьёт!По Дону гуляет!.. По Дону гуляет!..А лунное Стремя звенит и сияет,А звёзды горят…Старинные песни! Забытые руны!Над кем же рокочут гуслярные струны?О чём говорят?Давно пронеслись те года и походы,И всё принакрыли извечные воды,Извечный Покой.А звёздное Время звенит и сияетИ снова над нами, свистя, пролетаетИ прыщет стрелой.
1973
"Не бездарна та планета,"
"Не бездарна та природа,
Не погиб ещё тот край.
(Н.А. Некрасов)
Не бездарна та планета,Не погиб ещё тот край.Если сделался поэтомДаже Тряпкин Николай.Даже Тряпкин НиколайХодит прямо к Богу в рай.И Господь ему за этоОтпускает каравай.Отпускает каравайИ кричит: "Стихи давай!А врагов твоих несчастныхЯ упрячу в гроб-сарай.И в твоём родном районеЯ скажу в любом дому:Дескать, Тряпкин — в пантеоне,Ставьте памятник ему.Заявляю, дескать, прямо —И с того, мол, и с сего:Для таких не жалко храма,Пойте песенки его.Ты же, Тряпкин Николай,Заходи почаще в рай.Только песенки плохиеТы смотри не издавай.А не сделаешь такого,Я скажу, мол: "Ах ты, вошь!"И к Сергею МихалковуВ домработники пойдёшь.
1973
А на земле мазурики
А на земле мазурикиживут себе, живут.И дочек в щёчку чмокаюти замуж выдают.И всё у них, мазуриков,исправно как всегда:И Лермонтов под пулею,и должность хоть куда.Живут они при дьяволах,при ангелах живут,И всё кругом при случаекак липку обдерут.А ты, вояка, праведник,ну кто ты есть такой?Гуляешь, новый Лермонтов,голодный и босой.И каждый усмехается:дурак ты, мол, дуракпророки все наказаны,и всё теперь не так.
"Завершились военные споры, "
Завершились военные споры,Перестали тревогу трубить…У какой-то мудрёной конторыЯ взялся огурцы сторожить.Не давал я в те дни «сабантуя»И не фабрил гвардейских усов.И вернулся я к миру вчистуюИз далёких уральских лесов.Походил я в разливы по сплавам,А в морозы кряжи кряжевал.Не пышна, разумеется, слава,Да ведь тоже — победу ковал.Далеко ещё отчая хата.Да и что там? Репей над бугром…Ну, а тут — и приют, и зарплата,Огурцы и картошка притом.Знай всё лето наигрывай в дудку,Да чтоб вор не забрался в гряду!И построил я строгую будкуУ хозяйства всего на виду.Что за будка! Из новой фанеры.И флажок наверху — огоньком.И всю ночь многозвёздные сферыГоворили со мной о своём.Говорили, и пели, и плыли,А за речкой скрипел коростель.И тогда потихоньку не ты лиНа мою приходила свирель?И садилась к дымку понемножку,Доставала какой-то чурек.И такую пекли мы картошку,Что иным не приснится вовек!И такие там песенки спеты,И такой отвечал коростель!..Дорогая! Красивая! Где ты?И какою ты стала теперь?
1966
"За синие своды,"
За синие своды,За вешние водыЗовут меня детские сказки природы,На белую гору, к метельному бору,Отвесить поклон старику Зимогору.И северный дед, убелённый снегами,Кудлатый, как бор, залопочет губами,Читая берложьи священные Веды,Усевшись на пень для высокой беседы.Сосновые своды, глухие проходы…Я слушаю тайную флейту природы,Иду через дрёмы, очнуться не смея,К прогалинам детства, в страну Берендея,На красные горы, в певучие боры,Где тучи с громами ведут разговоры,Где сосны и ели вздыхают о ЛелеИ ждут заревой ворожейной свирели.И старый медведь, умудрённый годами,Там ходит с клюкой, оснащённой суками,Храня заповедники Звука и СловаОт страшного зверя и глаза лихого.Проносятся тучи, проносятся годы,Меняются земли, меняются воды.А я эти тропы, и вздохи, и стукиДержу на примете, беру на поруки,А я эти песни, рожки и свирелиХотел бы оставить в родной колыбели,Где красные горы, где шумные боры,Где я на дулейке искал переборыИ слушал земли заповедные Веды,Садясь на пенёк для высокой беседы…
1957
"А ты проснись на рубеже какой-то смутной веры "
А ты проснись на рубеже какой-то смутной верыА ты стряхни с себя всю пыль, осевшую вчера.Пускай на полке у тебя Вольтеры и Гомеры,А ты впервые видишь дым пастушьего костра.А ты впервые услыхал: звенят под влагой косы,А ты впервые уловил: остёр на вкус щавель.Земля извечно молода и зори вечно босы,И вечно пляшут мотыльки под детскую свирель.Пускай тут были до тебя касоги и шумеры.Пускай ложатся пред тобой смирившиеся львы.А ты проснись на рубеже какой-то смутной веры,А ты услышь подземный рост кореньев и травы.
СТАНСЫ
Темнеет кровь. Идут года.Растут деревья. Зреют думы.Всё больше внятны, как вода,В душе неведомые шумы.Меня зовёт вечерний плёсИ тишина в осеннем поле.И к тайным шёпотам берёзДуша стремится поневоле.Я вижу мрак и вижу свет,Иду к стогам в родных долинах,И голос тех, кого уж нет,Я слышу в криках журавлиных.О тополь мой, весенний мой!Ты прошумел с грозой и пухом,И со всемирною войной,И со всемирною разрухой.А жизнь бежит, меняет нрав.И вот, свалив шальные воды,Река идёт с настоем травИ с мудрым светом небосвода.Я засеваю отчий долИ строю избы на излуке.И брат пришёл и не нашёлТого, что бросил в час разлуки.А мне легко, легко до слёз.А мне так радостно до боли,Что я рождён, как тот овёс,Дышать дымком родного поля!Кладу по снегу первый след,Встречаю праздник ледоходаИ в смене зим, и в смене летЧитаю исповедь природы.И там, над дедовским ручьём,Шумит знакомая осока.И я, как лебедь, бью крыломУ заповедного истока.
1986
ИСЦЕЛЕНИЕ МУРОМЦА
Ах ты горькая доля, зловредный удел,Избяная колода!Тридцать лет я, ребята, без сил просиделДа ещё вот три года.За мою ли вину, за чужие ль грехиПриключилось такое?Не могу раздавить ни клопа, ни блохиНи рукой, ни ногою.Допивайте же всё, что на этом столе,Гусляры-скоморохи!В Карачарове нашем, в дородном селе,Угощенья неплохи.Да ударьте ещё по своим по струнам,Чтобы крепче задело!Разбегается жар по моим по кровям,Оживает всё тело.Посмотрите, как землю весенним тепломРаспекло, разморило.Это машет в полях огневым помеломЖивотворец Ярило.Посмотрите, как сыплют зерно мужичкиВ золотое лукошко.Что же мне-то всё слушать, как свирчут сверчки,Да глядеть из окошка?Исходили вы тыщи привольных путейПо Руси и по Чуди.Мне бы чуточку пыли от ваших лаптей,Разлюбезные люди.Что же! Дуньте, посыпьте моё чёрный кусокПри напутственном слове,Чтобы сила пошла, как весенний поток,По Илюхиной крови.Да ударьте, ребята, ещё по струнам —Это верное дело.Разбегается жар по рукам, по ногам.Оживает всё тело.И махну же я, братцы, на добром конеЧерез гривы курганов!И помну я врагов по родной стороне,Как печных тараканов!
1958
"Кто с нами за вешние плуги? "
Кто с нами за вешние плуги?Кто с нами?Кто с нами да к ясному солнцу?Кто с нами?Кто с нами разуется в поле?Кто с нами?Кто с нами по рыхлой земельке?Кто с нами?Кто с нами за вольную песню?Кто с нами?Кто с нами за русское слово?Кто с нами?Кто с нами засеивать пашню?Кто с нами?Кто с нами на добрую славу?Кто с нами?
1966
"Где-то есть космодромы, "
Где-то есть космодромы,Где-то есть космодромы.И над миром проходят всесветные громы.И, внезапно издав ураганные гамы,Улетают с земли эти странные храмы,Эти грозные стрелы из дыма и звука,Что спускаются кем-то с какого-то лука,И вонзаются прямо в колпак мирозданья,И рождаются в сердце иные сказанья:А всё это Земля, мол, великая ГеяПосылает на небо огонь Прометея,Ибо жизнь там темней забайкальского леса:Даже в грамоте школьной никто ни бельмеса.А в печах в это время у нас в деревнюшкеЗавывают, как ведьмы, чугунные вьюшки,И в ночи, преисполненной странного света,Загорается печь, как живое магнето.И гашу я невольно огонь папироски,И какие-то в сердце ловлю отголоски,И скорее иду за прогон, к раздорожью,Где какие-то спектры играют над рожью,А вокруг силовые грохочут органы…И стою за бугром, у знакомой поляны,А в душе, уловляющей что-то и где-то,Голубым огоньком зацветает магнето…И, внезапно издав ураганные гамы,Вдруг шибается небо в оконные рамы,И летят кувырком с косяками и цвельюЭти все пошехонские наши изделья.А вокруг, испуская всё то же свеченье,Как штыки, стояком замирают растенья.И дрожат, как в ознобе, подъемные краны,А в полях силовые грохочут органы.И старушки в очках, те, что учат по книжкам,Говорят из-за парты вскочившим детишкам:А всё это Земля, мол, великая ГеяПосылает на небо огонь Прометея —Эти грозные стрелы из грома и света…Успокойтесь, родные.И помните это.
1966
"У смеркшего дня, у стихающих кринов — "
У смеркшего дня, у стихающих кринов —Загадочный запах осенних овинов —У смеркшего дня.И в древнем чаду залегли огороды,И стелется дым из-под каждой колоды —У смеркшего дня.Скорее за пазуху — соль да ковригуДа прямо к старухе — в знакомую ригу,У смеркшего дня!И всё там космато, в той жаркой берлоге,А старая ведьма сидит на пороге —У смеркшего дня.И всё там над печкой в старинном порядке:Заглохли в дыму прокопченные грядки, —У смеркшего дня.А сверху, как пращуров тайная свита,Уселось верхом головастое жито, —У смеркшего дня.Скорей же пристройся на дымном пороге!..Да что же там шепчут овинные боги —У смеркшего дня?!Какие там скачут в углах пересветы?Какие тут сны проводами пропеты —У смеркшего дня?Давай же раскроем Глубинные КнигиНа чёрном пороге дымящейся риги,У дедовских рек!Покуда у сердца хватает старанья,Покуда хотим заповедного знанья,А ты — человек!..У смеркшего дня, у знакомых овиновЗаливисты нынче гудки лимузинов —У смеркшего дня…И только в душе глуховато немножко,И где-то пропала знакомая стёжка —У смеркшего дня!