Стихотворения
Шрифт:
Сами хотим мы во всем разобраться,
Пусть уж потом разбираются в нас.
Мы плывем в океане от мыса Надежды
В море Верности, в порт Ожидающих Глаз.
Паруса залатаем и снова, как прежде, -
В голубой океан - не отыщите нас.
Лежит море Правды за дымкой тумана,
Достичь моря Ясности нам нелегко,
Но будет нам совесть в пути капитаном
И будет нам честность в пути маяком.
Ветра всех широт в парусах пусть играют,
Но мы не войдем в воды мелких морей.
И в мутных заливах покоя и рая
Нам никогда не бросать якорей.
ПОСВЯЩЕНИЕ ВОЗНЕСЕНСКОМУ
Над Россией летят облака,
Ах, остаться на Севере заживо.
Я не знаю, какая рука
Написала такие пейзажи.
У каррарских мраморей
Мы живем однажды
Вознеси меня, Андрей,
Вознеси меня, Андрей
Над моею жаждой.
Над моею жаждой.
Нам природа открыла ликбез,
Так сочтемся любовью и славою.
В бледно-синей кастрюле небес
Птичья стая чаинками плавает.
У рублевских звонарей
Мы с тобой встречались.
Вознеси меня, Андрей,
Вознеси меня, Андрей,
Над моей печалью.
Над моей печалью.
На просторах таких, даже тут
Мало места для правды и боли.
Слава богу, поэты живут
В наше время немного поболе.
Знаю, распятый еврей
Говорил с тобою.
Вознеси меня, Андрей,
Вознеси меня, Андрей,
Над моей судьбою.
Над моей судьбою.
ПОСВЯЩЕНИЕ ВЫСОЦКОМУ
Мне приснился Владимир Высоцкий
как пророк, как щемящая суть.
И пронзил он надрывом высоким
мою мерно дышащую грудь.
Словно тысячи тысяч оркестров
разодрали мелодии плоть.
Миллионы нещадных маэстро
стали палочкой сердце колоть.
Будто бич резал напропалую
этот ритм, что у пульса в плену,
оплеухи нужней поцелуев,
поцелуям мы знаем цену.
И слова зазвучат, как клекот
пораженного насмерть орла,
полоснули до горла от легких,
и ворочалась совесть и жгла.
Я увидел, как он изначален,
облекая в простые слова
наши муки и смех, и печали,
как повинна его голова.
Приоткрыл он понятья и вещи,
что казались яснее всего,
несчастливый становится вещим -
это счастье для паствы его.
А за мужеством, как не усердствуй,
проступает печалью дыша
уязвимое нежное сердце,
и трепещет живая душа.
Если падает бард и скиталец,
пораженный глаголом "успех",
то все ложи пока свои пальцы
поднимают с улыбками вверх.
И явилось мне как откровенье
эта мысль, что подспудно жила:
счастье есть не в удовлетвореньи,
а в способности страстно желать.
На подмостках судьбы и театра
исступленно хрипит на весь свет
осужденный на жизнь гладиатор,
обреченный на вечность поэт.
ПОСВЯЩЕНИЕ МОЛОДОМУ БАРДУ
Путь от грусти до веселья
Скор и не тернист,
Но страшись всегда похмелья,
Милый гитарист.
Мало ли, что струны знают,
Ты же знай одно:
Поступает вольно с нами
Славное вино!
Не спеши попасть в неволю,
Не гони свой срок.
Поступают с нами больно
Женщины, дружок!
Пусть несет твоя гитара
Грусть и радость им...
А поэт - кому он пара?
Он не приручим.
Ну, а если уж попалось
Сердце в западню,
Пожалей об этом малость,
И ступай ко дну.
С этих пор твоя гитара
Будет петь о ней,
Но учти, что тратишь даром
Ты монеты дней!
Для одной не сложишь песню,
не споешь куплет.
Для поэта интересен
Только целый свет.
А споешь - все будет ложью
под твоей струной.
Только всех любить ты можешь,
или ни одной!
ПОСВЯЩЕНИЕ ОКУДЖАВЕ
В белом смокинге и в кружевах жабо,
Не философ, и тем более не бард,
На лице - ни скорби мира, ни забот,
Ничего нет, кроме рта и бакенбард.
Ну а Вы, Вы молчите, маэстро,
Неужели Вы бросили крест?
И у пульта пустует место,
И без Вас замолчал оркестр.
И без Вас замолчал оркестр.
Ах, не любим мы командовать людьми,
Нам бы в летние луга - траву косить.