Чтение онлайн

Улыбка Тарли расширилась от веселья, в то время как глаза Ника метнулись к ней. Он не мог позволить своему гневу дать ей триумф. Его рука отодвинулась от стула Самары, чтобы вместо этого взять её руку, когда он повернулся, чтобы уделить ей внимание. Это был не просто акт; он почувствовал её скованность в её прикосновении и стремился облегчить её напряжение под пристальным вниманием стольких королевских особ. Самара была единственной другой, кто мог почувствовать и определить эмоции между ним и Торией.

«Всё прошло хорошо, Ваше Величество», — ответила она, выпрямляясь. Было облегчением наблюдать, как её уверенность растёт, чтобы играть свою роль.

«Нет нужды в титуле», — заверила её Тория.

«Вы не были столь конкретны насчёт длительности вашего пребывания, Никалиас». Голос Варласа донёсся вдоль стола.

Ник придал лицу невозмутимое выражение, раздражённый необходимостью общаться с кем-либо ещё, пока его эмоции истончались до предела. «Всего неделю. Мы с нетерпением ждём празднеств солнцестояния, но больше всего я приехал, чтобы лично обсудить предложение по этому союзу». Ник скользнул взглядом на Торию, надеясь прочесть вину или по крайней мере признание его следующими словами. «Письма заняли бы слишком много времени, и я полагаю, счастливая пара не захочет откладывать свой союз». Он хотел подтвердить, что Тория получала его письма и решила их игнорировать. Он боролся с нарастанием пульса, потому что, когда она не показала никакой реакции, он задался вопросом, была ли она настолько увлечена Тарли, чтобы заботиться, или она вообще их не видела. Последнее было легче для его сердца, но это также посеяло первое зёрнышко страха в Олмстоуне, если она не получила ни одного.

Он отложил это на сейчас, нуждаясь услышать это от неё, чтобы быть уверенным.

Ник объявил: «У меня есть подарок». Он подозвал одного из своих стражников, который подошёл, представляя небольшую шкатулку. Ник встал, и она была открыта, когда он это делал. Он достал из неё, чтобы явить миру прекрасный, изящный браслет, камень с непрозрачной поверхностью, казалось, ловящий тени, украшающие центр. «Для моей воспитанницы — подарок на помолвку. Надеюсь, вы примете это как мои горячие поздравления». Ладонь Ника повернулась к ней. «Можно?»

Тория моргнула, ошеломлённая жестом. Он воздержался от реакции на взгляд, который она бросила Тарли, и кивок, который тот дал в ответ, словно ей нужно разрешение. Тория встала, её ладонь скользнула в его, и её едва слышный вздох был музыкальной нотой. Ник на мгновение забыл, где они

находятся, когда их взгляды соединились, словно они были единственными двумя в комнате. Затем он был медленным, осторожным, закрепляя браслет на её запястье и задерживаясь на секунду дольше, чтобы подтолкнуть границу допустимого под предлогом формальности.

«Это прекрасно», — сказала Тория. Разрыв их взгляда ощущался, как удар реальности в их нынешней компании. «Спасибо, Ваше Величество». Титул, который она использовала, лёг неправильно, формальное принятие и не более того. Тория едва мелькнула улыбкой, прежде чем снова села.

Ник не мог поддаться печали, начавшей подниматься в его пустом желудке. У него была роль, которая всегда требовала подавления всего человеческого и реального. Он расправил плечи, натянул высокомерную улыбку и перевёл внимание на дальний конец стола, снова занимая своё место. «Я с нетерпением жду, чтобы попробовать летние празднества солнцестояния в Олмстоуне. Самара и я были очень взволнованы, когда пришло приглашение». Ему нужно было сменить тему, чтобы отвлечься от желания обойти стол, чтобы добраться до неё. Подарив ей браслет, он вдохновил что-то печальное и задумчивое в Тории, и его потребность утешить её, хотя никто другой не мог уловить её перемену, была губительной, когда он ничего не мог сделать.

Варлас кивнул с восторгом при упоминании. «Я рад, что вы смогли присутствовать. После бала я с нетерпением жду наших встреч за день до вашего отъезда, чтобы завершить переговоры до того, как этот брак состоится. Это приятно ускорит дело, ваше личное присутствие здесь».

«Как и мои мысли». Согласие Ника было напряжённым, когда он откинулся на стуле и потянулся за напитком, скользя взглядом на Торию. «Зачем терять время, когда кажется, мы все согласны сделать это окончательно». Он задался вопросом, ощущалась ли боль в его груди в изоляции, когда он читал эти карие глаза, всматриваясь гораздо глубже с тоской уловить любой намёк, что это не её воля. Брак — его сердце сжалось от медленного осознания, что он уже запущен. Его пара сидела перед ним и в идеальной досягаемости для того, чтобы он мог заявить права, но ему придётся наблюдать, как она выйдет замуж за другого, и с этим фактом...

Обратный отсчёт до освобождения её раз и навсегда утяжелял время, как якорь, тянущий ко дну. Предвкушение того, как всё это может закончиться.

«Нет, мы бы не хотели его откладывать», — тихо согласилась она.

ГЛАВА 33

Тория

ШАНСЫ ПОБЫТЬ наедине с Ником были малы. Они не будут полностью одни. И с тем, что она должна была сказать ему, она

не могла рисковать подслушивающими ушами. Как стражи, стоящие за её дверью прямо сейчас.

Была глубокая ночь, и Тория прилагала усилия, чтобы её беспокойная ходьба оставалась бесшумной. Было только одно место, которое она обнаружила безопасным, и оно имело дополнительное преимущество быть широким и открытым достаточно, чтобы усмирить её бушующие мысли.

Тория взбиралась на крыши без раздумий. Единственной причиной, по которой она ждала так долго, была её попытка придумать другой способ добраться до Ника. Она не знала, какую комнату он занимает, и это было бы непростой задачей выяснить при постоянно меняющихся воздушных потоках вокруг них всех. Даже тогда Тория не решалась, не уверенная, сможет ли она выдержать то, что могло всплыть, если бы она нашла Ника и Самару в одной постели. Душевную боль. Ревность. Она отчаянно стряхнула мысленный образ и отвратительные чувства, которые он вызывал, на которые у неё не было права. Это следовало ожидать, полагала она, хотя она и Тарли не делили комнату. На мгновение её передернуло при мысли, что это могут предложить как способ поддержания их маскировки.

Тория сдалась, даже не попытавшись разведать комнаты Ника. Она не могла вынести этого. Но напряжение не было потрачено зря, так как помогло снять часть её накопившегося возбуждения и выпустить постоянное облако печали. Она закрыла глаза от воя ветра, наслаждаясь сопротивлением

её тела особенно сильным потокам. Это было блаженство и свобода, спутывающиеся в её волосах, пробуждающие её магию, которая согревала кожу от холода. На её губах возникла маленькая улыбка, оставляя её чувство невесомости разумом и телом.

Инстинктивно Тория выхватила свой посох, быстро расширив его до среднего размера для ближнего боя с присутствием, прибывшим намеренно скрытно позади неё. Развернувшись, она не замедлила опустить его на вторгшегося, но он был остановлен твёрдой хваткой.

Изумрудные глаза моргнули на неё в удивлении, и глубокий хмурый взгляд Тории сменился её собственным ошеломлённым выражением.

«Что ты здесь делаешь?» — потребовала она на вздохе облегчения.

Недоумение сморщило бровь Ника. «У меня сложилось впечатление, что ты искала меня».

Она искала, только она не могла понять, как он это знал. Или что она была здесь. «Кто-нибудь видел тебя?»

Он усмехнулся, отпуская её посох. «У меня может и нет твоих способностей, но я умею быть тихим и избегать обнаружения».

Тория сдержала ответную реплику. «А твоя невеста?»

Медленная ухмылка пробралась на одну сторону его рта, и Тория тут же прокляла свой тон, который дал ублюдку впечатление, что ей не всё равно. «Ты звучишь ревниво. Интересно, как твой собственный жених отнёсся бы к этому».