Чтение онлайн

— Я нормально с этим справляюсь.

— Но…

— Мы закончили? Мне нужно рано вставать, чтобы еще поработать волонтером, — говорю я с ложным волнением.

Когда она опускает глаза, меня охватывает чувство вины, и я испытываю желание заполнить напряженную тишину. Саммер собирает свои вещи и выходит из кабинета так быстро, что я едва успеваю подумать. Я выхожу вслед за ней, она быстро прощается, когда тяжелые двери закрываются за нами, и уходит в противоположном направлении. Холодный воздух ударяет мне в лицо, когда я накидываю куртку и разглядываю ее непрактичный наряд. Ее полусухие леггинсы и тонкий свитер не предназначены для января в Коннектикуте.

— Где твоя машина? — спрашиваю я ее.

— Я хожу пешком. Мое общежитие вон там, — она показывает в сторону здания, расположенного ближе всех к кампусу.

— Я тебя подвезу.

— Все в порядке, — говорит она, пытаясь укротить свои длинные каштановые волосы, которые развеваются на ветру.

— Позволь мне тебя подвезти.

Она смотрит на меня.

Я смотрю на нее.

Когда кажется, что она предпочла бы остаться здесь и замерзнуть под холодным ветром, я смягчаю свой взгляд.

— Пожалуйста? — я почти не узнаю свой голос, но эта девушка чертовски упряма, и я не хочу, чтобы она гуляла одна так поздно.

Она уступает и идет за мной к машине.

— Это что, стандартная машина для качков?

Щелкнув кнопкой, черный F-450 вспыхивает фарами.

— Я вижу, ты фанатка хоккейных стереотипов.

— Больше похоже на эмпирическое доказательство. Все, что тебе сейчас нужно, – это плейлист в стиле кантри, чтобы закрепить мои стереотипы.

Я открываю дверь и пытаюсь помочь ей сесть, положив руку на талию, но она отмахивается, чтобы самой забраться внутрь. Садясь на свое место, я включаю обогреватель и подогрев сидений для ее мокрых леггинсов. Когда мой Bluetooth подключается, играет первая песня, и, к моему удовольствию, она в стиле кантри.

Она неожиданно смеется, заставляя меня посмотреть на нее, чтобы полностью уловить этот звук. Я думал, что смех Саммер Престон – это последнее, что я когда-либо услышу. Весь вечер я пытался рассмешить ее, и ничего, даже улыбки не было. Но теперь, когда я знаю, как звучит ее смех, я хочу услышать его снова.

Она хмуро оглядывает мою машину.

— Здесь хорошо пахнет.

— Ты обычно ездишь в вонючих машинах?

— Нет, я просто имею в виду, что твое снаряжение, вероятно, находится где-то здесь.

Я покачал головой.

— Оно в багажнике. Не могу допустить, чтобы мое заднее сиденье плохо пахло.

Она фыркнула. Не совсем смех, но довольно близко.

— Ты встречалась с хоккеистом или что-то в этом роде? — спрашиваю я, выезжая на дорогу.

Она смотрит в окно.

— Или что-то в этом роде.

Бывший парень. Очевидно, что ее неприязнь к этому виду спорта вызвана неудачным опытом отношений. Это не может быть только потому, что я ей не нравлюсь.

Остаток пути мы ехали молча, пока я не подъехал к ее общежитию. Она выходит из машины и мчится к входу, прежде чем я успеваю проводить ее. Я наблюдаю за тем, как она заходит внутрь, когда на центральной консоли пищит мой телефон, и я немедленно отвечаю. Пропустить звонок от Эдит Кроуфорд – это не то положение, в котором хочется оказаться.

— Привет, бабушка.

— Ты получил мою посылку? Я попросила Эрика отправить ее по почте, — говорит она.

— Да, всем ребятам они понравились. Я пришлю тебе фотографии.

Она связала свитера для всей команды и не слушала никого, даже свои больные артритом руки, когда последние несколько месяцев провела за вязанием. Она говорила, что это дает ей возможность сосредоточиться на чем-то другом, кроме их бизнеса с закусочной.

Я давно не навещал родной Провиденс, но мои бабушка и дедушка понимают, что мой график настолько плотный, что у меня почти не остается времени на то, чтобы выйти на воздух. Просить их приехать на игры мне кажется неправильным, тем более что им сложно планировать работу своего кафе.

В последний раз, когда на трибунах была моя семья, мне было тринадцать лет, и оба моих родителя пришли на игру. Я помню это ощущение, как будто это было вчера. Я был полон радости, и это была одна из лучших игр в моей жизни. Настолько лучшей, что меня взяли в главную юниорскую команду как игрока младше пятнадцати лет. Это была последняя игра, на которой присутствовали мои родители, и, хотя трибуны заполнены кричащими болельщиками с моим номером, я никогда не чувствовал себя так, как раньше. И думаю, что никогда больше не почувствую.

— Ладно, я просто хотела спросить. Ты приедешь домой на каникулы?

Весенние каникулы казались такими далекими, что я даже не задумывался об этом. Единственное, о чем я думаю, – это о том, чтобы мы попали на турнирные конференции и никого не выгнали, не отстранили и не отправили на испытательный срок. А это сложнее, чем кажется, когда ребята делают глупости.

— Да, приеду.

— Было бы неплохо, если бы ты как-нибудь привел гостью.

Моя бабушка не отличается изворотливостью в своих вопросах, поэтому я знаю, что она хочет услышать. Последние два года она приставала ко мне с вопросами о девушке, говоря, что она стареет и мне следует использовать свою внешность для чего-то другого кроме баловства.

— Буду только я. Но я сообщу тебе, если что-то изменится.

— Знаешь, мы бы хотели быть достаточно подготовленными, чтобы общаться с девушкой, которую ты приведешь домой.

Они любят разыгрывать карту старости, хотя это самые энергичные семидесятилетние люди, которых я знаю. Если бы не замена коленного сустава у моего дедушки, они бы уже были в горах.

— Я уверен, что вы оба будете такими же энергичными, когда наступит этот день, — не в ближайшее время, потому что о девушке я никогда не думал, а приводить ее домой – это не то, к чему я готов. Случайные связи – единственное, чем я могу довольствоваться в течение сезона, но теперь и это кажется невозможным.

— Как дела с хоккеем?

— Хорошо. Завтра я тренирую команду мини-хоккеистов, — я опускаю, что это не по моей воле.

— Знаешь, когда ты был маленьким, твой папа был волонтером, заодно помогал присматривать за тобой.

Я смеюсь.

— Наверное, поэтому сейчас я не так часто участвую в драках.

— Пусть так и будет, мне не нужно, чтобы ты потерял зубы, — сурово говорит она. — Ну что ж, я тебя отпускаю. В следующий раз позвони мне с какими-нибудь интересными новостями. С тобой скучно.

— У меня много интересных историй, бабушка.

Она хмыкает.

— Думаю, тебе не нужно их мне рассказывать. Одному Богу известно, чем вы, студенты, сейчас занимаетесь.

— Не я. Я ангел.

— Не сомневаюсь. Спокойной ночи, детка.

— Спокойной ночи, бабушка.

Глава 7

Саммер

Это надежно.

Именно эти слова я сказала своему терапевту, прежде чем она изложила мне длинный список причин, по которым моя самопровозглашенная «надежная» формула является крайне вредной.