Чтение онлайн

Я не усвоила этот урок, потому что моим спутником на выпускном стал другой хоккеист. Он был популярным и сексуальным, поэтому я согласилась, как любая нормальная девочка-подросток. После вечеринки мы оказались в отеле, и я была готова потерять девственность в ту ночь. Но слова, слетевшие с его уст, иссушили меня, как пустыню.

— Не могу поверить, что трахну дочь Лукаса Престона, — это было так отвратительно, что я схватила свое платье и убралась оттуда.

Так что можно сказать, что хоккеисты пропали с моего рада. Полностью.

Но когда Эйден Кроуфорд стоит на моей кухне со своей убийственной улыбкой и сияющими зелеными глазами, я чувствую искушение нарушить эту клятву. Я бросаю ключи на стойку, наблюдая за тем, как он ставит кастрюлю на сушилку. Картина настолько домашняя, что мне хочется ущипнуть себя.

— Как быстро, — говорит он, вытирая руки полотенцем для посуды.

Мое внимание привлекает дымящаяся чашка на стойке.

— Что это?

— Для тебя.

Я заглядываю в нее.

— Ты… приготовил мне чай?

— Ты сказала, что пьешь чай два раза в день, если имеешь дело со мной, а я уже был здесь, — он пожимает плечами, и эта беззаботность сбивает меня с толку. — Не знал, какой тебе нравится, но этот я не открывал, — он поднимает зеленую жестяную банку, и мое сердце замирает.

Я выхватываю ее у него и ставлю обратно в шкаф.

— Не трогай.

Он застывает на месте.

— Ты в порядке?

— В порядке.

— В порядке? — недоверчиво спрашивает он. — Ты меня чуть не растерзала.

Эйден ждет объяснений, и мои плечи напрягаются.

— Мой папа купил мне его в магазине в Чикаго, когда ездил туда по работе. Он мой любимый, и это последняя оставшаяся у меня коробка.

Чтобы избежать мягкого взгляда его глаз и сочувственного кивка, я подношу чашку к губам и делаю глоток. Удивительно, как я сдерживаю звук, который хочет вырваться наружу, когда вкус попадает мне на язык. Сильный аромат корицы и избыток меда покрывают мой язык горькой смесью. Но почему-то, возможно, потому, что он выглядел таким милым, оказывая простую услугу, я не могу заставить себя ничего сказать.

Он сделал мне чай.

Лесные зеленые глаза наблюдают за мной.

— Вкусно?

— Это… это… да. Вкусно.

Его глаза мерцают, и кривая улыбка вызывает что-то в моей груди, прежде чем она начинает гореть. Хотя, возможно, это из-за ложки корицы, которую я только что проглотила. С зудом в горле я опускаю чашку.

— Я пойду переоденусь. Сейчас вернусь.

Я только успела надеть толстовку, как меня выдернули из комнаты. Эйден стоит у стойки, в руке моя чашка, а на лице выражение недоверия.

— Он отвратителен, — с кислым лицом он ставит чашку в раковину. — Хорошо, что я уже заказал тебе нормальный чай и еду.

— Тебе не нужно было этого делать. Все было не так уж и плохо.

— Саммер, все было настолько плохо, что ты была со мной милой. Это говорит мне обо всем, что мне нужно знать.

— Эй! Я могу быть милой, — его колючий взгляд злит меня. — Ты здесь только потому, что я была добра, дав тебе шанс.

— Да, после того как я умолял тебя.

— И это ты называешь «умолял»?

Он ухмыляется, слишком заинтригованный.

— Хочешь научить меня? Может быть, с этими наручниками…

— Они не для того, о чем ты думаешь.

Он кивает с подавленной улыбкой. Когда его телефон зазвонил, он вытащил его.

— Еда приехала.

После еды я отдаю ему самооценку. Чем быстрее он ее сделает, тем быстрее я смогу написать свой анализ.

— Ты закончил? — в моем тоне сквозит нетерпение.

— Почти. Я хочу убедиться, что все сделал правильно.

— На самом деле это не так уж и сложно.

Проходит немного времени, прежде чем он вздыхает, и его теплая рука останавливает беспокойные движения моей подпрыгивающей ноги.

— Саммер, что происходит?

— Что ты имеешь в виду? — мой возмущенный взгляд заставляет его пристально посмотреть на меня.

— Я имею в виду, что ты нервничаешь и у тебя такой отрешенный взгляд, как будто ты переживаешь из-за миллиона вещей.

— Ничего страшного. Мы можем просто закончить?

Он откидывается назад и скрещивает руки.

— Нет.

— Нет? — неужели он не видит, как близко я к тому, чтобы задушить кого-нибудь? — Сейчас не самое подходящее время для того, чтобы испытывать меня, Кроуфорд.

Я сжимаю челюсть, наблюдая, как его взгляд медленно оценивает мое лицо.

— Скажи, что не так?

— Ты же в курсе, что ты не мой капитан, верно? Вся эта требовательность на меня не подействует.

Он наклоняется, съедая мое личное пространство.

— Действительно?

В его глазах ясно читается вызов, но я подчиняюсь.

— Лэнгстон сказала, что моя работа нуждается в доработке, поэтому я переделываю ее целиком, вместе с разделом о методах, потому что Донни считает, что он пресноват.

— Ты такая же умная, как Донни. Даже умнее. Почему его мнение имеет значение?

Эйден не старается скрывать свою неприязнь к Донни. И как бы я ни относилась к нему, я настолько привыкла к мнению Донни, что не могу представить себе, как можно сделать шаг без него.

— Потому что он знает, что делает. Кроме того, нас только трое, имеющих право на участие в кооперативе – Донни, Шеннон и я. Я – его конкурентка, но он все равно готов помочь. Я должна быть благодарна ему за это.

Эйден ничего не комментирует, только качает головой.

— Хорошо, давай я тоже помогу тебе. У тебя еще есть несколько недель, и я могу почитать твою работу.

Я тупо смотрю на него.

— Без обид, но что ты знаешь об исследованиях по психологии?

— Ничего, учитывая, что я изучаю экономику, но иногда лишнее мнение может помочь.