Чтение онлайн

Ее взгляд не сдвинулся.

— Смешно.

— Никаких колкостей? Ты хорошо себя чувствуешь? — я подношу тыльную сторону ладони, чтобы коснуться ее лба, но она отталкивает ее. — Если это поможет, он чувствует себя очень плохо из-за того, что уронил тебя.

— Я его не виню. Я, наверное, тяжелее, чем он ожидал, — говорит она. — Но уронить меня на глазах у всех этих людей? Это прям прекрасно для женского самолюбия.

— Это больше говорит о его силе, чем о твоем весе. Мы оба знаем, как легко я могу тебя поднять.

Напоминание о том, как я держал ее тело в своих ладонях, танцует в воздухе между нами.

Ее взгляд мерцает, прежде чем она опускает его.

— Ты оставил свою партнершу?

— Амелия – красивая девушка, но будет лучше, если мы расстанемся, — резко говорю я.

— Почему? Ты все время с ней флиртовал.

Магнетическая сила Саммер неосознанно притягивает меня на шаг ближе.

— Следила за мной, да?

— Трудно игнорировать эту ослепительную ухмылку придурка.

— Ты действительно подпитываешь мое эго.

— Это цель всей моей жизни.

— Разве ты не должна быть милой? Ты создаешь плохую репутацию канадцам, — сделав еще один шаг, я ступаю по тонкому льду.

На этот раз ее спина упирается в стену.

— Правильно, мы должны быть милыми, чтобы у вас была абсолютная свобода быть мудаками.

— Я не мудак.

— Я точно помню, что из твоих уст прозвучало «Ладно, я был мудаком», — говорит она с укором.

— Это было сделано для того, чтобы расположить тебя к себе.

— У тебя не получилось.

— Правда? Потому что, по-моему, то, что я ел тебя так долго, что у меня заболела челюсть, должно было поднять меня в твоем списке.

Я наслаждаюсь тем, как сбивается ее дыхание.

— Ты… извращенец.

Я оцениваю ее противоречивую реакцию.

— Знаешь, не думаю, что ты ненавидишь хоккеистов так сильно, как говоришь.

Она поднимает бровь, щеки розовеют от жара.

— И почему же?

Я до сих пор не прикоснулся к ней, и мне кажется невозможным оторвать от нее руки. Достаточно ей появиться передо мной, чтобы кончики моих пальцев неизбежно нашли ее кожу. Меня удивляет то, что она всегда принимает мои прикосновения, прижимается к ним, как будто хочет этого так же сильно, как и я, но делает все, чтобы не подойти ко мне, не позволить себе прикоснуться, как в ту ночь в общежитии. Я позволяю своей руке зависнуть над тканью у ее бедра.

— Потому что у меня такое чувство, что если я просуну руку под это крошечное платье, то найду тебя мокрой. Для меня.

— Почему ты думаешь, что твоя рука получит привилегию попасть туда? — ее голос дрожит, уверенные слова не выглядят как маска, на которую она рассчитывала.

— Когда я прикасался к тебе в последний раз, ты умоляла меня не останавливаться. Я бы сказал, что у меня довольно высокие шансы.

— Это был ты? Ха, я совсем забыла об этом.

Ага, конечно. Не может быть, чтобы она забыла. Я сходил с ума, вспоминая, как она стонала мое имя.

— Правда? Значит, я не найду ничего, что говорило бы об обратном? — все во мне требует ответа. Не уверен, насколько я могу быть более очевидным в том, что хочу ее.

— Ты бы нашел меня суше, чем этот разговор.

Мои костяшки пальцев просят меня провести по мягкой коже ее бедра, но я позволяю себе лишь нависнуть над теплым центром, который зовет меня по имени. Несмотря на ее беззаботность, я знаю, что найду. Я попробовал то, что нашел бы, и невозможно отрицать, что я ей нравлюсь, как бы она это ни преподносила.

Пульс на ее шее учащается, а по коже пробегает дрожь.

— Холодно? — поддразниваю я.

Пылающие глаза пронзают меня, но с ее губ не слетает ни слова.

— Попроси меня прикоснуться к тебе, Саммер.

Я надеюсь, что следующее, что вырвется из этих прекрасных губ, будет стоном, а не оскорблением. Хотя, как оказалось, все, что говорит эта девушка, меня заводит.

— П…

Сквозь лавандовую дымку прорывается раздражающий визг, и Саммер инстинктивно отталкивает меня. Киан застает нас на месте, словно виновных в крупном преступлении.

— Что вы двое здесь делаете? — не получив ответа, он качает головой. — Второе и третье место тоже награждается. Пойдемте, мы вас ждем.

— Я бы больше не ступила на эту сцену, даже если бы там раздавали дипломы о высшем образовании, — огрызается Саммер. — К тому же, мой Убер уже здесь.

— Ты уезжаешь? Мы приехали вместе. Я бы отвез тебя.

— Ты обманом заставил меня сыграть в эту дурацкую игру. Прости, если я сейчас не самая большая твоя поклонница.

— Санни, — говорит он, потерпев поражение.

— Приготовь свое «я тебе должен», Ишида. Ты будешь работать сверхурочно, чтобы загладить свою вину.

Киан расстроенно проводит рукой по волосам и смотрит на меня в поисках помощи. Я пожимаю плечами. Меня раздражает, что он нас прервал, поэтому наблюдать за их конфликтом – чистое развлечение.

— Позволь мне хотя бы отвезти тебя домой, — пытается он снова.

Она отвлекается от телефона.

— В твоих интересах не оставаться сейчас со мной в машине наедине.

Не быть предметом ярости Саммер в кои-то веки – приятная перемена. Белая Тесла освещает дорогу.

— Прости, ладно? — говорит Киан. — Но даже ты знаешь, что это был мой единственный шанс на свидание с ней.

Гравий хрустит под ее каблуками, когда она оборачивается.

— Я никогда не говорила, что не понимаю, Киан, и я рада, что ты выиграл. Но ты мог бы просто сказать мне правду.

— Ты бы не пришла.

— И я бы также не хотела задушить тебя. Тебе решать, что хуже, — она садится в Убер, оставляя нас в темном переулке.

Киан расстроенно проводит рукой по лицу.

— Насколько она отходчивая?

Мой пристальный взгляд должен все ему сказать.

— Похоже, мне придется потрудиться.

Глава 24

Саммер

— Как в ситуации с мамой Стифлера? — спрашивает Амара, запихивая в рот ложку хлопьев.

— Скорее, с бабушкой Стифлера, — говорю я, убирая ноутбук в сумку.