Чтение онлайн

— Не четыре года? — растерялась я.

Что, даже бакалавриат не закончат?

— У них нет и года.

— Почему?!

Что за чушь?! Как так можно… они же маленькие!

— Это так решил король? Но вы же его сын, вы же должны поговорить, должны объяснить, что год — это слишком мало, это… ничтожно мало!

— Так решила жизнь, — возразил Иштефан устало. — Когда отряд дозорных на Рубеже редеет и больше не может сдерживать Сумрак, его численность пополняют адепты. Готовы они или нет. Иначе Рубеж падёт, а следом за ним — погибнет весь мир. Иногда у нас есть годы, чтобы обучить, а иногда хорошо — если несколько месяцев, а дальше — учёба в бою. Поэтому самое первое, что должен сделать адепт — преодолеть свой страх. Если не сможет — отправится домой. Трусливый боец погубит не только себя.

Шок-обучение… понятно…

— Страх это нормально. Страх это благо, Эуджения. Это то, что поможет вам сохранить жизнь. Боятся все, даже Юлиарн, хотя со стороны может показаться, что принц… чересчур храбр.

Мне почудилось, что Иштефан хотел сказать что-то вроде «отморожен на всю голову», но запнулся, подбирая более нейтральную характеристику. Он продолжил:

— Но это не так. Может быть, именно страх заставляет его бросаться с головой в опасность. У каждого свой способ преодолеть панику. Или вы отыщете свой метод или — и так будет лучше для всех — вернётесь домой.

— Не уходи, — снова прошептала я в отчаянии.

Всё это хорошо, но… Там, за стеклом, зловеще густела тьма. Иштефан отправлялся туда один. Я поняла, что больше никогда не увижу его. Никогда. А если увижу, то это вряд ли уже будет он.

— Ты нужен своим адептам. Юлиарн не научит их так, как это сделаешь ты, — я качнулся к нему, взяла его за плечи, понимая, что он, вероятно, напомнит мне: я здесь адептка и не должна перечить магистру.

— Если я не пойду, сюда явится Дэграш, — то ли мне, то ли себе пояснил Иштефан.

— Разве не лучше встретить его в магически защищённых стенах академии?

— Всё равно что пригласить лису в курятник, — усмехнулся Иштефан. — Возвращайтесь на урок, княжна. И… вот, держите. Может, это придаст вам уверенности.

Он вложил в мою ладонь охотничий нож, длинный и широкий.

— Но лучше позовите жениха и отправляйтесь во дворец, подальше от Сумеречного леса.

— Нет! Не вернусь! И тебя не отпущу! — крикнула я.

И тогда он вскинул руки и произнёс короткое:

— Лейсо!

Снизу поднялся ветер, как в аэродинамической трубе, и подхватил меня, забивая рот и нос. Двери распахнулись, и магистр вышел в ночь. И только тогда ветер стих, тихонько опустив меня обратно. Я кинулась к дверям, но они, конечно, оказались заперты. Бессильно ударив в них ладошами, прислонилась лбом к холодному стеклу и закусила губу.

Иштефан прав. Прав: мне нужно просто позвать Юлиарна. В конце концов, я не из этого мира. Я не владею магией. Да, она у меня почему-то есть, но приходит-то она спонтанно. Я… я вообще не должна во всём этом участвовать. И в конце концов, как бы ни было жаль Иштефана, но… это не мои проблемы. Он меня, между прочим, бросил! Да, сейчас, когда его жизни угрожает смерть, я, конечно, волнуюсь, но…

«Прости. Мы не можем быть вместе. Прощай» — разве вот это когда-нибудь можно простить?

Отвернувшись, я прислонилась спиной к стеклянной поверхности и запрокинула голову, моргая, чтобы удержать слёзы.

— Не прощу, — шепнула сама себе, напоминая.

Даже прощальный поцелуй ничего не меняет! Мы просто прощались, но…

Сердце разрывалось от страха и боли. Нет, я не могу допустить, чтобы Иштефан погиб вот так, один, брошенный всеми. Не могу. Потом я… я правда признаюсь Юлиарну в том, кто я. И пусть дальше решает, что со мной делать: жениться или отправить домой. Второе лучше. Но сейчас…

Как я потом буду жить, зная, что допустила смерть Иштефана и не сделала всё, что могла? Это он — предатель, не я! Я не бросаю любимых.

Зажмурилась, всхлипнула, рывком отделилась от стены и решительно вернулась в зал.

Здесь всё ещё было темно, дул ветер, светила луна. По снегу бежала позёмка. Волки выли где-то совсем близко, а из темноты ближайших кустов светила пара чьих-то глаз.

Я коротко выдохнула, покрепче стиснула нож:

— Ну, выходи. Давай, смелее. Я здесь. Я тебя жду.

Кусты зашевелились.

Я напряжённо наблюдала за тем, как колышутся ветки. Кто-то пробирался через них ко мне. Кто-то шуршал в их густоте. Я сжимала рукоять ножа, понимая, что не умею им владеть и вряд ли смогу защитить себя. Пальцы начало покалывать от напряжения.

— Выходи, двоечник! — прошипела я. — Расскажи классу про Грюнвальд, Соколов…

Соколов, конечно, сейчас был дома, ел мандарины, мутузил братьев и доводил бедную мать до полуобморочного состояния, но это было неважно. Фамилия хулигана накрепко засела в моём подсознательном. К тому же обращение к привычному несколько помогала в непривычном.

И тут из кустов выскочил…

… заяц.

Обычный, на четырёх лапах и с длинными ушами. Надо же, а я даже не подозревала, что эти монстры настолько большие! В длину не меньше полуметра, а то и больше. Передние лапы — тонкие, короткие, а задние… Словом, всё это не было гармонично. Не кошка. Да ещё и морда вытянутая.

— Ну, здравствуй, — растерянно сказала я, опуская нож.

— И что теперь? — буркнул заяц, сел и нервно забарабанил левой лапой. — Опусти эту штуку, или я за себя не отвечаю. Мы, вообще-то, звери страшные. Знаешь, какие у меня ноги крепкие? Раздеру так, что мало не покажется.

Я посмотрела на его хмурую морду, на нож, снова на морду.

— Да не собираюсь я с тобой драться, — выдохнула устало. — Я думала, ты волк.

— Да? А гналась за мной зачем?

В его тоне сквозила подозрительность. И это был… очень знакомый голос, хоть и преисполненный испуганной враждебности. Я убрала нож и присела на корточки.

— Мне казалось, это ты за мой гонишься.

— Я? Рехнулась, людишка? Да я чуть со страху не помер…

— Аргус? — скорее утвердительно, чем вопросительно сказала я.

Он скосил глаз на бьющую снег лапу, накрыл её другой, и заколотили обе, правда, с меньшей амплитудой.

— Ну?

— Так… подожди… Вы с Солиром братья… То есть, вы оба — зайцы?

— Ты ни хрена не понимаешь в оборотничестве, людишка. Братья могут принадлежать к различным видам, если к ним принадлежали их родители…

— Но вы всё же зайцы?

Аргус обеими передними лапами почесал усы.

— Да, — выдохнул обречённо. — Мы с Солиром зайцы, но это всё равно не значит, что…