Чтение онлайн

— Не расколдую.

— Ну, значит, придётся так. В туфельках по сугробам. Платьице задерёшь повыше и вперёд, — съехидничал он.

Только сейчас я поняла, что по-прежнему в свадебном платье. Попробовала снять фату, но та не снялась. Колдовство, не иначе.

— Я верхом поеду.

Он сначала не понял. Потом его морда вытянулась, Юлиарн попятился и замотал головой:

— Нет! Нет, даже не думай! Я тебе не лошадка на колёсиках!

Я насмешливо посмотрела на него.

— Исключено! — заржал Юлиарн. — Зайцев вон оседлай, они сильные.

К слову, о зайцах… Я взяла Берити в ладони.

— Вы останетесь здесь, с Церсеей…

— Мы пойдём с тобой, — возразил девушка-белка. — Если Дэграш придёт сюда, всё равно все пропадут. Сея-то шагнёт в портрет и дома окажется, а мы… С принцем и с тобой будет безопаснее. Аргус, Солир, мы отправляемся с людишкой. Она безопасная и… моя подруга.

Зайцы как-то странно вскрикнули и застучали задними лапками. Берити шепнула мне на ухо:

— Ты не возражаешь, если я к тебе в карман заберусь?

Шасть — и юркнула именно туда. Видимо, отсутствие капюшона её напрягало.

— Ты же говорила: сам погибай, а товарища выручай, — напомнил Аргус.

Юлиарн закатил глаза.

Рыжеволосый магистр Дарх лежал на белых простынях неподвижно, словно замёрзшее пламя. Его запавшие глаза были плотно сомкнуты, дыхание почти не ощущалось. Это и ещё мертвенно-серая кожа могли бы убедить постороннего наблюдателя, что магистр Кровавой академии умер. Однако раненный был жив.

Внезапно он открыл глаза и сел, держа спину напряжённо-прямой. Потом встал, обулся в тапочки и направился к выходу. Молча, перебирая ногами, словно кукла — неуклюже и не сгибая их в коленях — спустился по лестнице в фойе, тускло освещённому приглушённым электрическим светом.

Замер посреди зала, покачиваясь. Потом поднял руки, вытащил откуда-то из волос тонкую бумажку, не длиннее пальца и не шире двух фаланг, развернул её. На грязной бумаге карандашом был нарисован человечек: огурец тела, кривые ножки и ручки с четырьмя пальчиками на каждой. Волосы были просто заштрихованы, а вместо глаз зияли точки. Самым страшным в «портрете» была улыбка, нарисованная ломанной линией.

— Приди, о Дэграш, приди, хозяин, — воззвал Дарх деревянным голосом.

И с бумажки в фойе шагнул некрасивый мужчина с растрёпанными грязными, тёмными волосами и щербатой улыбкой. В руке он держал глиняную куколку, из головы которой торчали короткие редкие рыжие волосинки.

— Спасибо, Дарх, — ласково шепнул гость и сломал глиняную голову.

Магистр Крови рухнул на пол. Шея мужчины вывернулась под неестественным углом. Бумажка выпала из рук. Гость бережно подобрал её, сунул в задний карман штанов, скрытый кожаным пальто, и с любопытством огляделся. Подошёл к стеклянной лестнице, бросил в неё остатками глиняной фигурки. Ступеньки изогнулись, прозрачные зубы растерзали добычу.

Дэграш рассмеялся. Смех у него был такой же безобразный, как и сам магистр кукол: лающий, сиплый, отрывистый. Резко начался и так же внезапно оборвался. Кукольник прикрыл глаза, вскинул руки, и между его пальцами потянулись… нити плесени. Серо-голубой, как на испорченном мясе, пушистой и хрупкой. Они росли и росли, став похожими на моток шерсти, а потом Дэграш резко сбросил его прямо на стекло ступенек.

Лестница отчаянно завыла, выгибаясь, оскалилась, кусая плесень, но та стремительно разрасталась, пока не заполнила все ступеньки снизу доверху, образовав шевелящийся ковёр.

Послышался хруст, и лестница рассыпалась, обнажая металлический остов. Плесень и на полу продолжала её пожирать.

Дэграш криво ухмыльнулся и, легко перепрыгивая с косоура на косоур, чуть звякая подковами сапог по металлу, поднялся, оказался в холле, выкрашенном в бледно-лиловый цвет. Подошёл к одной из дверей, и та зарычала на незнакомца.

— Мне несложно повторить, — шепнул Дэграш.

Между его пальцев вновь заголубело. Хрумус испуганно заскулил и распахнул пасть. В этой комнате никого не оказалось. В следующей — тоже. И лишь в третьей на кровати спала девушка. Её золотые локоны разметались по нежно-голубой наволочке с нарисованными подснежниками. Дэграш наклонился над спящей, втянул носом её запах.

— Интересно, — прошептал и аккуратно отстриг маникюрными ножницами, которые вынул из кармана, кончик пряди.

Взял изящную руку и обрезал ноготок на мизинчике, затем сел на край стола, вытащил из пальто ком глины и принялся мастерить куклу.

— С каких пор дочери короля учатся в Сумеречной академии? — спросил насмешливо. — Не подскажешь, принцесса?

Аккуратно приложил срезанную прядку, прилепил её кусочком глины, вставил обрезок ногтя туда, где у человека было бы сердце. Глина в умелых руках всё более и более приобратала правильные человеческие очертания. И наконец Дэграш положил куклу на стол. Встал, шагнул к кровати, снова наклонился к девушке, рукой в грубой перчатке взял тонкое запястье и чиркнул по ладони ножом. Запихнул клинок в ножны на поясе, приложил к закровоточившей ранке куклу, давая ей напитаться кровью, а потом подул на фигурку.

— Восстань и повинуйся. Я — твой повелитель, кукла.

Положил куклу на стол, посадил и поставил на ноги. Одновременно с куклой и Церсея села, потом встала с кровати, лёгкое одеяло соскользнуло на пол. Сея оказалась в длинной кружевной ночной рубашке, соблазнительно очертившей по-девичьи высокую грудь и округлые бёдра.

— Признай своего хозяина, — велел Дэграш.

— Ты хозяин твоей куклы, — безвольно и безэмоционально произнесла Церсея.

Колдун кивнул.

— Хорошо. Снимай одежду.

Девушка всё так же равнодушно подняла подол, раздеваясь. Перед магистром открылись изящные лодыжки, выразительные икры, круглые коленки и плавная линия бёдер.

— Опусти, — приказал Дэграш, когда подол поднялся ещё выше.

Руки куклы бессильно упали, рубашка вновь скрыла сокровенное. Кукольник присел на угол стола, вытянул длинные ноги в ботфортах.

— Хорошо, теперь верю, что не притворяешься. Где твой брат? Тот, который магистр Иштефан?

— Он отправился воевать с Дэграшем, магистром кукол.

— Один?

— Да.

Кукольник хмыкнул.

— Почему ты здесь учишься?

— Кукла должна сделать так, чтобы княжне Эуджении стало плохо в академии, так, чтобы княжна Эуджения позвала принца Юлиарна и согласилась выйти за него замуж.

— Как интересно, — прошептал Дэграш. — Княжна Эуджения отказала принцу?

— Да.

— И она учится в Сумеречной академии?

— Да.

— Человек? Ещё интереснее. Значит, ты как была куклой, так и осталась, лишь хозяина сменила. Была королевской, стала моей. Только и всего. Кого магистр Иштефан оставил с адептами? И где они все? Отвечай, кукла, на оба вопроса.