Чтение онлайн

Признался в том, что всё это лишь полуправда. А истинная причина в том, что на мне висит индивидуальное задание квестеров, и я вынужден отправиться в одиночное путешествие, чтобы его исполнить. Таким нехитрым образом, когда я дошёл до финальной части своей речи и официально сложил полномочия стратега, моё решение было встречено с пониманием. Даже Ариэн осталась благодарна — хотя бы за то, что я не обмолвился ни словом о нашем с ней личном договоре. И что истинная причина моего столь быстрого ухода, всего через неделю после того, как я вернулся в Катьер, то, что это именно гениальная волшебница настояла на таком сроке.

Когда собрание завершилось, бывшая возлюбленная попросила не уходить, сказала, что хочет поговорить наедине. На такую просьбу я без колебаний кивнул: во-первых, не видел смысла отказывать, а во-вторых, спешить было некуда — Врата Сундбада в Безью ночью всё равно закрыты.

Не прошло и часа с момента заката, как Ариэн, разобравшись с рутиной, появилась рядом — спокойно, без слов, словно продолжая разговор, который мы когда-то не закончили.

Если не знать предыстории наших отношений, со стороны могло показаться, будто двое молодых людей устроили прогулку у озера — почти как на свидании. Мы действительно болтали обо всём и ни о чём. Эта кажущаяся непринуждённость, впрочем, не ввела меня в заблуждение, я понимал, что по какой-то причине Ариэн решила пересмотреть формат наших взаимоотношений, сведя их к чему-то, похожему на искреннюю дружбу. А поскольку просчитать мотив таких перемен мне не удавалось, первое время я осторожно искал подвох. Искал — и не находил. Хотя, если быть честным, и не слишком-то стремился его найти… Просто потому, что было приятно идти рядом с ней. Вот так — без надрыва, без пафоса, без поиска вторых смыслов и ловушек. Просто гулять рядом с девушкой, наслаждаясь ночной прохладой.

Только одна заноза не давала по-настоящему расслабиться и насладиться моментом. Я почти не сомневался, что Ариэн догадалась: седая шерсть ненда, недостающая для начала ритуала Перераспределения, была у меня задолго до того, как я её принёс. И, тем не менее, за всё время нашей встречи ни словом, ни намёком она не затронула эту тему.

Когда прогулка вдоль берега немного наскучила, мы, найдя удобное место у воды, присели прямо на траву и продолжили разговор. Ариэн расположилась столь близко, что стоило мне чуть отвести руку, наши ладони бы соприкоснулись. Эх… как же хотелось сделать этот, казалось бы, простой жест. Но сдержался, сложив руки на коленях.

Разумеется, скрыть тот факт, что она проиграла мне на вступительном экзамене, а потом провела со мной ночь в одной постели, было попросту невозможно — свидетелей этому было слишком много. Но если бы Ариэн действительно хотела мне навредить или хотя бы выставить меня в дурном свете, у неё было множество способов сделать это. Особенно с её харизмой и авторитетом в гильдии. Стоило ей хотя бы мимолётно намекнуть, что я воспользовался ситуацией или оказался чрезмерно навязчив и настойчив, и моя репутация рассыпалась бы в прах, как и доверие соратников. Любая попытка оправдаться лишь вызвала бы раздражение и ещё больше подлила масла в огонь.

Но она выбрала иной путь. Поняв, что замолчать случившееся не удастся, Ариэн взяла ситуацию под контроль. Пара фраз, несколько «небрежных» замечаний — и в сознании гильдейцев сложилась цельная, непротиворечивая и, что уж таить, весьма стройная и красивая картина произошедшего. В этой картине будущая богиня Спонтанной Магии с достоинством приняла поражение от более сильного противника в моём лице. Она не стала отрицать и того, что ставкой в поединке была ночь с ней — свидетели всё равно не позволили бы соврать. Но чётко дала понять: её выбор был осознанным. Никакая ставка не могла бы заставить её лечь в постель с тем, кто ей несимпатичен. И это был очень сильный ход: признание слабости, не перечёркивающее личное достоинство.

Оперируя слухами, как умелый дирижёр, Ариэн выстроила стройную и непротиворечивую версию своего поступка — показала себя женщиной, способной признавать поражения, держать слово, но при этом остающейся живой, уязвимой и подверженной обычным человеческим желаниям и эмоциям. Не безупречная руководительница, а человек.

Последним штрихом в этой мастерски выстроенной композиции слухов, намёков и недомолвок стало то, что она рассказала нескольким девушкам из гильдии — явно рассчитывая, что те разнесут историю дальше — что, несмотря на вспыхнувшую между нами страсть, мы приняли решение не продолжать роман. Потому что у неё на первом месте была гильдия, а у меня — своя Дорога.

Получилась очень красивая, по-своему даже романтическая история, которая довольно быстро обросла сотней подробностей, пока передавалась из уст в уста в виде сплетен и слухов. Разумеется, я тоже слышал её не раз — уши держал открытыми — но только горько улыбался. Что, кстати, было совсем несложно, эта горькая улыбка почти точно отражала мои настоящие чувства.

Услышав подобные слухи впервые, я решил, что это всего лишь способ для Ариэн сохранить лицо. Но теперь понимаю: выбрав именно такую версию событий, моя бывшая уже тогда закладывала фундамент для возможной перезагрузки наших с ней отношений. Но тогда я даже не задумывался о подобном развитии событий, и её предложение начать всё заново, с чистого листа, застало меня врасплох.

Примерно через два часа после начала беседы, когда мне уже казалось, что мы так и будем неспешно болтать до самого рассвета, Ариэн неожиданно сменила тему и, будто невзначай, поинтересовалась, как у меня прошёл ритуал Познания Себя. Разумеется, я не тешил себя иллюзией, будто мой визит в храм Пантеона остался незамеченным для главы Айнумината, поэтому к такому вопросу заранее морально подготовился.

Посмотрев на неё с лёгким наигранным удивлением, не отказал себе в небольшой игре, начав пространно рассказывать о неважных деталях. По прошествии десяти минут моего совершенно безинформационного трёпа, заметил, как в глазах Ариэн начинает зарождаться намёк на лёгкую злость. После чего резко сменил тональность своего монолога и рассказал ей, как всё прошло без какой-либо утайки. Конечно, можно было продолжить юлить, отделываясь общими словами, или банально соврать, но посчитал это неверной стратегией в свете наших обновлённых отношений — и в итоге сказал правду… Правду о том, что у меня теперь четыре Звезды Таланта в магии Ветра. Наградой за эту откровенность стало совершенно неподдельное удивление Ариэн. Будущая богиня Спонтанной Магии настолько комично округлила глаза, услышав это, что я едва удержался от весёлого смеха.

Дальнейшая реакция моей бывшей, надо признать, удивила. Справившись с первоначальным шоком, она на пару минут задумалась, а затем… предложила обучить меня двум заклинаниям магии Ветра. Первое представляло собой глубокую переработку известного на Айне заклятия Щит Ветра — простой, но весьма эффективной защиты от дистанционных атак. Главным его недостатком всегда было высокое энергопотребление. Вторым стало заклинание Воздушный выброс, применяемое мастерами метательного оружия для ускорения полёта снарядов. Его нередко использовали и лучники — тот же Катасах, к примеру, активно применял его при зачистке Усыпальницы Богаша, усиливая скорость и пробивную силу стрел. Разумеется, за столь короткое время — всего лишь половину ночи — я не успел полноценно освоить оба заклинания. Но благодаря безупречному педагогическому таланту, Ариэн сумела не просто объяснить суть, а буквально вложить в меня прочную основу, на которой я теперь мог уверенно строить дальнейшую практику.

Ещё раз мне посчастливилось удивить будущую богиню Спонтанной Магии, когда после того, как мне удалось применить Воздушный Выброс, подкинув один из своих металлических шариков вверх, я достал из поясной сумочки набор гравировальных инструментов и нанёс на тот же шарик Руну Движения. Если при первом применении Выброса шар, брошенный моей рукой, ускорился всего на треть от обычного броска, то тот же метательный снаряд, но уже несущий на своей поверхности Руну, показал в два раза лучшие результаты.

Этот момент и явная заинтересованность Ариэн получившимся результатом дали мне повод ещё раз — пусть и ненавязчиво — напомнить бывшей о пользе рунической магии. И, как мне показалось, на сей раз мне действительно удалось пробиться сквозь её предвзятое отношение к этому направлению магического искусства и пробудить интерес. Очень надеюсь, что эта пока ещё лёгкая заинтересованность у неё со временем перерастёт во что-то большее.

Так, совершенно незаметно, и пролетела эта ночь. Если признаться самому себе — я не хотел никуда уходить. Понимал необходимость такого поступка, но всё равно хотелось остаться. И ведь я уже не люблю Ариэн; моё отношение к ней сейчас никак нельзя назвать ни любовью, ни страстью… Тем не менее, мне безмерно приятно, когда она рядом. Без ослепления чувствами я теперь ясно вижу и её недостатки: коварство, вспыльчивость, склонность к интригам… И всё же, несмотря на это — или, возможно, вопреки — меня к ней по-прежнему тянет.