Страж Арконии
Шрифт:
Все оставшиеся силы Бланк отдал этому удару. Тяжело дыша, принц стоял над Кибиром, прижав ногой его клинок, а свой устремив ему в горло.
— Победа за Его Величеством Бланком, — раздался голос одного из старейшин.
Принц с облегчением выдохнул и стер со лба капельки пота. Еще одного удара он бы не выдержал. Руки дрожали, сердце бешено стучало, пытаясь вырываться из груди. Бланк отбросил ставший ненужным меч в сторону и протянул отцу руку. Ему не хотелось, но это было частью королевского поединка, как заверение в том, что старого короля не станут преследовать или заключать под стражу. Кибир раздраженно хмыкнул и поднялся сам, проигнорировав жест сына.
— Зачем ты это сделал, Бланк? — прошептал он, поравнявшись с наследником. — Тебе не справиться с королевством. Править — это не только мечом махать. Нужно принимать решения. Порой тяжелые. Это не для взбалмошного мальчишки.
Бланк вскинул подбородок.
— Печать, — потребовал он ледяным тоном.
Поймав взгляды старейшин, Кибир нехотя начал стаскивать с пальца королевский перстень. Формальность, конечно, до коронации, но новый правитель имел право его потребовать, а старый не мог отказать.
Бланк пристально смотрел на руки отца и никак не мог поверить, что все-таки победил. Теперь он король. Теперь у него есть власть решать, что главное: похищенные дети или вражда с ани. И теперь он может заключить перемирие с кланом-противником, чтобы вместе сразиться с Арконом. В последнее верилось с трудом, но попытаться не мешало бы.
— Ваше Величество… Ваше Величество…
Все повернули головы к приближающемуся воину. Он был взволнован, глаза его расширились от ужаса.
— Там нелюдь. Они направляются к нам. Они объявили нам войну!
— Найдите парламентера, — скомандовал Бланк.
— Соберите войско! — одновременно с ним приказал Кибир.
Опешивший воин не двинулся с места. Глаза Бланка полыхнули огнем.
— Я король!
— Разумеется, Ваше Величество, — ехидно произнес глава клана, возвращая перстень на место. — Вы король. Несовершеннолетний король. А у нас война. Ваше дело — сидеть под защитой. А мы уж вас защитим.
— Не смей!
Внезапно голова Бланка откинулась от удара, тело рухнуло вниз. Над ним возвышался Кибир, морщась от боли и потряхивая ушибленной рукой с королевским перстнем.
— Что? — рявкнул бывший король в сторону возмущенных старейшин. — Хотите, чтоб он нелюдь сюда привел и заставил нас с нею жить? Сейчас разберемся с тварями, вылечим его, и тогда коронуем. А пока что Арконию могу спасти только я, — и начал раздавать приказы воинам: — Быстро собирай людей! Каждого, кто может держать оружие… Эй, вы, заприте где-нибудь Его Величество, чтоб не мешался под ногами… Война так война. Нелюдь должна быть уничтожена.
Чьи-то руки подняли принца, и он отключился.
* * *
— Подойди! — властный голос Аркона нарушил тишину.
Словно послушная марионетка Тейя вошла в комнату. Дверь с грохотом захлопнулась за ней. Ани вздрогнула, вся сжалась и прильнула спиной к стене, как будто та могла ее защитить.
— Подслушивать нехорошо, девочка, — глаза гарданта отточенным лезвием полоснули по ней. — Можно ненароком услышать то, чего слышать бы не хотела.
Не зная, куда деть руки, Тейя обхватила плечи.
— Хочешь что-то сказать? — спросил Аркон.
— Зачем… — начала ани, и ее голос предательски сорвался. — Зачем вам убивать их? Они поклоняются вам и почитают вас.
— Им не мешало бы чтить мои законы, а не мою статую, — в его словах звучали отголоски рычания. — Впрочем, со статуей у них тоже плохо получилось. Они заслужили свою судьбу.
— И нельзя как-то… иначе? Поговорить с ними, объяснить…
Монстр тихо рассмеялся, обнажив ряд сверкающих клыков.
— Святая простота. Ты прошла весь этот путь, видела всю правду — и после этого тешишь себя надеждами? Разве ты сама не пыталась объяснить? Что из этого вышло?
Воспоминания неприятно заскреблись в голове, подтверждая справедливость слов Аркона. Но Тейе не хотелось верить, что все потеряно. И у людей, и у ани были свои причины поступать так, как они поступали. Пусть даже эти причины были продиктованы ложью. Ложью, которую создатель Арконии мог бы опровергнуть с легкостью. Осмелев, ани сделала шаг вперед и всплеснула руками:
— Но кто я и кто вы? Вас они должны послушать!
— Им не услышать меня, пока они не слышат друг друга, — Аркон помрачнел. — Подойди ко мне, Тейя!
Ани приблизилась к монстру, а тот кивнул на окно:
— Взгляни.
Отсюда хорошо была видна столица. Между ее двумя половинами пролег уродливый черный шрам бывшего разлома. И с обеих сторон к нему направлялись толпы арконцев. В лучах скользящего между туч Аструма сверкали людские доспехи, с другой стороны им вторили сполохи магии. Как завороженная, Тейя смотрела на две сближающиеся армии. Она выискивала взглядом Бланка, но в крошечных фигурках, упрямо и неотвратимо идущих навстречу друг другу, было сложно что-либо разглядеть.
— Оба клана уже знают правду. И что они делают? Бросают вызов мне? Нет — воюют друг с другом.
Тейя вдруг развернулась к монстру:
— Остановите их, пожалуйста!
— Я это и собираюсь сделать, — хищно прищурился тот.
— Не так! По-другому!
— По-другому уже не получится. После Разлома их вражда скреплена кровью. Они мстят за своих близких. А это процесс бесконечный. Но я разорву этот круг. Мои дети не узнают, кто их родители и что они творили. Тогда они смогут жить в мире и согласии. Не об этом ли ты мечтаешь?
— Да, но… я не хочу, чтобы кто-то умирал.
«Кто-то», конечно, имел вполне определенные образ и имя. Но в эту секунду ей подумалось, что и Артей с его болтливым приятелем, и Шанайя, и толпа ани, которые, несмотря на свои дурацкие законы, не хотели ее казни, и забавный старик, что помог сбежать из людского города, и даже те воины, не сразу направившие арбалеты на Бланка по приказу его отца, не заслуживали такого исхода.
— Они были обречены с тех пор, как Мастер Сэйгерен отказался от своего предназначения.